Виктор
Ночь перед финалом выдалась возбужденно-тревожная.
Парни долго не могли разойтись спать, и я прекрасно их понимал. Стоило лишь оказаться в своей комнате наедине с самим собой, как мысли о том, что завтра ФИНАЛ наваливалась со всей силой.
Но всем нужно было отдохнуть.
— Все, полночь. Отбой, — скомандовал я, когда понял, что сами они не разойдутся.
Явно нехотя, недовольно бурча и демонстративно еле волоча ноги ребята все-таки разошлись по своим этажам. Я же внезапно почувствовал, что на меня наваливаются не мысли, а лошадиная доза адреналина.
Завтра финал. ФИНАЛ. И от него зависит вся моя дальнейшая жизнь. И если еще недавно мысли о проигрыше меня мало беспокоили, то с последнего матча все изменилось.
Лекси Норд не могла отказать такому же безродному парню на предложение сделать его счастливым. А вот Алексия Лаян не сможет согласиться.
Точнее, не она, а ее отец и старшие братья. Уверен, даже Александр, как сильно бы меня не любил, не позволит младшей сестренке портить жизнь потерей статуса.
И именно от этого неудержимо хотелось начать действовать прямо сейчас.
А потому я прошел мимо своего этажа выше. Из-за дверей в комнату Лекси доносились голоса разговора и веселый смех. Не знаю, что там обсуждали девушки, но явно не предстоящий матч, а нечто более приятное.
Но я поднялся по ступеням дальше и, распахнув люк, выбрался на крышу. Сильный ледяной ветер тут же бросил в меня горсть снега, и я провел руками по лицу, стирая талую воду что немного остудила эмоции.
Подошел к краю башни и, оперевшись локтями у каменные зубцы, глянул на городок академии. Местами освещенный, а местами укутанный тьмой. Защитный барьер полигона чуть светился теплым светом, создавая ощущение небольшого зарева.
— Заболеешь — тебе Лекси голову оторвет, — пробасил Микаэль.
— Не заболею, — отозвался я.
— Что ты здесь делаешь? — друг зябко повел плечами.
— Остужаю голову, — усмехнулся я.
Микаэль немного помолчал, тоже рассматривая пейзаж. Наверное, мы бы могли обменяться какими-то общими фразами. «У тебя на кону стоит больше всех» и «Да, но у тебя тоже на шее сестры и мать»… Или «Я должен выиграть ради нее» и «Я не знаю, как начать жить свою жизнь».
Но смысла в этих словах не было ровным счетом никакого.
Каждый и так знал, что на душе у другого, и обсасывать эти вечные темы было бессмысленно.
Завтра мы получим или все. Или ничего. И результат будет зависеть только от нас.
Я хлопнул Микаэля по плечу:
— Пойдем. И спасибо.
Друг молча кивнул, и мы отправились к распахнутому люку, откуда тянуло теплом и мягким светом.
Эта ночь была как шаг в бездну.
Завтра у нас за спиной распахнуться крылья, или мы рухнем камнем в пропасть. Но сегодня, сейчас последний шанс побалансировать в этом хрупком равновесии.
— Зайдешь к ней? — спросил Микаэль, уже спустившись на полоборота лестницы вниз.
Я кинула взгляд на дверь в комнату Лекси, откуда еще доносился веселый девичий разговор, и усмехнулся:
— Нет, но… — подошел в двери, бахнул в нее кулаком и рявкнул. — Отбой!
За дверью на пару секунд воцарилась тишина, потом смех и возмущенные голоса. А мгновение спустя тонкая полоска света под дверью погасла.
— Ну, так тоже можно, — хмыкнул Микаэль.
А я поймал себя на мысли, что ощущаю себя многодетным отцом. На дворе ночь и никто не хочет ложиться спать перед важным экзаменом.
Как дети малые, честное слово…