— Хочется познакомиться с тобой поближе, — обворожительно улыбнулась Лукреция.
Хотелось сказать «может не надо?», но я сдержалась. К тому же пришел хозяин бара и принес нам чай, несколько вазочек с конфетками, печеньками и колотыми орешками в сахаре. Расставил внезапно приличные чашки и принялся разливать ароматный чай, начав, естественно, с Энн.
Та оторвалась от своего блокнота и подняла взгляд на мужчину…
И тут я увидела настоящую любовь с первого взгляда!
Всегда уставшая, сутулая, печальная молодая вдова буквально на глазах просветлела лицом, улыбнулась и расправила плечи. Словно цветок, долго росший в тени, внезапно оказался на солнышке и распустил свой прекрасный бутон.
И вот смотрела эта парочка друг на друга, кажется, забыв как дышать, а чай-то в чашку все лился, и лился, и лился…
— Ой! — пискнула Энн, когда кипяток добрался до ее коленок.
— Демон! — выругался бармен, спохватившись.
И оба покосились на нас, поняв, что их застукали за чем-то ну очень личным.
— Может, мы пойдем пообедаем нормально? — как ни в чем не бывало предложила Лукреция.
— Какая прекрасная идея, — подхватила я. — Энн, ты останешься привести себя в порядок или пойдешь с нами?
Спросила специально, чтобы дать ей возможность уйти. Но, кажется, Энн была потеряна на ближайшее время для нашего общества, а может и вообще для общества.
— Я останусь… — пролепетала девушка. — Надо привести себя в порядок.
— Тогда идем! — скомандовала Лукреция, и мы покинули бар, оставив парочку любоваться друг другом.
И только Виктор ненадолго задержался. Мы с его сестрой оказались удивительно синхронны:
— Что такое? — спросили одновременно.
— Ничего, — пожал плечами. — Оставил записку, чтобы ткань прислали, куда скажет Энн. И шепнул нашему знакомому, что если он обидит беззащитную вдову с тремя детьми, то я обижу его.
— А он? — выдохнули мы с Лукрецией. Опять поразительно синхронно.
— А он изобразил праведный гнев и сказал, что никогда бы не обидел женщину. Когда я выходил, он уже спрашивал, где у нее мастерская и, узнав, что мастерская в плачевном состоянии, кинулся предлагать варианты.
— Думаешь, он настроен серьезно? — обеспокоенно спросила я.
— Похоже на то, — пожал плечами Виктор. — Если бы был не серьезен, услышав про троих детей бы нашел сотню способов ее выпроводить.
— Получается, у Энн теперь все будет хорошо? — обрадовалась я.
— Ну, надо будет присмотреть, конечно, по началу… — задумчиво протянул Виктор. — Но, думаю да.
— Спасибо, — совершенно искренне поблагодарила я.
— Вижу приличное заведение! — заявила Лукреция и, схватив нас с Виктором под руки, бодрым шагом потащила в сторону какого-то кафе.
Так, кажется сейчас мне устроят смотрины!