Но я не сломаюсь. Я не отдам Германа.
Я больше не сплю.
Я просто лежу в темноте, уставившись в потолок, как будто он может мне что-то объяснить. Открыть давно забытую истину. Третий день подряд. Или четвёртый. Время размыто, как будто растворилось вместе с моими силами. Телефон я выключила, не могу слышать, как он звонит. Не могу слышать его голос, даже если и хочу. А я хочу. Очень! И это убивает меня. Мучительно медленно.
Герман.
Он звонил. Он писал. Он, наверное, сходит с ума, не понимая, что происходит. А я… я просто бегу. Прячусь. Дышу через боль, как будто это спасёт меня от взрыва внутри. Но все тщетно. Мои мысли о нем. И это мной не контролируется.
Мне стыдно. За всё.
Я вспоминаю, как я, ведясь эмоциями и чувством справедливости, ехала к нему, к ним домой. Я была настроена все высказать ему. Поставить на свои места. Потребовать объяснений. Жажда правды, буквально меня опьянила. И я забыла о самом важном, что человеку, который уже однажды предал, нельзя верить. Нельзя терять бдительность. Потому что следующий удар в спину получить очень легко.
Я действительно верила, что поступаю правильно. Что должна. Что обязана. Из чувства справедливости, обострённого, как лезвие ножа. Я поехала домой к Вадиму, потому что не могла жить с мыслью, что он продолжает врать, прятаться за маской. Но всё обернулось иначе.
Я вспоминаю, как Женя говорила со мной, будто я пустое место. Будто я не человек, а просто грязь под ногами. Каждая ее фраза, ее слова, ощущались на физическом уровне.
— …просто исчезни, и Герман сам о тебе забудет…это твоя вина, что он перестал меня поддерживать…
Её слова, как яд.
Они застряли в моей голове, разъедают меня изнутри. Я помню, как меня трясло, как хотелось кричать, как я еле сдержалась, чтобы не разрыдаться прямо там.
Я ушла, не добившись ничего. Лишь с ощущением липкой грязи на коже.
Я ошиблась.
И теперь я заплатила за это полным крахом.
Я люблю его.
Я это поняла, но слишком поздно. Понимаю и разрываюсь от боли, от страха. Потому что теперь я не уверена, что он поверит мне. Женя его сестра. Его семья. А семью не выбирают, правда? Но я не собираюсь отказываться. Ни от правды. Ни от него.
И Женя это знает.
Она надеялась, что я исчезну. Что струшу. Что уйду молча, как делают те, у кого нет сил бороться.
Но у меня больше нет выбора.
Я не дам им решать за меня.
Кто имеет право на любовь, а кто нет.
Я не их пешка.
В полночь телефон издает тихий звук.
СМС.
От него.
«Я прилетел. Я скучаю. Очень. Хочу тебя увидеть.»
Я читаю и стираю слёзы с лица. Снова.
Я больше не могу.
Я не могу жить, делая вид, что не чувствую. Что не болит. Что меня нет.
С меня хватит.
Я еду.
Молча, сосредоточенно. Руки на руле дрожат. В груди ураган. Я репетировала этот разговор сотни раз. Я прокручивала его в голове, вычищая каждый глупый жест, каждое неверное слово. А теперь я просто еду, и всё. Без подготовки. Без сценария. Только с правдой.
Мне страшно. До дрожи. До боли в животе. Но я знаю, что должна.
Я не позволю ему уйти, не рассказав всего.
Если он решит, что не может быть со мной — пусть. Но он будет знать мою правду.