После неё

Глава 44

Он

Lover

Балтимор, январь 2023

Пенелопа была молчалива, обеспокоена и явно нервничала.

В чём её проблема? Тилли Ларсон.

Я никогда не думал, что присутствие этого человека будет для неё настолько обременительным, и пока искал решение с Алексом и Энни, я сделал важное исключение, потому что сделал перерыв в тренировках, и заставил Пенелопу сесть в мою машину. Направление — наш старый район.

— Только не говори мне, что везёшь меня к родителям, потому что мне сегодня нужно закончить три наряда, — прокомментировала она, глядя в окно.

— Нет, мы не пойдём к тебе домой.

— Тогда почему ты поехал по дороге к Лунному бульвару?

— Ты всё поймёшь через несколько минут.

— Я хочу понять это не через несколько минут, а сейчас.

— Пенелопа!

Она надулась.

— Прости, но я не в настроении кататься по улицам.

Я продолжил вести машину, пока мы не добрались до моего старого дома. Тогда я вышел из салона, обошёл капот и открыл дверь со стороны пассажира. Мы пересекли подъездную дорожку и подошли к крыльцу.

— Разве там не жила семья с тремя детьми?

— Ты правильно сказала, жила.

— Ты купил дом?

— Месяц назад.

Мы вошли, и Пенелопа стала осматриваться. Дом уже очистили от всей мебели; на полу виднелись следы, оставленные архитектором и указывающие направление предстоящей работы: стены, которые нужно было снести, и стены, которые нужно построить.

— Ты ведь не хочешь переехать и жить здесь? — спросила она, наморщив лоб.

— Почему ты спрашиваешь таким тоном?

— Потому что это не район богатых людей.

— Прекрати сейчас же вести себя как стерва. Я здесь не для того, чтобы спорить, а пытаюсь отвлечь тебя. Ты знаешь, мне нелегко говорить о том, что я делаю и чувствую, но я делаю над собой усилие и делаю это ради тебя.

Она с сожалением посмотрела на меня и обняла.

— Ещё раз прости.

Я вдохнул аромат её волос; Пенелопа Льюис обладала способностью обезоруживать меня самым извращённым образом. Мне нравилось готовиться к войне с ней, но ещё больше нравилось сдаваться и позволять ей побеждать.

— Прости, Бо, но меня терзают кое-какие мысли.

— И как ты относишься к возможности поделиться ими?

Она подняла на меня глаза.

— Ты купил мне машину, и я не хочу, чтобы ты сделал то же самое с моей работой. Я должна справляться сама, своими силами, иначе я буду выглядеть как человек, которому помог известный парень, а этого я не хочу.

Я вздохнул и покачал головой: почему она всё усложняет, и особенно почему она всё время хочет справиться с чем-то в одиночку, когда вдвоём мы могли бы решить за секунду?

— Я понимаю это до определённого момента.

— Тебе не нужно понимать, тебе нужно принять. Пообещай мне не вмешиваться, и прежде чем ты скажешь «нет», я хочу, чтобы ты знал: я не хочу, чтобы ты что-то предпринимал.

— А я хочу быть уверенным, что если у тебя возникнут трудности, которые не сможешь решить, если ты почувствуешь себя потерянной из-за работы или чего-то ещё, ты отбросишь свою гордость и придёшь ко мне.

— Я обещаю тебе. Теперь и ты пообещай мне.

— Хорошо, Пенелопа, но делаю это неохотно.

— Я тоже делаю не всё, что мне нравится. Например, ем ту псевдопасту из прозрачной резины. Но я всё равно зажимаю нос и глотаю её, — ответила она, схватила меня за руку и потащила в гостиную, окно которой выходили на улицу.

Мы продолжили осматривать первый этаж, и, оказавшись перед окном, выходящим в сад, она указала на пустое пространство.

— Здесь ты можешь поставить своё пианино.

— Пианино будет только в случае необходимости. Пойдём наверх.

Я повёл её на второй этаж, где раньше находились спальни и где я проводил дни, подглядывая за ней, а ночи, мечтая о ней.

— Я никогда не поднималась сюда.

— Твой дом был лучше моего, в этом царило только одиночество и немного надежды.

Мы вошли в мою старую комнату. Пенелопа указала на обои с изображением плюшевых медведей.

— Полагаю, это очень скоро исчезнет.

— Уберут все следы того, что здесь было, и всё снесут.

— Ты купил дом в качестве шоковой терапии? Собираешься снести все стены, будто это твоё прошлое?

— Более или менее. Здесь создадут открытое пространство, будет надстроен целый этаж и комната над гаражом. Изначально планировалось снести всё строение, но архитекторы сказали, что фундамент хороший и это пустая трата денег и времени.

Пенелопа снова огляделась.

— Ты уверен, что вся эта работа имеет смысл, если не знаешь наверняка, останешься ли в Балтиморе?

— Инвестиции в недвижимость всегда имеют смысл.

— Лунный бульвар стоит твоих инвестиций? Ты это имел в виду, говоря о своём будущем? Будешь покупать старые дома и ремонтировать их?

— Нет, когда я говорил тебе об инвестициях, я имел в виду человеческие инвестиции. Это будет дом для детей, которые в нём нуждаются.

Она удивлённо посмотрела на меня.

— Семейный дом?

— Вроде того. Бюрократическое управление находится в руках Алекса и Келли, но этот район идеально подходит. Улицы тихие, парки, а школы находятся всего в нескольких метрах.

Пенелопа выглядела всё более и более ошеломлённой.

— Я действительно думала, что ты, либо хочешь разобрать его по кирпичикам, либо переехать сюда, чтобы показать всем свою пятизвёздочную жизнь.

— У тебя неверное представление обо мне, я всегда так говорил, и, кроме того, моя жизнь не пятизвёздочная, а бизнес-класса.

Она хихикнула, продолжая прохаживаться по пустым комнатам.

— Значит, ты планируешь до конца жизни помогать менее удачливым...

— У меня много материального и мало эмоционального. Я надеюсь это сбалансировать.

— Равновесие… — Она взвесила это слово. — Ворчливый Милашка Би помогает детям, попавшим в беду.

— Я не хочу, чтобы появлялось моё имя, мне всё равно, так же как меня не волнует, если другие изменят своё мнение обо мне. Для меня важно, что это сделала ты.

Она снова обняла меня и поцеловала.

— Но я не изменила своего мнения о тебе, ты всегда будешь высокомерным засранцем. Просто я обнаружила, что ты можешь быть совсем другим.

— Молодец, Пенелопа, помни об этом, когда мы будем ссориться в следующий раз.