Подарок для Императора

Глава 1: Сюрприз не по тому адресу

Итак, записывайте в мои жизненные достижения: я, Юля, мастер спорта по боксу, человек, обычно решающий проблемы левым прямым в челюсть, добровольно засунула себя в картонную коробку из-под монитора. Любовь, как известно, творит чудеса. А иногда — полное безумие.

Комната моя выглядела так, будто тут прошёл ураган «Прихорашивание». На кровати горой лежали отброшенные в процессе поиска идеального образа джинсы и футболка. На спинке стула, как повешенный преступник, красовался тот самый, купленный с прицелом на эффект «Влад, ты должен сойти с ума!», комплект: чёрные кружева, ушки и такой же хвостик. Для парня, который видел меня в основном в спортивных штанах и с разбитыми костяшками, это должен был быть шок.

На мне же пока оставались старые удобные вещи — расставаться с ними до последнего было моим маленьким суеверием. В воздухе витал стойкий запах моего любимого парфюма «Удар ниже пояса» (нет, конечно, он назывался как-то поэтичнее, вроде «Шёпот ночи», но суть передавала именно так).

«Ну что, Владик, — мысленно торжествовала я, наконец-то облачаясь в эту кружевную анархию и ловко приклеивая усики, — Готовься к лучшему дню рождения в твоей жизни».

Мы с Владом встречались полгода. Он был IT-шником, спокойным, милым, обожал мою «боевую натуру», как он это называл. И сегодня, в его двадцать шестой день рождения, я решила подарить ему не просто подарок, а целое приключение.

Коробка из-под нового монитора показалась мне идеальным вариантом для сюрприза. Я залезла внутрь, подобравшись калачиком. Было тесновато и пахло пылью. В руке я сжимала ленточку, привязанную к крышке. План был гениален и прост: услышу, как ключ поворачивается в замке — дерну за веревочку, выскочу с криком «С днем рождения!» и далее по накатанной.

Сижу. Жду. В пятый раз проверяю, не отклеился ли хвост. Мысленный диалог с самой собой достиг стадии абсурда: «А что, если он приведет кого-то? Коллегу? Маму?! Юля, ты идиотка. Надо было просто торт испечь, как нормальный человек». От скуки начала разглядывать комнату из щелочки в картоне. Вот торшер, что я купила на распродаже. Вот постер с героем из той самой вампирской саги, порванный в жарком споре «Команда Эдварда против Команды Джейкоба». Вот дверь в ванную, где вечно капает кран...

А вот на книжной полке, в скромной рамке. Моя семья. Мама, папа, я и Лерка, все в дурацких соломенных шляпах на курорте. Папа корчит рожу, мама смеётся, прижимая к себе сестрёнку. «Счастливы», — гласила подпись. И мы такими и были. Просто, глупо, на всю катушку. Мой маленький, привычный, родной мирок.

И тут — стук. Нет, не привычный щелчок дверной ручки. Скорее, такой... глухой удар, будто что-то тяжелое упало. Сердце екнуло. Владик, что ли, сумку с подарками так приземлил? Или это сосед сверху опять диван перемещает?

И самое главное — свет померк. Лампочка перегорела? Но я же только новую вкрутила! В коробке стало темно, как в танке. Я насторожилась. Мой боксерский инстинкт, обычно спавший глубоко внутри, вдруг подал голос:

«Что-то не так».

Но было уже поздно.

Ощущение было сродни тому, когда проваливаешься во сне. Только в тысячу раз реальнее. Резкий провал в животе, свист в ушах, будто падаешь с огромной высоты. Коробку качнуло, и я со всего размаху приложилась головой о картонную стенку.

— Вот черт! — вырвалось у меня, больше от неожиданности, чем от боли.

Все затихло. Не так, как затихает комната — сначала гул холодильника, потом шаги соседей сверху... Нет. Это была мертвая, абсолютная тишина, в которой мое собственное дыхание казалось оглушительно громким. И только где-то вдалеке — потрескивание, похожее на огонь в камине.

И запах... Пахло теперь не моими духами и пылью, а чем-то чужим, древним. Деревом, воском, камнем. Чувствовался холодок, идущий от пола.

Мысли метались, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение. Землетрясение? Обморок? Галлюцинации? Но ни одна из версий не тянула на правду. Это было что-то другое. И от этой догадки стало по-настоящему страшно. Не так, как перед боем — там страх был знакомый, управляемый. Это был страх перед неизвестным, холодный и липкий.

И тут я услышала шаги. Тяжелые, мерные, с отчетливым звоном каблуков по каменному полу. Не Владик. Его легкую, чуть вразвалочку походку я узнала бы из тысячи.

Ледяная игла страха кольнула под ложечкой. В моей квартире кто-то чужой. А может, это уже и не моя квартира? Мой план «сюрприз» мгновенно трансформировался в план «выживание». Адреналин, старый знакомый, ударил в голову, прогоняя остатки смущения и паники, заставляя мыслить четко и холодно. Ладно, кошечка, пора показывать когти. Какие бы ни были правила в этой новой игре, мой главный козырь — умение биться.

Всегда был и всегда будет.

Шаги приблизились и замерли прямо перед коробкой. Я сжала кулаки, мышцы ног напряглись, готовые к прыжку. Ладони вспотели. Неважно, кто там снаружи — монстр, пришелец или новый хозяин этой каменной коробки. Пора действовать на опережение.

Крышка коробки отлетела. Я, как чертик из табакерки, выпрыгнула наружу, приняв самую грозную стойку, какую только можно было принять в костюме кошечки, и прошипела что есть мочи, глядя в сторону невидимого противника:

— А ну, стоять, громила! Сейчас получишь...

И... обомлела.

Вместо знакомых обоев с едва заметным геометрическим принтом меня встретили стены из тёмного, отполированного до зеркального блеска камня. Вместо потолка с люстрой-пауком где-то далеко в вышине терялись своды, расписанные фресками со сценами эпических битв. Воздух пах не шампанским и суши, а ладаном, старым деревом и… властью. Да-да, властью. У неё был вполне конкретный запах — холодный металл и терпкая сладость старинного вина .

Я стояла не на своём потрёпанном паркете, а на гигантской шкуре какого-то невиданного зверя. Один только его след с отпечатками когтей был размером с мою ванну. Под босыми ногами грубая шерсть колола кожу, напоминая, что это не декоративный коврик, а трофей с настоящего монстра.

И прямо передо мной, взирая на это немыслимое зрелище, восседал на троне ОН.

Мужчина. Лет под тридцать, не больше. Но во всей его осанке, в каждом мускуле лица читалась власть, не знающая возражений. Черты его лица были поразительно четкими и строгими, словно сама вечность отшлифовала их до идеальных линий. Его коротко стриженные волосы цвета воронова крыла лишь подчеркивали безупречную линию сильного подбородка и делали взгляд еще более пронзительным.

На нём был камзол цвета глубокой ночи — тёмно‑синий, почти чёрный, — и в мерцании факелов серебряная вышивка вспыхивала, словно иней на острие клинка. В длинных пальцах, покоящихся на подлокотниках трона с хищной небрежностью, замер бокал, наполненный жидкостью цвета густого рубина. Но всё затмевали его глаза — карие, бездонные, как древние колодцы. В них не читалось ни паники, ни обычного удивления. Лишь ледяной, пристальный взгляд учёного, изучающего невиданный экспонат. От этого взгляда кровь стыла в жилах, а по спине пробегал холодок.

По обе стороны от трона, будто высеченные из камня статуи, застыли двое стражников в сверкающих латах. Чуть в отдалении притаился худощавый мужчина в длинных одеяниях, сжимая в тонких, почти прозрачных пальцах свёрнутый свиток. У всех троих — одинаково изумлённые лица: рты приоткрыты, словно беззвучно вопрошая о неведомом. И этот всеобщий трепет лишь ярче оттенял ледяное, непоколебимое спокойствие того, кто восседал в центре немого действа.

Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь мерным потрескиванием факелов.

Я застыла посреди незнакомого зала в своём нелепом костюме, ощущая себя последней дурочкой. Мысли метались в поисках хоть какого‑то разумного объяснения: декорации к спектаклю? Ролевая игра? Может, Владик задумал розыгрыш? Но нет, это не в его характере… Почему так холодно? Почему воздух словно сгустился, превратившись в вязкую субстанцию, которую приходится буквально вдыхать с усилием? Неужто иной мир?.. Сердце рухнуло куда‑то в область пяток, отдаваясь глухим барабанным боем в висках. Попаданчество. Чёрт возьми. Подружки из книжного клуба «Читаем фэнтези» наверняка бы завистливо ахнули. А мне было не до восторгов — дома меня ждал торт со свечками. И Влад… Бедный Влад, он ведь сейчас войдёт в пустую квартиру…

А затем этот… царь‑король… на троне неспешно поднял руку и указал на меня длинным пальцем.

— Что это? — в его низком, бархатном голосе явственно звенела стальная нота. — Очередная попытка покушения? Решили отвлечь правителя… необычным внешним видом?

Покушение? Правитель? Смысл слов постепенно доходил до меня, пробиваясь сквозь хаос мыслей. Всё выглядело до ужаса реалистично. Я неспешно обернулась. Коробка, из которой я только что выпрыгнула, по‑прежнему стояла на меховой шкуре. Но за ней не было моей кровати — лишь стена, украшенная гобеленом с изображением охоты на дракона.

Адреналин, знакомый по боевым схваткам, хлынул в кровь, но на этот раз прояснил сознание. Панику отложу на потом. Сейчас — только расчёт.

— Арестовать её, — прозвучал его голос, холодный и бесстрастный, будто он просил подать бокал вина, а не обрекал на заточение девушку в костюме кошки.

Из теней моментально возникли двое. Не просто крупные, а монолитные, закованные в сталь с ног до головы. Их латы сияли при свете факелов, а в руках они сжимали алебарды, от одного взгляда на которые по спине пробегала дрожь. Но самое забавное были их лица. Глаза, вылезающие из орбит, нижние челюсти, отвисшие в немом вопросе. Видимо, глава «Задержание полуобнаженных девиц в звериных ушках» в их уставе отсутствовала напрочь.

— Ваше Величество? — проскрипел один из них, голосом, в котором смешались ужас и смущение.

Стражи сделали шаг вперед, но заметно замешкались, переглядываясь и гадая, с какого бока подступиться к этому «особо опасному преступнику». Один из стражников, тот, что был покрупнее, неуверенно шагнул ко мне и протянул руку, явно не зная, за что именно хватать — за руку или за этот дурацкий хвостик.

Я выпрямилась во весь свой метр шестьдесят пять, подняла подбородок и посмотрела на «правителя» прямо в его карие глаза. Глубокий вдох. Игра началась.

— Слушай сюда, «царь», — произнесла я, тщательно контролируя голос, чтобы в нём прозвучало лишь холодное возмущение, — Я не знаю, что это за шоу такое, и чей тут корпоратив, но я здесь явно по ошибке. Меня ждёт парень, суши и адекватная обстановка. Так что, если не хочешь, чтобы твой шикарный трон пошёл на сувениры, а твои ребята — на больничные, быстренько объясняй, где я нахожусь и как мне отсюда свалить.

Мужчина медленно приподнял одну идеальную бровь. В уголке его губ дрогнула тень улыбки. Не доброй, опасной, словно тень от надвигающейся бури.

— Ты находишься в тронном зале Империи Аргос, — произнес он, и каждый звук его голоса, бархатного и глубокого, ложился в тишину зала, словно камень на дно колодца. — Я — Император Аррион. А ты..., — его взгляд скользнул по моим ушкам, задержался на хвостике, и в его глазах мелькнуло что-то, что можно было принять за мимолетное развлечение, если бы не ледяная твердость в их глубине, — ...Непрошенная гостья, осмелившаяся нарушить покой своего повелителя в... весьма специфическом облачении. И, если я не ослышался, угрожающая ему.

Аррион плавно поднялся с трона. Он был высоким. Очень. Движения выдавали в нём человека, привыкшего повелевать: размеренные, уверенные, лишённые суеты. Я почувствовала себя крохотной — словно насекомое у подножия монумента.

— Отвести ее в покои Надежды. Под замок, — Аррион жестом указал на меня, сверкнув массивным перстнем. — И не прикасаться к ней.

Стражи переглянулись в полном недоумении, застыв в нелепых позах с протянутыми и тут же замершими руками. Похоже, единственный известный им способ задержания внезапно оказался под запретом. Пока они мысленно перебирали варианты — может, попытаться загнать меня в угол взглядами или прочитать заклинание усмирения, которого явно не знали, — мой мозг уже анализировал новую информацию.

«Покои Надежды»? Звучало обнадеживающе. Поэтично даже. Словно тебя не под арест, а на спа-процедуры ведут. Но леденящее душу упоминание замка грубо возвращало к суровой реальности. Ирония судьбы — надежда, но запертая на ключ.

Мои размышления прервал голос Арриона:

— Она появилась здесь с помощью магии, которую я не могу отследить, — он смотрел на меня как на диковинный экспонат в музее — с острым, безжалостным любопытством. — Ни стражи, ни магические барьеры не зафиксировали её проникновения. Пока я не пойму природу этой магии, никто не будет рисковать прикосновением к ней. Защитные чары, отравленная кожа, контактное проклятие.....

Его объяснение было таким убедительным, что я почти поверила: а вдруг у меня и правда есть какое‑нибудь тайное проклятие? Ну, типа суперспособности — раздеть кого‑то взглядом или расплавить доспехи в симпатичные металлические шарики. Но нет, увы: только старые спортивные травмы, ничего волшебного.

— Ваше величество, — проблеял испуганный стражник, — А как её... вести-то?

Аррион изобразил преувеличенно-задумчивое выражение лица, будто решал сложнейшую дилемму.

— Неужто столь хрупкое создание нуждается в грубом принуждении? — его голос звучал сладко, как мёд, но с явной примесью яда. — Уверен, эта... милая кошечка... обладает достаточным интеллектом, чтобы проследовать за вами добровольно, — он медленно перевел взгляд на меня, и в его глазах заплясали насмешливые огоньки, — Не так ли, кошечка?

Я выдержала паузу, удерживая его насмешливый взгляд.

— О, я не просто последую, — мой голос прозвучал тихо, но отчеканивая каждое слово. — Я пройду с таким достоинством, что вы все еще долго будете гадать, кто здесь кого арестовал. Что касается интеллекта... — я слегка склонила голову, будто погрузившись в раздумья, затем медленно обвела взглядом застывших стражников, их нерешительно протянутые руки, — Его хватает ровно настолько, чтобы не совать пальцы туда, где они могут… отсохнуть, — мой взгляд задержался на их ладонях, прежде чем вновь устремиться к Арриону, — Внезапно. И крайне болезненно.

Слова повисли в воздухе, и на мгновение воцарилась тишина — лишь тихое позвякивание доспехов стражников нарушало напряжённую паузу. В этот миг я чётко осознала: красноречие — лишь прелюдия к действию. Нужно было решить, как поступить дальше.

Я одним взглядом оценила обстановку. Два громилы в железе. Один император, от которого так и веяло магией и абсолютной властью. Я — в кружевах и босиком. Мысленно прикинула шансы. Нокаутировать стражников? Возможно. Но что потом? Бежать куда? Я не знаю этого мира, не знаю, как вернуться. А этот самодовольный красавец на троне — пока мой единственный источник информации. Шансы были, мягко говоря, не в мою пользу. Иногда стратегическое отступление — лучшая тактика. Позволить себя «арестовать», выиграть время, изучить врага и найти его слабые места. Да, это пахло капитуляцией, но я предпочитала называть это «тактической паузой». Пусть этот самодовольный тип думает, что укротил дикую кошечку. Он еще не знал, что у этой кошечки в запасе есть когти, способные распороть его спесивое горло.

Я метнула на него ядовитый взгляд, полный обещания будущих неприятностей.

— Мяу, блядь, — прошипела я так, чтобы слышал только он.

Его брови удивлённо поползли вверх, но в глазах вспыхнул тот самый опасный, знающий огонёк.

— Незнакомое слово...., но звучит с подкупающей страстью, — он наклонился чуть ближе, и его бархатный голос прозвучал с ласковой ноткой, — Решила посвятить меня в свои тайны так скоро? Приму это как клятву на верность. Или нечто столь же... поэтичное.

«О да, конечно, клятва верности, — ехидно пронеслось у меня в голове. — Именно это я и имела в виду, рыдая от восторга перед твоим величеством. Ага, щас.»

— Что ж..., — продолжил он уже громче, и в его бархатном голосе вновь зазвучала та самая усмешка, — Похоже, мы достигли взаимопонимания. Пройдем, загадка. Добровольно. Пока не выясним, на что ты способна, тебе обеспечат комфортные условия. Кроме свободы, разумеется.

«Разумеется. Я кивнула, принимая его условия — временно. С достоинством проигранный раунд все равно остается раундом, а не поражением.»

Проходя мимо Арриона, я на миг остановилась, поймав его надменный взгляд.

— Но имей в виду, царь, — бросила я через плечо, — Я не твой смертный приговор. Я твой... сюрприз с сюрпризом внутри. И когда ты его распакуешь, черт тебя побери, ты об этом пожалеешь.

С этими словами я гордо направилась за стражником, мысленно составляя план мести. Пункт первый: выяснить, как вернуться домой. Пункт второй: если не выйдет — устроить в этом дворце такой хаос, чтобы у императора закружилась голова. Пункт третий: персонально для его величества — найти способ настучать по его самодовольной ухмылке. И не важно, что прямо сейчас я была в кружевах и босиком, а он — на троне. Время всё расставит по местам.

«Ну, Владик, — грустно подумала я, — Прости. Твой подарок не только доставили не по тому адресу, но и, кажется, приняли на изучение в лабораторию. Но если они думают, что я буду вести себя прилично, они ошибаются. Очень скоро я покажу этому Властелину, кто здесь настоящая кошка с характером. И, возможно, оставлю пару царапин на его троне — для начала».