Развод. Новое начало (СИ)

Глава 8

— Подойдёшь — я за себя не ручаюсь! — попыталась передать голосом, насколько я серьёзна.

Схватила лампу с тумбочки и сжала в руке так, что пальцы побелели.

— Серьёзно? — усмехнулся Миша.

— Меня от тебя тошнит. Ты во что превратился?

— А, может, я всегда таким был? — его кривая ухмылка и безумный взгляд напоминали, насколько он для меня опасен. — Просто боялся лишний раз применить к тебе силу.

— Тебе это нужно? Это тебе Инга позволяет с собой делать?

— А если да? — с вызовом бросил он. — Я только с ней понял, насколько круто не сдерживать свои инстинкты. Не быть хорошим мужем. Не думать о прелюдиях.

— Так в чём проблема? Кто тебя держит? Иди к ней прямо сейчас.

Я и в самом деле надеялась на такой исход. Пусть просто уйдёт отсюда. Но если нет, буду бороться всерьёз.

— И отпустить тебя?

— Если подойдёшь, — повторила я, качнув лампой в руке, — ударю. На мои крики прибежит Артём. Ты хочешь, чтобы он таким тебя запомнил?

Я продолжала говорить, увидев, что у него чуть прояснилось во взгляде.

— Если и правда хочешь сохранить отношения с сыном, уйди. Иначе он никогда не захочет с тобой общаться.

— Ты не настроишь его против меня, — прорычал Миша.

— Ты без меня справляешься.

— Ты моя жена! — рявкнул он, подходя.

Я отступила, снова взмахнув лампой.

— Не переходи черту. Дай нам спокойно съехать. А дальше делай, что хочешь. С кем хочешь спи — я тебе мешать не буду.

— Ма-ам, — донёсся голос Артёма. — А куда игрушки сложить?

По лицу Миши скользнула тень. Он словно очнулся и сделал шаг назад. А потом окинул меня мрачным взглядом, схватил пальто и вышел из комнаты.

Я бросилась за ним, испугавшись, что, уходя, он заберёт Артёма. Но этого не случилось.

Не оглядываясь, он ушёл, хлопнув дверью. А я побежала закрывать её на все замки.

— Мы возьмём мои игрушки? — Тёма вышел из детской с охапкой своих сокровищ, даже не подозревая о том, что сейчас происходило.

Прижавшись спиной к двери, я пыталась унять дрожь и ни жестом не показать сыну, как напугана. Надо поскорее уходить отсюда, чтобы он никогда не увидел наших скандалов.

Пришлось ускориться со сбором вещей, вызвав грузовое такси на утро. До следующего вечера побоялась тянуть.

Не знаю, как всё успела. Отвела Тёму в садик, вернулась домой к приезду грузчиков. И, пользуясь лояльностью Алины, пришла на работу на час позже. Она не возражала. Обычно для неё главным был результат, а не график работы.

Но в этот раз что-то пошло не так.

Как только я зашла в офис, Катя, моя коллега, посоветовала скорее идти к начальству.

— А что случилось?

— Из головного приехал её муж, они там о чём-то спорят, — шёпотом сказала она. — Тебя звали, как придёшь.

С тяжёлым предчувствием я отправилась в кабинет Алины. Постучалась и толкнула дверь.

Паша, её муж, тут же разогнулся, перестав нависать над её креслом.

— Привет, — как можно дружелюбнее поздоровалась я.

— Привет, Насть, присядь, пожалуйста, — Алина смутилась и отвела взгляд.

— Что-то случилось?

— Насть, а ты где ходишь? — Паша прислонился к подоконнику и сложил руки на груди.

— Я отпросилась по личным причинам.

— Личные причины — это понятно, но иногда и работать нужно.

О чём это он? Я впервые за два года отгул взяла. Перевела взгляд на Алину и спросила:

— К моей работе есть претензии?

Она что-то хотела сказать, но Паша перебил её.

— Если у тебя так много неотложных дел, может, стоит взять перерыв? Или ты пользуешься нашей дружбой?

— В каком смысле?

Я уже понимала, что без Миши не обошлось. Попросил друга меня уволить. А Алина толком возразить не может, она ниже по должности.

— В том смысле, что мы вынуждены прекратить с тобой сотрудничество.

— На каком основании?

Я вскинула взгляд на его довольное лицо. А ведь он всегда казался мне хорошим человеком. Ещё одно разочарование.

— Твой непосредственный начальник, — он кивнул на притихшую Алину, — недовольна твоими результатами. А постоянные опоздания только ухудшают картину. Я рекомендую тебе написать заявление по собственному желанию.

— Я не стану, — как можно спокойнее ответила я, расправив юбку на коленях, а потом подняла взгляд на Пашу. — Это ведь Миша тебя попросил?

— Миша не имеет к этому никакого отношения.

— Имеет. Ты ведь в курсе, что мы разводимся? Помогаешь ему мстить?

Он окатил меня волной презрения. Будто узнал обо мне что-то ужасное. Интересно, что ему Миша наговорил? Или он просто так ему помогает, по дружбе?

— Паш, — Алина попыталась вставить хоть слово, но он дал ей знак молчать.

— Или сама, или по статье.

А раньше он был со мной таким милым. И с Артёмом возиться любил.

Я поняла, что у него уже сложилась какая-то искажённая картина о том, что у нас произошло. Мишу он знает намного дольше, он мне просто не поверит. И всё же сделала попытку:

— Что именно он тебе сказал? В чём меня обвинил? Ты в курсе, что он...

— Или сама, или по статье, — не дослушав, холодно повторил он.

Понятно.

— У меня нет ни одного дисциплинарного взыскания, — возразила я, стараясь держать голос ровным.

И тут пошло давление. Он прессовал меня больше часа, так и этак уговаривая написать «по собственному». Сначала я приводила доводы и требовала назвать конкретные причины. Что именно я нарушила?

Мы оба прекрасно понимали, в чём дело, поэтому я стояла на своём. Под конец намекнула, что буду судиться. Надо будет, в прокуратуру обращусь. Я держалась, уцепившись за то, что без компенсации не уйду.

В итоге мы пришли к тому, что я увольняюсь по соглашению сторон с выплатой компенсации в размере пяти окладов. Не хочешь меня здесь видеть? Плати.

Я еле сдерживала омерзение к Паше, но хотя бы гордилась собой за то, что выбила себе неплохие деньги.

Под конец мне казалось, что он уже и сам не рад, что во всё это ввязался. Моё увольнение по просьбе друга обошлось ему в бессмысленные траты. Но откатывать назад он не стал.

Мы подписали договор. Причём Паша пытался мне пихнуть на подпись бумажку, в которой я подтверждаю, что компенсацию уже получила.

— А это я подпишу завтра, прямо в кассе, — ответила я. — После получения денег.

Нашёл дуру. Скрежетнув зубами, он отпустил меня, я собрала вещи с рабочего стола, передала свой проект недоумевающей коллеге и ушла.

Во рту разливалась горечь. Мне нравилось здесь работать. Очень. Но Миша и сюда сунул свои грязные лапы.

И всё же его план сработал не идеально. С компенсацией у меня будет возможность спокойно найти работу, и от квартиры отказываться не придётся. А он, видимо, на это и рассчитывал.

Всё-таки удивительно, как быстро любовь может превратиться в отвращение. Видимо, по-хорошему расставаться он не согласен и собирается устроить мне войну.

Но я ему уступать не собираюсь.