Развод. Стану твоей бывшей (СИ)

Глава 25

Взгляд невесты острее кухонного ножа. Между нами пара метров, но я отчетливо чувствую, как ее молчаливая ненависть тянется ко мне подобно щупальцам.

И только благодаря Герману, я все еще стою на месте. Его рука на моей талии, как магнит, что припечатала меня к нему.

- Жень, давай вы позже пообщаетесь. Скоро уже все начнется, мы с Евой пойдем, займем наши места. – Он чуть сжимает меня, показывая, что соскучился.

Я чувствую его тепло, его волнение. Он так щепетильно ко всему относится. Его желание и стремление, чтобы все прошло идеально, поражает. Он любит ее. Она его сестра. И он, я уверена, простит ей все что угодно.

А самое грустное, что и она это знает.

Внутри меня идет борьба, я понимаю, что сейчас промолчать, это значит отклониться от правильного курса, наших, только зародившихся отношений. Но и раскрыть все карты, какие бы они ни были, тоже неправильно. Это не только моя сторона истории. Это изнанка жизни трех людей.

- Гера, ты пока проверь, все ли точно готово. А мы пока с Евой тебя тут подождем. – Она для большей убедительности, накрыла ладонями живот.

Это манипуляция, уже отлаженная до идеала. Как сигнал, что спорить с ней не лучшая идея.

- Все хорошо, - заглядываю ему в глаза, - мы тебя подождем здесь.

Он понимает, что спорить с беременной женщиной бесполезно. Остается, лишь молча согласится.

Смотрю ему вслед, как он широким шагом направляется к шатрам. И с каждым метром, что разделяет нас друг от друга, пустота внутри растет. Расползается ледяной коркой под кожей, вонзаясь острыми пиками в больные точки.

- Как это понимать? – Ее голос больше не кажется мне милым. Наоборот, жестким, скрипучим. – Решила настроить против меня брата! Зря стараешься. Он тебе никогда не поверит.

- Подожди! – Торможу поток ее грубых обвинений. – При чем тут Герман?

- Ты дуру из меня не делай. Ты же с ним специально спишь, чтобы настроить против меня. – Она упирает руки в боки. И плевать, что букет висит на ленте, что обмотана вокруг запястья. – Ты так отомстить мне решила?

А, вот оно в чем дело. До меня дошло, что ее так разозлило.

Вот оно, главное различие между нами. Я бы никогда не стала использовать человека, который мне не безразличен. Моя наивность и вера в то, что любящие люди не могут предать. Моя большая ошибка.

- Я не собираюсь тебе мстить. Вы женитесь, и это уже не мои проблемы. Ты была любовницей моего мужа. Знала, что он женат, и все равно, тебя это не остановило. Я такого не понимаю, да и не хочу.

- Тогда зачем тебе мой брат? Если не ради мести. Может, тебе его деньги нужны? Так, ты не раскатывай губу, тебе и копейки не перепадет.

- А почему я не могу просто с ним встречаться? Просто, потому что, он мне нравится? – Понимаю, что наш разговор, свернул не в ту сторону. Я теперь стою и оправдываюсь перед ней. – Я не хочу его обманывать. Правду он все равно узнает. Только вопрос, кто ее скажет?

- Какую правду? – Со злостью цедит сквозь зубы она.

- Не время включать наивность. Жень, - я впервые обращаюсь к ней по имени, - Герман знает, по какой причине, я развелась. Он знает все. Поэтому будет лучше, если ты сама ему все расскажешь. В конце концов, вы скоро станете одной семьей.

Ее глаза наполняются слезами. Она часто моргает, будто старается их смахнуть с ресниц. Щеки покрываются румянцем.

- Я ему ничего говорить не буду. Он все равно тебе не поверит.

- Тогда я молчать не стану. И когда он меня спросит, скажу, как есть.

- Не успеешь. Он тебя быстрее бросит. Так же, как и Вадик, поймет, какая ты, дефектная, и бросит.

Да, меня задели ее слова. Будто подцепили, только что зажившую корку тонкой иглой и медленно потянули вверх. Тянущая боль отдает в груди. Но ее можно вытерпеть. Еще чуть-чуть и она пройдет.

- Вадик, оказался трусом. – Не выдержав ее наглости, я ведусь на ее провокацию. - Не мог прямо мне сказать, что встретил другую. Вы как две крысы, прятались по отелям, каждый раз, когда он приезжал. И сейчас ничего не изменилось. Он все такой же трус! И ты не лучше!

После того как я все сказала, мне стало легче. Я не строила иллюзий, что мы можем подружиться. После всего вранья, такое просто невозможно.

Женя смотрит на меня так внимательно, что на секунду я даже думаю, что она понимает, и ее совесть на месте. А в следующий момент, она со слезами на глазах, обнимая свой живот, сгибается пополам.

- Гера, больно! – В ее голосе столько боли, что и не скажешь, что еще минуту назад, она шипела как гадюка.

- Что? – Делаю шаг в ее сторону, но она выставляет свою руку вперед.

Оборачиваюсь, и тут же натыкаюсь на холодный взгляд Германа, что уже бежит к нам.

Тревога внутри меня растёт с бешеной скоростью. Я слежу, как он бережно осматривает сестру. Трогает лоб, щеки. Его взгляд растерян, но собран. Чувство ответственности обострилось до предела.

- Жень, что болит? Где? Тут?

- Не знаю, Гер. Скололо все, так резко, что ноги подкосились.

- Может, скорою вызвать? – Предлагаю я. Уже жалея, что затеяла весь этот разговор. Да, она разрушила мою семью. Но ее ребенок, ни в чем не виноват.

- Да, точно! – Герман, не глядя на меня, достает телефон из кармана пиджака.

- Нет, Гер, не надо. – Она мажет по мне победным взглядом. На губах тень улыбки. – Все прошло. Просто ты меня огорошил своей гостьей. А мне нервничать нельзя, ты же знаешь.

- Прости. – Он будто застывает на месте.

И этим все сказано. Каждое ее слово выверено до миллиметра, зная прекрасно, как он отреагирует. Она выставила меня виновницей ситуации. И он, скорее всего, поверит ей.

В груди разрастается дыра. Последние чувства и эмоции, медленно тлеют.

Он был моим спасителем тогда. Им и останется. Но против таких сильных обстоятельств, я не смогу выстоять одна.

Меня топит отчаяние. Так, сильно, что, мне кажется, даже воздух вокруг меня, горчит. Делаю вдох, а получаю лишь удушающий спазм. Ребра болят, будто я пропустила удар в солнечное сплетение.

- Я пойду. – Говорю больше для себя, чем для него.

А в ответ получаю опустошающую тишину.