Конечно, я не могла заставить Виктора тащить ткань на пятерых. Особенно учитывая, что он был не в большом восторге от моей инициативы. Поэтому оставила торговцу адрес, куда отправить отрезы, и широко улыбнулась Виктору:
— А теперь к швее!
В ответ парень равнодушно пожал плечами, и мы отправились к крошечную швейную Энн. Правда, по пути Виктор извинился и заглянул в какую-то лавчонку с невыразительной вывеской и непонятным содержимым, но я очень спешила принести Энн хорошие новости, а потому не стала его дожидаться.
И хорошо, ведь у девушки в это время разворачивалась нешуточная драма!
Соседки решили окончательно выжить бедолагу и буквально громили ее мастерскую. Энн пыталась отбиваться, но габариты были явно не равны. Почувствовав непреодолимую тягу к справедливости и громким, хорошо поставленным генеральским голосом рявкнула:
— Что здесь происходит⁈
Три неприятные бабищи синхронно повернулись ко мне. Они были разные и в то же время одинаковые. Злые глаза, недовольные заломы морщин в уголках ртов, поплывшие фигуры, богатые, броские, безвкусные одежды. Я бы у таких не стала заказывать себе платья, но наверняка кто-то платил за аляпистые розочки.
— Ворует! — заявила первая бабища и ткнула в Энн пальцем.
— Халтурит! — воскликнула вторая, тоже ткнув в Энн пальцем.
— Врет! — взвизгнула третья, повторив жест товарок.
— И вы решили устроить самосуд? — я выразительно приподняла бровь.
— Кто, если не мы⁈ — выпятила грудь лысоватая толстая бабища.
Признаюсь, в этот момент глазик у меня дернулся. Едва ли кто-то захочет защитить вдову, что ютится в крошечной клетушке и едва сводит концы с концами. Конкуренция в торговле всегда была жестока, а уж среди женщин и того страшнее…
Отчаянно хотелось настучать всем трем стервозинам, но вроде как за рукоприкладство могут оттащить к страже. И там точно братья по головке не погладят…
Но оставлять Энн здесь было совершенно точно нельзя, так что я уже собралась взять молодую женщину под руки и увести подальше от потерявших всякую адекватность соседок, как за спиной раздался голос Виктора:
— Что тут происходит?
И еще один, женский:
— Да, мне тоже интересно!
Я повернулась, ожидая увидеть Виктора в компании матери. Или какой-нибудь фанатки. Или просто одногруппницы.
Но все мое везение как будто исчерпалось при покупке ткани.
Рядом с Виктором стояла девушка неопределенного возраста, зато с четкими фамильными чертами лица Шортон.
Мне конечно было интересно посмотреть на его сестру, но не до такой же степени!