Развод. Ты выбрал её

ГЛАВА 36

Внезапно я услышал шаги.

Цокот каблуков эхом разнесся по комнате. Кто-то опустился рядом и прижался ко мне. В нос ударил сладковатый запах знакомых духов.

— Демьян... Ну ничего себе! Что ты устроил?? — раздался встревоженный голос Леры.

Я вынырнул из тяжелых воспоминаний и отмахнулся, потянувшись за бутылкой, но Лера ловко выхватила ее и убрала в сторону. Хотя она уже была пустой.

— Всё, хватит тебе! Эй, соберись! Демьян, я же с тобой, я всегда теперь буду рядом! — она начала обнимать меня, нежно поглаживая по спине.

Лера положила мою голову себе на колени и запустила пальцы в волосы, массируя кожу головы. Ее прикосновения были такими знакомыми, но сейчас они вызывали лишь раздражение.

— Как бы ни было, нужно двигаться дальше. У тебя есть сын! Сын, Демьян! Твой отец показал тебе тест ДНК? Пока ты приходил в себя в больнице...

Я что-то невнятно промычал. Мне так хотелось спать, чтобы меня оставили в покое и позволили напиться до беспамятства. Голова раскалывалась, а в груди пульсировала тупая боль — и не только от раны.

— Если что, вот он... тест! — Лера достала из сумочки конверт. — Антошка твой, не сомневайся. Я положу на стол. Кстати, Антон постоянно спрашивает о тебе. Понимаю, сейчас не то время, не тот момент, но... он хочет сильно тебя увидеть. А ты? Хочешь на него посмотреть? Мы приехали! Мы забрали Антона.

Лера заглянула мне в глаза, ее голос стал низким, глубоким, а движения рук — настойчивыми, нетерпеливыми. Я чувствовал, как она дрожит от волнения.

— Демьян, послушай меня, — прошептала она, — всё наладится, вот увидишь. Сконцентрируйся на нас, на твоей настоящей семье. Я всегда тебя любила и люблю сейчас! Даже больше, чем когда-либо. Как же я скучала...

Ее глаза наполнились слезами, и я почувствовал укол вины. Но тут же отогнал это чувство — сейчас мне было не до чужих страданий.

— Я каждый день представляла этот момент, — продолжала Лера дрожащим голосом. — Я рыдала по ночам в подушку, когда рядом лежал тот, кого я ненавидела. Этот брак был мне поперек горла! Но я боялась, я так сильно их всех боялась... Они бы убили меня и ребенка, если бы я хоть пискнула о том, что меня что-то не устраивает. Целых шесть лет я жила как в клетке... и наконец вырвалась. Я сразу поехала к тебе! Муж умер, я свободна от этого тирана и наконец могу открыть тебе все тайны, все свои чувства, о которых боялась говорить...

Лера осторожно сняла с меня пиджак, ее пальцы дрожали от волнения. Я не сопротивлялся — у меня просто не было сил.

— Я не брошу тебя, слышишь? — продолжала она горячо шептать. — Мы можем начать все с нуля. Теперь нас никто не разлучит. У нас же общий сын... Забудь об этой ведьме! Я сделаю тебя самым счастливым... Я люблю тебя, Демьян, так люблю... Чего ты хочешь? Только скажи! Я все для тебя сделаю. Любой твой каприз...

Она облизнула пухлые губы и начала расстегивать мою рубашку. Ее глаза горели желанием, но я чувствовал лишь пустоту внутри.

Вдруг Лера вскрикнула — вся рубашка была в крови. Рана кровоточила, а я был почти без сознания.

— Боже мой! — воскликнула она. — Демьян, очнись!

Лера попыталась привести меня в чувство, но безуспешно. Я сильно напился, и мир вокруг плыл.

Она довела меня до кровати, осторожно уложила и перевязала рану, стараясь не причинить лишней боли. Ее руки дрожали, а в глазах стояли слезы.

— Ну вот, все будет хорошо, — прошептала Лера, глядя на мое лицо. — Я позабочусь о тебе, обещаю.

Зашуршала одежда… Я мельком увидел, как Лера начала раздеваться.

Сняла с себя платье, затем кружевной лифчик, обнажив большую грудь.

Она была прекрасна… Фигуристая, аппетитная.

Но мне не хотелось.

Впервые я не хотел женское тело. Только бутылку коньяка, или водки.

Лера попыталась соблазнительно стянуть с себя трусики…

Потом осторожно оседлала меня сверху, сев на мои бёдра.

— Что ты делаешь… Не надо… Оденься!

— Я помогу тебе забыться… Я сделаю тебе так хорошо, что вся боль уйдёт.

Пальцы Валерии легли на ширинку брюк, но я разозлился и столкнул её с себя.

— Я же сказал — оставьте меня в покое! Я хочу побыть один! Иди вон!

Это я выкрикнул из последних сил, чувствуя, как жизненная сила покидает меня совсем.

Сквозь дрему я услышал, как Лера подняла свой шмот, тихо выругалась, хлопнула дверью и ушла.

Оставшись один, я погрузился в беспокойный сон, полный кошмаров и воспоминаний.

Образ Лины все еще стоял перед глазами, но теперь он был искажен болью и предательством.

Я метался в бреду, снова и снова переживая момент, когда узнал правду. Лицо отца, его слова, те проклятые бумаги... Все смешалось в один ужасный калейдоскоп боли и ярости.

А потом пришла темнота. Блаженная, спасительная темнота, в которой не было ни Лины, ни Леры, ни сына, которого я никогда не видел. Только пустота и тишина.

Но даже там, в глубинах забытья, я знал — когда проснусь, все изменится.

Я больше не буду тем Демьяном, которым был раньше.

Тем, кто позволил себе однажды поверить в любовь и счастье.