Утром я обнаружила несколько пропущенных от Миши. Наверное, хотел сказать пару ласковых за то, как я поступила с его дружком. Хорошо, что поставила на беззвучный, не то испортил бы мне ночь.
А мне неплохо спалось. Тёма всё равно прибежал под утро, но некому было сказать, что так нельзя. Так что мы проспали в обнимку до будильника.
А проснувшись, ещё минут десять дурачились, щекочась и обсуждая, какой подарок он хочет под ёлку. Сюрпризы он не любил, и предпочитал самостоятельно выбирать себе подарки.
Отведя его в садик и пообещав вечером поход в магазин игрушек, я отправилась в головной офис компании. Он располагался в новеньком бизнес-центре, где аренда, наверное, стоила, как крыло от Боинга.
Наше рекламное агентство входило в группу компаний под руководством Евгения Дмитриевского. И после вчерашнего мне было любопытно познакомиться с человеком, вставшим на мою защиту.
В лобби бизнес-центра уже на входе чувствовался уровень. Не то, что в нашем старом офисе, где давно никто не мог починить кондиционер, а ремонта не было лет тридцать.
На входе меня встретила секретарь Евгения Викторовича, Лариса, зачем-то спустившаяся за мной из офиса.
— Анастасия Максимовна, доброе утро, — улыбнулась она. — Я вас провожу.
— Здравствуйте, да я бы и сама могла…
Как только мы пошли к лифтам, за нами двинулся крепкий мужчина в строгом костюме.
— Евгений Викторович просил меня проследить… — начала она и прервалась, когда двери лифта открылись, и нам навстречу выскочил Паша.
Столкнувшись с нами, он прожёг меня взглядом и хотел что-то сказать, но тут увидел здоровяка, отодвинувшего меня в сторону. Его ноздри расширились, а губы, наоборот, вытянулись в тонкую линию.
Сдержавшись, он поспешил уйти. Я настолько опешила от этой встречи, что Ларисе пришлось подталкивать меня в лифт.
— У нас сейчас неспокойно, — прокомментировала она полушёпотом.
Я вопросительно взглянула на неё, и тут же получила объяснение.
— После вашего звонка, Евгений Викторович начал глобальную проверку.
Видимо, я расшевелила улей, сама того не подозревая. Надо же. А всё потому, что Миша, который к этой компании даже отношения не имеет, изменил мне. Удивительно.
Мы поднялись на двадцать четвёртый этаж, и я окунулась в строгую корпоративную среду. В нашем маленьком рекламном агентстве не было ни дресс-кода, ни штрафов за опоздание.
Здесь же всё работало, как швейцарские часы. На звонки мгновенно отвечали, никто не слонялся без дела с кружкой кофе, мужчины в костюмах, женщины тоже в деловых нарядах. И все такие строгие, собранные.
— Пройдёмте, — Лариса повела меня через весь офис в кабинет гендиректора.
Уже на подходе я увидела его. Офис был ограждён стеклянной перегородкой и просматривался насквозь.
Его хозяин, симпатичный брюнет лет тридцати пяти, разговаривал по телефону, сидя за большим столом. Он сразу увидел нас и проводил взглядом, остановившись на моём лице. И, когда мы подошли к двери, уже закончил разговор и отложил телефон.
Лариса получила от него лёгкий кивок, и тут же пропустила меня.
— Проходите, — шепнула с доброжелательной улыбкой.
Я ожидала, что владелец компании, в офисе которого все по струнке ходят, и сам будет строгим и сухим, но ошиблась.
— Доброе утро, Анастасия.
При виде меня Евгений поднялся из кресла и протянул руку. Я автоматически потянулась пожать её, но вместо этого он взял мою ладонь и накрыл своей. Его рука оказалась приятно сухой и тёплой.
Аромат его парфюма, свежий и бодрящий, выдавал в нём человека не скучного и донельзя правильного, а скорее уверенного в себе и живого.
— Во-первых, хочу перед вами извиниться, — удивил Евгений.
Пригласив меня присесть, он снова устроился в кресле и продолжил:
— Очень жаль, что Павел Сергеевич позволил себе руководствоваться личными обидами. Насколько я понял из разговора с ним, причина в вашем муже.
Он вопросительно взглянул на меня, и я кивнула, смущённая тем, что приходится обсуждать свой брак с незнакомым мужчиной. Хорошо, что он не стал заострять на этом внимание.
Он не требовал объяснений, но смотрел с интересом. Я же под его неравнодушным, открытым взглядом почувствовала себя слегка… неловко.
— Далее вскрылись и другие, не менее серьёзные, нарушения, — продолжил он. — Сейчас мы проводим полную проверку, и те результаты, что уже получили, закроют ему путь на любую серьёзную должность в любой уважающей себя компании.
От удивления я дар речи потеряла. Ничего себе, как всё закрутилось…
— Как я и обещал, сегодня вы получите полную компенсацию.
Он протянул мне документы.
— Прочитайте внимательно. Подпишете, получив расчёт.
Я не сдержала улыбку, понимая, что первое впечатление не соврало, я в нём не ошиблась. Хотя бы Евгений не пытается меня обмануть.
Вот только вместо пяти окладов здесь было указано шесть. А кроме того, дополнительные деньги за пропущенные отпуска, за которые Паша боролся, как лев. Ни в какую не смогла его продавить.
— Простите, кажется, здесь ошибка, — не смолчала я, оторвавшись от документов.
Мало ли, возьму лишние деньги, а потом возвращать заставят.
— Никакой ошибки, — ответил Евгений, с интересом наблюдая за мной.
— Но…
— Анастасия, я изучил вашу ситуацию. Сумма верная.
— Спасибо, — смущаясь, поблагодарила я.
— Скажите, я правильно понимаю, вы не хотите остаться на прежней должности из личных соображений? Из-за Алины Юрьевны?
Похоже, ему и объяснять ничего не нужно.
— Всё верно, — кивнула я.
— Что ж, в таком случае, вы не возражаете, если я отправлю вам список наших вакансий? Они пока нигде не размещены, вы увидите их первой. Возможно, вас что-то заинтересует.
Я удивилась и тепло поблагодарила Евгения. Какой же он всё-таки приятный.
Я, конечно, не могла не заметить и того, насколько он симпатичный, но прямо сейчас мой интерес к мужчинам был на рекордно низком уровне.
— Если понадобится моя помощь, смело обращайтесь, — Евгений встал и открыл передо мной дверь.
Мне с моим ростом пришлось голову задирать, чтобы его поблагодарить.
Отдав распоряжение Ларисе отвести меня за расчётом, он проводил меня задумчивым взглядом, природу которого я так и не поняла.
В любом случае, я получила не просто всё, что хотела, но даже больше.
А вечером, когда я забрала Тёму из садика и мы отправились за подарком, случилось нечто необычное.