В пылу сражения я и не заметила, что прежде чем исчезнуть, девятихвостый лис дернул головой. И я взмыла в воздух вместе с ним, благодаря воткнутым в его морду клинкам.
И вот зверюга рассыпалась алыми искрами, а я оказалась в воздухе, потеряв всякую опору. Даже рукояти мечей от неожиданности разжала.
Хотелось бы сказать, что я сделала кульбит и изящно приземлилась на ноги, но вышло немного иначе.
— Иииииии! — завизжала я во всю силу легких, представляя, как сейчас пребольно треснусь филеем о землю штрафной зоны.
Однако характерное ощущение магического перемещения в пространстве не возникало, и я вдруг обнаружила себя все на той же полянке и в довольно комфортном состоянии.
На руках у Виктора.
Мне показалось, что я сквозь купол услышала восторженное «АХ!» от трибун и персональное «Ррррр!» от отца. Дернулась, но неожиданно Виктор не разжал руки, а продолжил меня удерживать.
Золото поутихло, но его карие глаза сейчас казались какими-то особенно темными, притягательными, точно ночное небо, усыпанное звездами.
Оно манило и тянуло к себе и…
— Ты что делаешь⁈ — зашипела я, сообразив, что мы чуть-чуть не поцеловались.
— Испытываю острую потребность в новой порции удачи, — невозмутимо ответил парень.
— На глазах у толпы⁈ — возмутилась я.
— Пф… — небрежно отозвался парень.
— Там мой отец! — в отчаянии воскликнула я.
— Отлично, вот и познакомимся, — улыбнулся Виктор, внимательно рассматривая мое лицо.
И тут вдруг до меня дошло. Озарило, что называется, прямо посреди аэрена. Словно внезапно свет включили посреди темного зала, и стало видно все-все.
— Ты знаешь! — ахнула я.
— Ну… — неопределенно протянул парень. При этом продолжая держать меня на руках.
— Ты знаешь! — повторила я шокированно. — И давно ты знаешь⁈
— Когда вы с Алексом устроили шикарное синхронное шоу, — признался Виктор.
— Ах ты наглец! — воскликнула я.
— Это еще почему? — чуть обиженным тоном спросил парень. — Я же не стал рассказывать о своих открытиях широкой общественности. Даже команда не в курсе. Да и не поняли бы они этого: из наших Алекса так хорошо знаю только я.
Я перестала пытаться вырваться из рук парня и просто растерянно смотрела на него, хлопая глазами. А парень просто держал меня и улыбался с таким довольным видом, что больше походил на облопавшегося сметаной кота.
— Отец тебя прибьет, — наконец, отмерла я.
— Наверняка попробует, — невозмутимо ответил парень. — Но я буду сопротивляться с честью.
Я рассмеялась, живо вообразив себе эту картину. И со смехом вышло и все напряжение, и вся растерянность, и противная недосказанность.
— Но я все еще не обладаю правом на титул, — чуть нахмурился Виктор и, вдохнув, поставил меня на ноги. — А потому нам стоит поспешить завершить игру.
И мы оба синхронно посмотрели на гору ценного барахлишка, оставленного девятихвостым лисом.
А потом я покосилась на Виктора и, приподнявшись на цыпочки, звонко чмокнула парня в щеку.
Поскольку отец после сегодняшнего наверняка и так меня запрет в родовом дворце, то пусть хотя бы за дело!