Глава 15
Родной город встретил пасмурной, промозглой погодой. Дорога до дома в теплом салоне авто, в то время, когда тело покалывает от мурашек до слез. Открываю дверь, но кроме тишины, меня больше ничего не встречает на пороге. Вхожу, закрывая за собой дверь.
У меня было достаточно времени, чтобы обдумать свои действия. Понятно, что все предусмотреть у меня не получится, но основное, думаю, у меня получилось.
В гостиной присаживаюсь на подлокотник кожаного кресла, и, достав телефон из сумочки, набираю номер матери.
- Ева? Ты видела который час? – Голос сонный, недовольный.
- Я развожусь. – Спокойно сообщаю ей новость.
- Что? Что случилось? Где Вадим?
- Он мне изменят. Я увидела это собственными глазами.
На том конце тишина. Легкое шуршание выдает, что она все еще меня слушает. Возможно, я мало похожа на ту, что потеряла любовь всей своей жизни? На ту, у которой разрушилась жизнь от предательства родного человека?
- Я подаю на развод. Звоню тебе, чтобы ты была в курсе. – Внутри полное равнодушие. Потому что я не строила пустых надежд, на то, что она меня поддержит.
Как ни крути, но мы стали слишком далеки друг от друга. Ее переезд. Моя свадьба. Все, что нас связывало, стало настолько неощутимым, что последняя нить вот-вот порвется.
- Ева, это не выгодно. Ни тебе, ни мне, ни фирме. – Наконец, я услышала в ее голосе, хоть какую-то заинтересованность. – Подумай, у нас только все наладилось. Дай ему время, пусть погуляет. А ты займись своей жизнью.
- Думаю, он уже нагулялся, его любовница беременна. – У меня снова перед глазами, как он нежно гладит ее по животу. Как их пальцы переплетаются, будто они единое целое. Уже настоящая семья.
В ответ слышу тяжелый выдох. Как предвестник бури, что вот прямо сейчас начнется. Можно положить трубку, и выключить телефон, но чувствую, лучше именно сейчас все решить. Услышать ее претензии и упреки в свою сторону. Что это я не удержала! Я не смогла сохранить то, что у меня было!
- А я говорила. Предупреждала, что ты зря тянешь с детьми. У тебя было все, чтобы рожать.
Прикрываю глаза, от дикой усталости. Каждый нерв выкручивает до предела. Кости, как хрупкие веточки, хрустят при вдохе.
Все, но и этого было недостаточным!
- Я не смогу приехать. – Четко, практически по буквам проговаривает она. – У меня кое-что уже намечено, не смогу отменить.
Сердце на миг сжалось в маленький комочек. Но с усилием воли я делаю короткий вдох.
- Нас разведут быстро. В брачном договоре все прописано. У тебя остается половина фирмы, а вторая половина, делится, между нами, как и все остальное.
- Я позвоню своему адвокату, он тебе поможет.
- Спасибо.
Мне бы отключится, но я чего-то жду. Медлю. На подсознательном уровне понимаю, что так не должно быть. Мозг хоть уже все принял, а сердце не успокаивается. Стучит на разрыв.
Но последнее, что я слышу, перед тем как мама отключается:
- …вот ты где… - мужской голос с южным акцентом.
Откидываю телефон в сторону и закрываю ладонями лицо. Мне важно почувствовать себя. Кожу, тепло от нее. Кончики пальцев дрожат, словно от токов. Оживляя омертвевшие клетки.
Тишина невыносима настолько, что хочется выть от этого ощущения пустоты внутри. Пульс отстукивает по нарастающей, отдает болью в перепонках. Сердце начинает чистить, разрывая грудную клетку, а потом затихает, снижая обороты до минимума. И так по кругу.
Ловлю себя на мысли, что, если я не начну хоть что-то делать, я так сойду с ума.
Поднимаюсь и осматриваюсь вокруг, будто впервые нахожусь у себя дома.
Смотрю другими глазами на все. Вот наше семейное фото. Улыбки, счастье в глаза. Поднимаю руку и резко смахиваю со стены. Рамка разлетается на части, а стекло трескается. Делит теперь фото пополам.
- Все ложь!
Дальше напольные вазы. Они мне никогда не нравились. Их выбрал Вадим, в одном навороченном салоне, когда был в очередной командировке. Ужасные, уродливые куски глины без души. В момент превращаются в крупные осколки на полу.
Стеклянный столик с металлической статуэткой, что он получил на каком-то форуме.
Я громила все, что видела. Каждый предмет ассоциировался у меня с ним. В каждом чувствовалась частичка его. Его внимание к мелочам, и трата денег на безвкусицы.
И с каждым уничтоженным предметом, мне становилось легче дышать. Будто пространство напитывалось чистейшим кислородом. И я вместе с ним.
В спальне и выкинула из шкафов его одежду. Дорогие костюмы, сорочки, галстуки. Все брендовое и для него дорогое, любимое.
В дрожащих пальцах с трудом удерживала ножницы. Но и остановиться уже не могла.
Я так долго копила все внутри, что сейчас, когда я почувствовала сладкое успокоение и наслаждение, не могу остановиться. В голове туман, что опьянил, заглушил боль, дал попробовать на вкус радость с привкусом желчи.
Больно настолько, что нет сил плакать, а единственная реакция моего мозга, это улыбаться. Из последних сил, с надрывом, но улыбаться.
Очнулась я, сидя на полу, рядом с кучей обрезков от его одежды. Ножницы валяются рядом, а на большом пальце осталась небольшая вмятина на коже. Начинаю растирать болезненное место.
Я ничего здесь не оставила. Нет больше воспоминаний. Просто мусор, что надо выкинуть и сжечь.
Теперь мы будем делить голые стены.
В гараже одиноко стоит моя машина. Подаренная мне отцом. Так что по всем правам она моя.
Сажусь, и, заведя мотор, просто слушаю монотонную работу двигателя. Мне это успокаивает.
Моя батарейка, что была разряжена, начинает потихоньку заряжаться. Впереди встреча с адвокатом. Я не хочу затягивать наш развод. Я не буду сражаться за то, что меня может разрушить до конца. Пытаться вернуть человека, для которого я стала никем!
Делаю глубокий вдох и набираю номер из старых контактов.