Первый. Бывший. Единственный

ГЛАВА 6

– Я предпочел бы вести такие разговоры с глазу на глаз, а не по телефону, – ответил Стас. – Неужели ты не сможешь выделить мне чуточку своего драгоценного времени?

– Издеваешься? – тут же возмутилась я.

И так была на взводе, а тут еще Богомолов вздумал разводить таинственность.

– Напрашиваюсь на встречу, – словно бы обволакивал меня своим бархатным голосом мужчина. – Как насчет сегодняшнего вечера? За местом не постою, оставлю выбор за тобой.

Мне не потребовалось много времени для раздумий.

– Хорошо, Стас, – согласилась я, чувствуя себя так, точно мою казнь отложили на несколько часов. – Встретимся в арт-клубе на проспекте…

– Я знаю, где это, – перебил меня Богомолов. – Одно из самых популярных заведений в нашем городе сейчас. Не думал, что ты таким интересуешься, Вася.

– Когда женщина становится прочитанной книгой, то автоматически переходит в разряд наскучивших, – сказала я словами матери. Мы хоть и не общались, но кровь не водица, семейные черты Роговых во мне не дремали. – Ты еще многого обо мне не знаешь, Стас.

– Ты никогда не сможешь стать скучной, Васенька, – заверил меня мужчина, отчего я поморщилась. Дубравину вот надоела, раз он решил позабавиться на стороне. – До встречи. Время напиши мне сообщением.

На такой ноте мы и распрощались.

В особняк меня пропустили без проблем, статус хозяйки обязывал.

– Василиса Дмитриевна, – выскочила навстречу домработница Нина Валерьевна. – Слава богу, вы вернулись!

– Неужели так соскучились? – склонила голову набок я.

– Теперь-то за хозяина можно будет не переживать, а то он так маялся вчера, бедняжечка!

– Бедняжечка? – хмыкнула я, разозлившись.

– Да! – сделала страшные глаза она. – Я прямо не знала, то ли скорую вызывать, то ли еще что. Вас же и с собаками нельзя было сыскать, а он…

– Простите, Нина Валерьевна, мне нужно было вам отчитаться о своих передвижениях, чтобы вы спали спокойно, а не за хозяевами следили.

– Это не мое дело, вы правы, Василиса Дмитриевна. Прошу прощения, что влезла, – выдала домработница. Ее глаза наполнились слезами, а губы и подбородок задрожали, отчего у меня тут же проснулась совесть. – Может быть, кофе? Или пожелаете отобедать?

Я старалась никогда не грубить работникам, а с Ниной Валерьевной у нас вообще сложились дружеские, почти семейные отношения. По возрасту она была как моя мать, да и характером тоже похожа, поэтому я неосознанно тянулась к женщине. Она тоже отвечала мне взаимностью.

– Простите меня, – дотронулась до плеча домработницы я. – Мы повздорили с мужем, а злость я согнала на вас. Глупо вышло.

– Милые бранятся – только тешатся, дорогая, – улыбнулась Нина Валерьевна. – Я не обиделась.

О том, что все гораздо серьезнее, чем банальная ссора, упоминать я не стала. Роль жилетки досталась Марго, а больше никому плакаться я не собиралась. Прекрасно знала, что многие не пожалеют – позлорадствуют, а некоторые еще и против тебя информацию смогут использовать. Наша домработница, конечно, была не из таких, но и толочь воду в ступе мне тоже не хотелось.

Мысль, что до сих пор неосознанно продолжаю оберегать репутацию Дубравина даже дома, я сразу отбросила.

– Так что насчет кофе?

– Чай – по вашему семейному рецепту, если можно, – улыбнулась я женщине.

– Сейчас-сейчас, Василисонька Дмитриевна, – засуетилась домработница. – Пару минуточек, и все будет.

Я последовала за Ниной Васильевной на кухню и присела на диванчик, пока женщина готовила мне травяной чай. Для успокоения нервов, если они у меня еще остались после откровений о собственном муже, лишним точно не будет.

– И я к вам присоединюсь, если вы не против, – сказала женщина.

– Буду только рада. Одной скучно, – кивнула я. – Так что здесь, говорите, ночью произошло?

– Ну как что… Бессонницей я страдала, даже таблетку пришлось выпить, чтобы не слышать, как Иннокентий Петрович шастает туда-сюда, – вздохнула она. – Вечером вернулся мрачнее грозовой тучи, нарычал на персонал, мне девочек сердечными каплями отпаивать пришлось, а потом от ужина отказался.

«Так притомился, что сил жевать не хватило», – подумала я, но вслух сказала совершенно иное:

– Видимо, сыт был.

– И по дому всю ночь слонялся, словно призрак, а потом, – понизила голос женщина, – даже выпил. А ведь не жалует.

– Ужас какой, – сделала страшные глаза я, совершенно не переживая насчет Дубравина. Он был взрослым мальчиком, мог о себе позаботиться самостоятельно или же найти ту, кто сделает это за него.

Напоминание о неверности мужа вновь испортило мое настроение.

– Я так и подумала, что проблемы какие приключились, – нахмурилась Нина Васильевна. – Но теперь-то вы его в порядок приведете, голубушка.

– Обязательно. Этим и займусь без отлагательств.

Я собрала документы, драгоценности, вещи на первое время и некоторые свои сбережения в наличке. Управилась за полчаса, а потом еще столько же ходила по дому. То ли прощалась с местом, где мне было очень хорошо, то ли ждала, что Дубравин заявится и остановит.

Последнего не случилось.

К счастью, к горю ли…

– А вы… – удивилась домработница, заметив меня с дорожным чемоданом.

– По делам, Нина Васильевна. Славу не видели? Где он шастает?

Женщина нахмурилась, явно не поверила такой отговорке, но расспрашивать не стала, и за это я была ей очень благодарна. Бередить душу лишний раз не хотелось.

– Случилось у него что? Мне опять такси придется вызывать? – нахмурилась я, когда пауза затянулась. – Все утро не могу до него дозвониться.

– Так уволили Вячеслава, – развела руками женщина.

– Как уволили? – опешила я.

– Я думала, вы знаете…

«А ведь мужчина предупреждал и все равно помог мне. Вот Кеша жук! Подсуетился, значит? – пронеслось у меня в голове. – Ну, Дубравин. Ну, погоди!»

– Теперь знаю, – поджала губы я и поспешила на улицу с таким рвением, будто мне перцем пятки натерли. А там столкнулась с еще одним препятствием. Двухметровым, амбалоподобного вида и непрошибаемым.

– Не положено, Василиса Дмитриевна, – в третий раз повторил один из охранников, когда я попыталась выйти за ворота.

Зря радовалась, когда спокойно попала на территорию особняка: выпускать меня, похоже, никто не собирался…

– Что значит не положено? – набычилась я.

– Не положено, – как запрограммированный на одну лишь фразу, протянул он.

– Так, да? Как тебя зовут?

Мужчина нахмурился: похоже, мне удалось его удивить.

– Владимир, – после небольшой паузы ответил он.

– Ну, тогда попробуй меня остановить, Володя, – хмыкнула я и ринулась вперед – почти что грудью на амбразуру.

Штурмом ворота взять не удалось, а вот охраннику пришлось меня придержать за плечи.

– Не смей меня трогать! – тут же взвилась я, словно какая-то тупая истеричка. Но нервы были на пределе, я никогда и подумать не могла, что Кеша опустится до такого, чтобы удерживать меня в особняке. Как зверушку какую… Фу!

– Василиса Дмитриевна, – демонстративно поднял ладони мужчина. – Не вынуждайте меня применять силу.

В пупок я ему не дышала, в прыжке и слепой ярости смогла бы и за подбородок укусить – уже даже примеряться начала, но физически он точно меня превосходил.

– Силу, говоришь? Смотри, чтобы я тебе эту применялку потом не отгрызла. Отойди с дороги.

Мой грозный тон и воинственный вид на него совершенно не подействовали. А другие охранники уже стали посмеиваться, маскируя веселье под кашель.

– Иннокентий Петрович приказал не выпускать вас с территории особняка. Успокойтесь, Василиса Дмитриевна.

– Идиот ваш Иннокентий Петрович, – в сердцах выпалила я. – Дубина стоеросовая, сатрап, тиран, деспот и самодур. Так и передайте ему, Владимир. Все запомнили или повторить?

– Я думаю, у вас самостоятельно будет такая возможность, – с непроницаемым лицом заявил мужчина. И только в его глазах плескались смешинки.

Он еще и ржал надо мной, а!

– Хам!

– Я всего-то выполняю приказ хозяина, – развел руками охранник, отчего я шумно выдохнула.

– Ладно, – согласилась я и ушла обратно в особняк, явно обрадовав этим телохранителей.

В принципе, они действительно были лишь пешками, главная фигура пока не рисковала появляться в поле моего зрения. Если Дубравин решил, что, заперев меня, сможет замять наши проблемы, то он сильно ошибался.

Даже родители едва ли не с момента моего рождения усекли: приказывать, манипулировать, а тем более запрещать что-то мне противопоказано. Назло сделаю наоборот.

И сделала ведь. Да и сейчас меня ничего остановить не могло от того, что надумала.

Я выждала час, не переживая, что Дубравин вернется домой. Он в такое время даже носа сюда никогда не показывал.

Мне же пришлось переполовинить дорожную сумку и запихнуть необходимый минимум в мусорный мешок. Потом я подгадала момент, как охранники сменились, чтобы пообедать, вызвала такси и вышла на задний двор через гараж.

– Василиса Дмитриевна? – удивился наш садовник Петр. – А что это вы мусор таскаете? Давайте я вам помогу.

– Сама! – прижала мешок к груди я, отчего мужчина выпучил глаза. – Спасибо за предложение помочь, но я сама справлюсь, не беспокойтесь.

– Ладно, – протянул он, глядя на меня, словно на безумную.

Впрочем, я, наверное, сейчас не так далека была от этого состояния.

Я прошла за домик для гостей, выбрала укромное место и перекинула мешок через забор, а потом и сама перелезла.

– Хорошо, что Кеша не додумался ток подключить по ограждению, – пробормотала я, кое-как спрыгнув на той стороне. – Фу-ух!

Удача повернулась ко мне передом, а к Дубравину задом: машина такси уже дожидалась в условленном месте.

– Гони, – скомандовала я, едва рыбкой скользнула на заднее сиденье.

– Мусор вывозить не буду, – нахмурился мужчина средних лет.

– А за тройной тариф?

Рокочущий звук мотора послужил музыкой для моих ушей. Когда охранники выбежали на дорогу, мы уже мчались в сторону города.

Во время поездки я успела привести себя в порядок, поправить макияж и прическу. В ближайшем же подходящем магазине купила маленькую дорожную сумочку и переложила туда вещи, чтобы не смущать умы случайных свидетелей.

Сумку я оставила в корпоративной квартире фонда, даже переодеться успела: водитель такси услужливо согласился меня подождать.

– Благодарю, – отдала я мужчине причитающуюся за поездку сумму, когда мы подъехали к кафе. Именно здесь договорились с Марго встретиться.

– Телефончик оставите? – поинтересовался водитель, спрятав деньги.

– Зачем?

– Ну вдруг подвезти куда нужно будет и… вообще, – подмигнул он.

– Не нужно будет, – покачала головой я. – Удачного дня.

В кафе я заходила, не растеряв ни капли воинственного настроя, а когда краем уха услышала разговор Марго с представительным брюнетом, так и вовсе завелась. Только секиры наперевес и не хватало.

– Я всегда добиваюсь того, что хочу, – сказал Евгений Грабовский – известный в нашем городе бизнесмен.

Я узнала его издалека, даже просто по профилю и величественной осанке. От этого мужчины всегда веяло силой, и сейчас аура мощи заставляла сбиваться дыхание.

– Мне остается только позавидовать вашей целеустремленности. – Марго держалась молодцом, но я заметила несвойственную ей бледность. Нервничала, значит.

– Поэтому в ваших же интересах пойти мне навстречу, Маргарита. Мне не хотелось бы портить отношения с такой красивой женщиной, – склонил голову набок Евгений. – У вас же уже начались проблемы с поставщиками, правда?

– Так это проявление вашей заботы? – выгнула брови подруга.

– За этим наверняка последуют многочисленные изматывающие проверки… – протянул он. – Надолго ли вас хватит качественно работать в таких условиях? А тут еще и подготовка к тендеру в самом разгаре.

Марго словно окаменела, а меня такая злость взяла, что больше оставаться в сторонке не представлялось возможным.

– Играть грязно с женщинами недостойно настоящего мужчины, – твердо сказала я, привлекая к себе внимание.

Грабовский вскочил и отодвинул мне стул, но сделал это донельзя неловко. Грохот услышали все посетители кафе.

– Так я… – растерялся мужчина.

– Ваши методы оставляют желать лучшего, – заметила я. – Это дурно пахнет, господин Грабовский.

– Мы знакомы? – изумился он.

– Не лично.

– А жаль, – признался Грабовский. – Вы?..

– Василиса, – сказала я, протягивая мужчине руку.

– Прекрасная, – добавил Евгений, запечатлев на внутренней стороне моего запястья поцелуй. Отчего у меня вдруг появились… мурашки и злость почти улеглась.

– Можно и так, – согласилась я. – Но я больше тяготею к Премудрой.

Хотя если судить, как моему мужу удалось обвести меня вокруг пальца, до мудрости мне словно до неба пешком.

– Хотелось бы иметь возможность подольше побаловать себя вашим обществом, Василиса, и самому сделать вывод, – улыбнулся Евгений.– Что же вы делаете сегодня вечером?

Я выдержала паузу.

В глазах Грабовского легко угадывался чисто мужской интерес.

А мне неожиданно стало… даже приятно от этого.

– Помогу разгрести подруге проблемы, которые вы ей заботливо устроили, – язвительно выдала я и замерла в ожидании реакции мужчины.

Но…

Грабовский не выглядел разочарованным.

– Неужели я произвожу настолько плохое впечатление, что вы сразу же приписали мне гадости? – спросил он меня, приблизившись и понизив голос до бархатного шепота. И почему-то у меня сразу сложилось впечатление, будто мы стали обсуждать что-то интимное.

Даже в жар бросило.

Наверняка это случилось от недостатка свежего воздуха. Из-за древесного аромата парфюма Грабовского у меня попросту перехватывало дыхание.

– А вы как думаете? – склонила голову набок я, мужчина тут отзеркалил мою позу.

– И у меня даже не будет шанса доказать обратное?

В этом вопросе прозвучало столько всего невысказанного, что у меня коленки задрожали. Поэтому я поспешила занять свободное место рядом с Марго.

– Шанс еще стоит заслужить, – ответила я.

– Я вас услышал, – сказал Евгений. И пока я пыталась разгадать, обещание чего именно здесь прозвучало, мужчина обратился к моей подруге: – Надеюсь, мы вернемся к нашему разговору позже. А пока я предлагаю вам подумать еще и о том, что не всякое зло идет от прямого конкурента. До встречи, милые дамы. Ужин оплачен, ни в чем себе не отказывайте.

С этими словами он направился к выходу из зала.

– Дамы, – закатила глаза я. – Каков индюк, а?

– Что это только что было?

Подруга сохраняла серьезность, что ясно дало понять: ответа не избежать. Правда, его удалось отложить, пока мы не сделали заказ подошедшему официанту.

– Что? – Мне было неуютно под ее рентгеновским взглядом.

– Вы знакомы?

– Кеша крутится в таких кругах, что я многих знаю, – пожала плечами я. – И о многих.

– Вот даже как? Интересно…

– Ничего особенного. Просто я всегда умела слушать и анализировать, – усмехнулась я. Это оказалось довольно полезным качеством в бизнесе, но когда коснулось моей личной жизни, то куда только все делось… – Так что от тебя хотел Грабовский?

– Купить мой бизнес.

– Расскажи мне все, – нахмурилась я. – Что именно предлагал? Чем угрожал?

Подруга взяла короткую паузу, а потом сделала так, как я и попросила. Рассказала про угрозы, бесконечные проверки клуба и странное предложение Грабовского продать ему свой бизнес. В то, что Евгений играл грязно, мне не поверилось.

И ведь я не знала его толком… Хотя слухи разные ходили, в основном о бурных романах Грабовского. Впрочем, проверенных фактов нигде не было. Евгений оставался загадкой и не выпячивал свою личную жизнь на растерзание жадной до скандалов прессы.

Не похож он был на подлеца, хоть обычно бегущая строка у таких на лбу и не высвечивает. Интуиция мне подсказывала, что Грабовский просто попытался подсуетиться под шумок и поиметь максимальную выгоду в сложившихся условиях, но голову на отсечение за свою правоту я бы не отдала. Преследования Марго смотрелись странно, в этом стоило разобраться.

Очень жаль, что без Кеши я мало на что была способна, но свою помощь пообещала и твердо решила всячески поддерживать подругу.

После ужина Селезнева засобиралась на работу, возвращаться в квартиру мне ужасно не хотелось, поэтому я напросилась с ней. К тому же у меня осталось еще одно нерешенное дело – встреча с Богомоловым.

В клубе оказалось весело, шумно, многолюдно… Услужливый персонал, современный дизайн помещения вместе с неназойливым светом и хорошим музыкальным сопровождением создавали отличную атмосферу для отдыха. Только вот мне все равно было как-то не по себе.

Я бежала от себя, от Дубравина, от реальности и от одиночества к людям, но по-прежнему будто в изоляции на необитаемом острове находилась.

– Все в порядке? – нахмурилась Марго, склоняясь ближе ко мне, чтобы не пытаться перекричать музыку.

– Отлично! – выставила большие пальцы я в жесте «супер».

Номинацию за лицемерие и умение носить маски я бы точно выиграла, существуй такая.

– Точно? – засомневалась подруга.

– Точнее не бывает, – растянула я губы в широкой улыбке.

– Мне нужно поработать, присоединишься ко мне в кабинете? Там тоже имеется отличная выпивка и музыку можно слушать приглушенно, совершенно не мешает думать.

– Нет, не буду тебе мешать. Я лучше здесь останусь, а ты решай свои дела и тоже спускайся.

– Договорились.

Едва Марго скрылась из виду, поднявшись на второй этаж, я заняла место у бара.

Богомолов не заставил себя долго ждать, я едва заказ успела сделать, как он появился.

– Привет, красавица, – улыбнулся мужчина, погладив меня по спине. – Скучаешь?

– Стас, – закатила глаза я. – Давай уберем эти глупые условности и сразу перейдем к делу.

– Нервничаешь и потому уже завелась, – хмыкнул Богомолов. – К делу так к делу. Горло хоть позволишь мне сначала промочить или будешь метать гневные взгляды и призывать к ответу?

Я фыркнула и махнула рукой.

– Благодарствую, – улыбнулся Стас. – Я всегда знал, что у тебя ангельская натура, Васенька.

– Я не заказывала, – поджала губы я, когда бармен поставил перед Богомоловым стакан с виски, а ко мне подвинул стопку шота ядовито-зеленого оттенка.

– Сок – это несерьезно, – тут же выдал Стас. – Тебе нужно расслабиться, Васенька.

– Мне нужно узнать правду, – напомнила я ему. – Так кто мой тайный доброжелатель, есть дельная информация?

– Я другой и не держу, – пожал плечами мужчина. – Только…

– Что? – нахмурилась я, впившись требовательным взглядом в его лицо.

– Тебе это вряд ли понравится.

– Не тяни.

Богомолов пригубил виски, потом развернул корпус ко мне и взял мои руки в свои ладони.

– Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, правда? – проникновенным тоном спросил он.

– Стас, ты меня пугаешь…

– Знакомые специалисты пробили айпи адрес отправителя. Хоть этот «доброжелатель», как ты говоришь, и использовал программу для маскировки местоположения, но явно не очень разбился в том, что делает, иначе не оставил бы хлебные крошки, по которым его и вычислили, – сказал Богомолов. – Эти сообщения были отправлены тебе из ноутбука Загорской.

– Кто это? – не поняла я.

– Инга Загорская – моя помощница и переводчик.

– Твоя помощница?

– Почти бывшая, одно твое слово – и она больше не будет работать в моей компании. – Стас успокаивающе наглаживал мои запястья, но это почему-то производило на меня обратный ожидаемому эффект. – Хочешь?

– Какой прок твоей помощнице слать мне подобные сообщения?

– Видимо, ей надоел статус любовницы и захотелось урвать кусок пожирнее. А для этого нужно убрать тебя с дороги, Кеша ведь не такой дурак, чтобы променять тебя на эту, – Богомолов кашлянул, подбирая слова, – …Загорскую.