Развод. Ты выбрал её

ГЛАВА 20

Я прижимала к груди свою маленькую дочурку, и весь мир вокруг словно отступил на второй план. Все проблемы, боль, обиды — все это казалось теперь таким незначительным по сравнению с этим крохотным чудом в моих руках.

— Солнышко мое, — шептала я, нежно поглаживая пушистую головку малышки. — Какое же ты сокровище...

Надо сообщить Демьяну, что у нас дочь!

А родители? Пока не хочу их волновать. Пока ситуация не прояснится, не хочу. Мать разозлится! Начнёт упрекать во всём, причитать. Отец встанет на её сторону, как это раньше бывало. У неё и без того шесть голодных ртов. Братья и сёстры её сильно выматывают, от того и такой тяжёлый характер. А ещё они не смогли отпустить обиду и неприязнь к Власовым до конца. Хоть мы и помирились, но… Наверно она захотела наладить отношения для галочки или… потому что им срочно понадобились деньги на ремонт дома и детей, которых скоро собирать в школу. Я сняла с карточки довольно крупную сумму и отдала им, безвозмездно.

Представляю в мыслях, как я сообщаю им новость, что Демьян спутался с бывшей и из-за этого у меня случились преждевременные, которые чуть не стоили нам жизней с малышкой… столько упрёков полетит в мой адрес! Нет, я пока к этому не готова. Надо переждать бурю. Я ещё очень слаба. Немного позже. Возможно.

Потянулась за телефоном, стараясь не потревожить спящую дочку. Быстро сделала несколько снимков малышки и отправила мужу.

Результат всё тот же.

Игнор. Звонки, сообщения без ответа.

Как он может так себя вести, зная, в каком меня состоянии увезли по скорой?

И тут меня словно током ударило — а вдруг с ним что-то случилось?

Сразу после этой мысли сердце заколотилось от дурного предчувствия.

Тогда я набрала номер Севы.

Гудки тянулись бесконечно, но наконец он ответил:

— Алина Сергеевна, простите! — затараторил Сева. — Связи у меня не было, потом я вызов ваш пропустил, а потом я не хотел вас беспокоить. Но я всегда был рядом, я здесь, с охраной... Общаюсь с врачами по поводу вас. Вы только не волнуйтесь! Я сопровождал вас до самой операционной, когда вы лишились чувств... Дальше меня не пустили!

Я выдохнула с облегчением. Значит, меня не бросили. А то такое чувство, будто я стала никому не нужна. Но всё равно, мог бы и сообщение написать! Нехорошо получается… Нет, если кажется, то это точно не кажется! От меня скрывают правду. Факт!

— Как вы себя чувствуете? Как ребенок? — спросил Сева, будто переводя тему разговора.

— Я уже намного лучше... — ответила, поглаживая маленький курносый носик дочки. — Слава богу, все обошлось...

— Это точно! Ох и напугали вы всех...

Я решилась задать главный вопрос, который так сильно меня тревожил:

— Сева! Где Демьян?!

Повисла тяжелая пауза. Молчание затягивалось, и я почувствовала, как всё внутри холодеет.

— Не смей больше уходить от ответов, я не глупая! — воскликнула я. — Всё понимаю! Немедленно расскажи, что случилось... Почему он не выходит на связь!

Я услышала тяжелое дыхание Севы в трубке. Он явно пытался подобрать слова.

— Я не могу вам сказать, — наконец выдавил он.

— Ты издеваешься?! Сейчас же говори!!!

— Вы в таком состоянии, — он заикался, — попозже, ладно?

— Сева, говори, или я переверну вверх дном весь роддом!

— Я не хочу, чтобы вы нервничали...

Я сделала несколько глубоких вдохов, чувствуя, как немеют пальцы.

— Обещаю. Я буду сдержанной, буду сохранять спокойствие... — произнесла я, стараясь говорить ровно.

Сева тяжело вздохнул и наконец произнес:

— Демьян в больнице... В коме. С сильным ножевым ранением... Его состояние очень нестабильное.

У меня потемнело в глазах. Дочка, словно почувствовав мое состояние, завозилась и тихонько захныкала. Я прижала её крепче, пытаясь удержаться на краю пропасти.

— Как это произошло??? — выдавила я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком.

— Покушение... — сухо ответил Сева. — Когда в аэропорт поехал. Один из охранников — крыса. Ударил ножом... Демьян успел среагировать, но это не спасло его окончательно. Увезли по скорой... Просто не хотели вам пока говорить...