Развод. Цена твоей измены

Глава 28

Дрожь охватывает тело. Воспоминания о последней нашей встречи с Германом заполняют разум. Еле-еле дышу. Сердце бьется до такой скорости, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Его стук отдается в голове, ушах. Виски пульсируют, кончики пальцев холодеют.

Не сразу понимаю, что муж смотрит не на меня.

Его пронзительные голубые глаза сосредоточены на Александре. В них полыхает самая настоящая ярость. Черты лица Германа заострены, ноздри раздуваются при каждом вдохе, губы сжаты до белой линии. Грязная черная футболка и джинсы дополняют безумный образ. Вдобавок муж сжимает-разжимает кулаки. В попытке успокоится? Или разминает их?

Легкие жжет от нехватки воздуха, поэтому приходится с силой втянуть его в себя. И,видимо, вдох получается слишком шумным, потому что… Герман резко переводит взгляд на меня.

Глаза мужа широко распахиваются.

Он моргает. Еще раз и еще. Прежде чем окончательно сжимает кулаки.

— Какого черта ты здесь забыла? — ревет, влетая в кабинет.

Я так быстро вскакиваю на ноги, что даже забываю о сумочке. Она с приглушенным стуком падает на пол, содержимое рассыпается. Но я тут же забываю о ней, ведь с невероятной скоростью отскакиваю в сторону.

Сама не замечаю, как огибаю стол, оказываюсь совсем рядом с Александром. Наполненного ужасом взгляда от мужа не отвожу.

Словно в замедленной съемке наблюдаю, как Герман мчится ко мне. Его ярость теперь направлена на меня. Она оседает на коже, давит на грудь, заставляет меня отступать все дальше и дальше, пока я не натыкаюсь спиной на стену.

Судорожно оглядываюсь, собираюсь метнуться в сторону, но даже шага не успеваю сделать — муж, со всей присущей ему звериной силой, хватает меня за плечо.

Шиплю из-за резкой боли, но от нее быстро остаются лишь отголоски. Потому что не проходит и мгновения, как пальцы мужа исчезают с моей руки, а передо мной вырастает “стена” в виде спины, обтянутой темно-синим пиджаком.

— Что вы себе позволяете? — произносит Александр настолько стальным тоном, что даже у меня мурашки ползут по позвоночнику.

Хотя несмотря на вгоняющий в ужас тон мужчины, облегчение разливается по телу. Закрытая широкой спиной чувствую себя… защищенной. Переношу весь своей весь на стену, вздыхаю.

— Этот вопрос должен задавать вам я! — шипит в ответ Герман, делая шаг в сторону.

Его голубые глаза, которые сейчас больше напоминают грозовые тучи, на мгновение снова сосредотачиваются на мне. Но не успеваю я испугаться, как Александр снова перекрывает обзор Герману.

— Вас ко мне привело как-то дело, раз вы настолько грубо ворвались в мой кабинет и прервали важную встречу? — у мужчины, защищающего меня от мужа, похоже, есть удивительная способность сохранять профессиональный тон даже в самой неординарной ситуации.

Видимо, это факт выбивает Германа из колеи. Ведь вокруг нас воцаряется молчание, но длится оно всего пару секунд.

— Важная встреча? С кем? С ней? — муж усмехается.

К щекам тут же приливает кровь. Еще никогда в жизни я никогда не чувствовала себя настолько униженной. Даже вчера, когда муж собирался надо мной надругаться, а меня спас незнакомец, мне не было настолько стыдно.

Ведь нет сомнений, Александр прекрасно знает, кем я прихожусь Герману. И мой возможный будущий работодатель, явно, понимает, что собственный муж сейчас обесценивает мои способности.

— Вас это не касается, — чеканит несостоявшийся босс. — Вы собираетесь озвучить, зачем пришли? Или поведете себя, как культурный человек, выйдете и дождитесь, когда вас пригласят? — от меня не скрывается сарказм, который пропитывает голос Александра.

Не сомневаюсь, муж тоже его прекрасно слышит, поэтому втягивает воздух сквозь стиснутые зубы.

— Озвучу, раз пришел, — Герман пытается вторить тону Александра, но это выглядит… жалко. — Даже не рассчитываете на сделку с моей фирмой. Я не собираюсь работать с таким… — явно, подбирает подходящее слово… — как вы! — но не находит.

— Сделку я заключаю не с вами, не вам ее и разрывать, — спокойно произносит Александр.

На самом деле, его умению сохранять равновесие в из ряда вон выходящей ситуации можно позавидовать.

— Вообще-то, я совладелец фирмы, с которой вы собираетесь заключить сделку, поэтому именно мне решать состоится она или нет, — муж даже не пытается замаскировать превосходство, которое отражается в его голосе.

— Здесь вы ошибаетесь, — хмыкает Александр. — Насколько мне известно, вы уже продали большинство своих акций, если не их все — информация требует уточнения, — складывает руки на груди, явно, демонстрируя пренебрежительную расслабленность. Я же шокировано вздыхаю. Герман продал акции? — И не стоит забывать, что держателем контрольного пакета акций вашей компании всегда был Марк. Исходя из всего перечисленного, вы не имеете никакого влияния на то, будет заключена сделка или нет!

Не выдерживаю, становлюсь на носочки, смотрю из-за плеча Александра на мужа.

Герман покраснел от злости. Скрипит зубами, пыхтит, метает молнии в мужчину напротив. Еще чуть-чуть, и он сорвется. Я это четко вижу.

Прикусываю губу. Господи, только пусть не будет драки… пожалуйста.

— Я бы на вашем месте взял себя в руки, если не хотите столкнуться с последствиями своих действий, — в голосе Александра слышится явный намек. Вот только на что именно?

Не успеваю получить ответ на свой вопрос, как Герман шумно выдыхает.

— Вы пожалеете! — выпаливает. — Запомните мои слова: вы пожалеете обо всем, что сделали! — такого бешенства, отражаемого на лице мужа, я еще не видела. — Алена, иди сюда, — Герман резко поднимает взгляд, заглядывая мне в глаза и протягивая руку в сторону. Похоже, хочет, чтобы я ее взяла.

Меня аж передергивает. Мотаю головой.

Нет. Ни за что!

— Алена, — шипит муж, пронзая уже меня гневным взглядом. — Я сказал: иди сюда!