Режиссер твоего завтра

Глава 11.

Я провела несколько часов у пешеходного перехода, ни живая ни мертвая, поддерживаемая лишь глупой надеждой. Раф не появился.

У меня не осталось ничего. Сумку с собой не брала, ключи от новой квартиры были только в одном экземпляре и их в карман положил брат, когда запер за нами дверь.

Нужно срочно обращаться в полицию, но что я им предоставлю? У меня нет ни фотографии Рафа, ни моих документов. Есть только один выход: идти на работу к матери (по крайней мере, у нее точно есть ключи от моей квартиры), занять немного денег и ключи, а потом еще и просить телефон отца.

Солнце поднялось высоко в небо и теперь превращало город в раскаленную сковороду. Путь мне предстоял неблизкий, и всего через несколько пройденных кварталов невыносимо захотелось пить. Ноги подгибались. Я не знаю, откуда у меня были силы их переставлять.

Я шла как в тумане, в душном тяжелом тумане. Постоянно роящиеся мысли в голове не позволяли сдаться. Через некоторое время я отсеяла бредовые варианты, оставив лишь два: брата похитили или он просто исчез. Причем исчезновение казалось мне более реальным вариантом.

Ведь буквально несколько часов назад именно Раф предлагал, как обмануть силу, паразитирующую меня. Я не знаю, на что она способна. Мне страшно.

Ноги чудовищно ныли, но для отдыха на скамейке в парке времени не было. Если я не успею застать мать на работе, придется идти к ней домой, а это еще дальше.

— Решила танцы променять на ходьбу? — послышался сзади знакомый голос. Он вмиг вывел меня из транса, в который я сама себя загнала, омраченная беспокойством о брате.

Как я сейчас выгляжу? Ужасно — это еще мало сказано. Футболка взмокла от пота, волосы растрепались, лицо явно застыло в трагичной маске. Лучше не оборачиваться, а идти дальше. Возможно, у меня снова галлюцинации.

Быстрые тяжелые шаги сзади заставили убедиться в том, что голос Ромы мне не послышался. Только он поравнялся со мной, как над самым ухом прозвучало:

— Не лучший момент, чтобы меня игнорировать.

Я остановилась, но не решилась поднять взгляд. Сердце подскочило и принялось как безумное гонять кровь. От жары мое тело и так плавилось, но теперь внутри меня стало еще жарче, чем на улице.

Под руку так некстати подвернулся идеальный шанс высказать Роме все, что я о нем думала вчера перед сном, но только сейчас обнаружила, что язык присох к небу. Воды я так и не выпила. Да и откуда взять силы и желание на возмущения?

Единственное, чего мне сейчас хотелось, так это проснуться и обнаружить брата в соседней комнате.

Слезы совсем не вовремя покатились по щекам. Не самый лучший момент для того, чтобы объяснять сыну местного авторитета их причину.

— Кто тебя обидел?

Рома сделал шаг вправо и встал прямо передо мной, преграждая собой путь. А затем неожиданно принялся убирать локоны, которые наполовину скрывали мое лицо.

Я резко отбросила его руки, отступая и поднимая разъяренный взгляд к его глазам. Несколько нежных прикосновений к коже не на шутку разбудили во мне злость.

— Иди, куда шел. — Мой голос прозвучал тихо и хрипло, поэтому неудивительно, что Рома не послушался меня. Да и сомневаюсь, что послушался бы при другом тоне.

— Туда, куда шел, я уже пришел, — ответил он с ухмылкой, от которой что-то восторженно вздохнуло у меня в груди. Отчего я еще сильнее разозлилась.

— Серьезно? Ты следишь за мной? Сначала оказался хозяином той студии, потом моим соседом, а теперь случайно столкнулся со мной в совершенно другой части города! Как ты это объяснишь?

С каждым словом мой голос крепчал и становился громче. С лица Ромы сползла улыбка, на смену ей пришло равнодушное выражение.

— Я тебе не должен ничего объяснять.

— Отлично. Значит, разговор окончен.

Ругая себя за дрожащие нотки в последних словах, я сделала попытку обойти гада и двинуться дальше по намеченному пути. Но он успел поймать меня за руку.

— Я тебя подвезу.

Еще утром, когда я только начинала свой пеший ход, без сомнений отказалась бы садиться в машину к Роме. Но сейчас желание очутиться в удобном кресле и скорее добраться к матери на работу затмило рассудок.

Поэтому я согласилась и сразу же вывернулась из хватки. На коже запястья еще ощущалось прикосновение сильной руки Ромы. Я словила себя на мысли, что хотела бы вложить свою ручку в его широкую ладонь, переплести наши пальцы и ощутить, насколько моя рука маленькая и хрупкая по сравнению с его рукой.

Как здорово. Теперь моя безответная влюбленность решила подпитываться такими мелочами и пьянить меня фантазиями. Избавиться бы от нее вместе с даром.

К счастью, в салоне спортивной машины мои мысли потекли в другое русло. Я расслабилась в комфортном кресле, чувствуя, как гудят ноги, и вспомнила, что, между прочим, у брата и у Ромы есть общий знакомый.

— Куда везти?

— В участок, где работает друг моего брата. Ты ведь знаешь, в каком именно?

— Собралась меня сдать?

— Мой брат пропал.

Удивленно вскинув брови, Рома повернулся лицом ко мне. В ответ я в двух словах пересказала сегодняшнее утро.

— Идти в полицию не лучший выход.

— Ну конечно! Это же твое самое нелюбимое место!

В зелено-карих глазах промелькнул гнев. Какой черт дергал меня за язык? Лучше бы просто попросила его отвезти меня к матери. Но уже поздно.

— Ты можешь сам не заезжать в участок. Просто высади меня за квартал до него.

По лицу Ромы не было ясно, готов он выполнить мою просьбу или нет. Зато я заметила другое: у местного авторитета неимоверно красивый сын. Чем дольше я изучала черты его лица, тем идеальнее оно мне казалось.

— Могу тебя заверить, что найду твоего брата быстрее, чем менты.

— Обещаешь?

— Если попросишь, — усмехнулся он. Как бы ему намекнуть не улыбаться в моем присутствии, ибо, чувствую, мое сердце не выдержит.

Слегка дрожащими губами я улыбнулась в ответ, после чего спросила:

— И какова цена просьбы?

— Ты проси, а я потом что-то придумаю. — Еще одна улыбка. Не выдержав, я отвела взгляд к боковому окну. Трепет разрывал меня изнутри приторно-сладкой болью. До невозможного хотелось порадоваться его улыбке, но я не могла себе этого позволить. С ловеласом, сыном местного авторитета и просто странным парнем мне явно не по пути.

— Как я могу доверить поиск брата человеку, который каким-то непостижимым образом узнал, где лежат мои деньги, потом не испугался высоты пятого этажа, забрался ко мне через балкон и стащил их?!

Рома передернул плечами и, воззрившись на дорогу, завел мотор. Автомобиль с ласкающим слух тихим урчанием двигателя выкатился со стоянки на трассу.

— Я не слышу спасибо за то, что вернул их тебе.

— Перепугав до смерти угрозами.

Какого лешего у меня не получалось всерьез и надолго разозлиться на этого парня? Возможно потому, что я ощущала себя в безопасности рядом с ним. Странно. Мне не верилось в то, что он может причинить мне вред. Или это уже влюбленность окончательно одурманила рассудок.

— Куда ты едешь?

— У тебя глаза голодные и губы пересохли. Спорю, что ты последний раз ела часов восемь назад. Для начала мы заедем поесть.

Жажда настолько мучила, что я не обращала внимания на голод. До сих пор не хотела есть, но понимала — надо, не то свалюсь в обморок от истощения.

— Потом отвезешь меня в участок.

— Нет, — отрезал Рома.

— Ладно, высадишь за квартал до него.

— Нет. Я тебя отвезу домой.

Зря села к нему в машину. Она неслась все дальше от спланированного мной маршрута, а ее водитель напрочь выжил из ума. Хотела упросить себе задачу? Теперь получай. Все стало в разы сложнее.

— Мне не нужно домой! Я хочу скорее найти брата!

— Я же сказал, что помогу. Успокойся.

— Засунь свою помощь в одно место! И выпусти меня из машины.

Автомобиль резко свернул с центральной части дороги и, чудом вписавшись в пролет между рядом едущими легковушками, выехал на обочину.

— Проваливай.

Как мило с его стороны высадить меня неизвестно где. Ни парк справа, ни завод слева не были мне знакомы. Возможно, Рома решил, что я испугаюсь и начну чистосердечно извиняться. Размечтался.

— Надеюсь, мы больше не увидимся, — бросила я на прощание, открывая дверцу. Но этого мне показалось мало, и перед тем, как ее захлопнуть, добавила: — В следующий раз, когда случайно наткнешься на меня, пройди мимо.

— С удовольствием.

Рома так резко сорвал с места свою красную спортивную машину, что мощный рык мотора было слышно даже на другой стороне земли. А я чуть не оглохла. И поспешила отбежать подальше от проезжей части.

Благо, в парке я встретила несколько хороших людей, подсказавших, который час и в какую часть города меня занесло. Неудивительно, теперь на работу к матери было дольше идти. Попросить денег у прохожих я не решилась. А времени оставалось в обрез.

Рафик, где же ты? Что с тобой случилось? Я старалась прогонять плохие мысли, но они были сильнее. Что, если из-за моего медленного шага я потеряю шанс его найти?

Надо было не ругаться с Ромой, а схитрить. Предложить зайти в кафе, которое находится возле маминой работы, а там уже дать деру.

Почему он настолько сильно отбрыкивался от того, чтобы высадить меня возле участка? И как хотел помочь? Или солгал ради какой-то собственной выгоды?

Теперь вряд ли узнаю.

Глядя на залитый солнцем асфальт, я продолжила путь, прокручивая в голове несколько минут из жизни. Вот возле перехода брат свернул к киоску, я поплелась за ним, увидела в витрине газету с леденящим кровь названием, почувствовала себя плохо. Раф предложил мне пойти вперед, и я направилась обратно к переходу.

Сколько я пробыла повернувшись спиной к киоску? Минуту? Если брат растворился в воздухе потому, что решил помочь мне бороться с силой, которая пытается подчинить мою жизнь, то нужно сдаться. Ради того, чтобы он вернулся, я готова на все.

Но если его похитили, то это были профессионалы. Они сработали очень быстро. Никто ничего не заметил. Вот только кому и зачем понадобился мой брат? Он ведь мухи не обидит. Неужели кому-то умудрился перейти дорогу? Мне говорил, что работает тамадой. Может, лгал?

Подходя к стоянке перед торговым центром, я решила дождаться бесплатной маршрутки и хоть немного облегчить свой путь. Но не дошла до нее. Так и замерла посреди стоянки, приковавшись взглядом к спортивной машине красного цвета.

За рулем никого не было. Стоит ли ждать Рому и пытаться вновь с ним договориться?

Куда хуже остаться вообще ни с чем. Я могу не успеть добраться к матери и тогда придется ночевать на улице.

Усердно пытаясь задушить бушующую гордость, я направилась к красной машине. Обтекаемые формы, хищный взгляд фар и блестящие хромированные диски выделяли красавицу из серой массы простых легковушек. Притом ни одна маленькая царапина не портила насыщенный красный цвет, машина сверкала чистотой, словно только что выехала из магазина. Либо хозяин совсем недавно ее купил, либо очень бережно с ней обращался.

Чья-то рука неожиданно протянула мне прямо под нос бутылку воды и в следующий миг выпустила ее. Я едва успела поймать. Рома прошел мимо меня к багажнику и закинул туда пакет, набитый продуктами.

Что делать? Наброситься на воду, о которой я мечтаю с самого раннего утра, или не терять время и скорее останавливать Рому, явно собравшегося уезжать.

Вода подождет. Целый день терпела, значит, еще несколько минут потерплю.

Поймав момент, я без оков смущения и угрызений совести подлетела к дверце машины и мигом проскользнула на сидение возле водителя. Для подтверждения того, что уходить пока не собираюсь, подчеркнуто громко захлопнула дверцу за собой. Отчего Рома скривился, явно сдерживая в себе несколько отборных ругательств.

— Скажи, почему ты так уверен в том, что сможешь помочь мне найти брата? Ты знаешь того, кто мог его выкрасть?

Из его груди вырвался тяжелый вздох. Рома пристегнулся и ответил:

— Я много чего знаю. Но это не значит, что обо всем расскажу. Потому что чем больше ты будешь знать и понимать, тем опаснее станет жить. И тебе, и мне.

От серьезного голоса, от смысла слов, так неожиданно свалившегося на мою голову, я почувствовала себя полуживой мышью, которой играются крупные дворовые коты.

— Но ты точно поможешь найти его, если я попрошу?

— Алина. — Рома произнес мое имя так, будто собирался сказать нечто очень важное. Я вмиг повернула к нему лицо. — Если ты не попросишь о помощи, то вряд ли когда-нибудь еще увидишь своего брата.

Страшно представить, что за информацию он от меня скрывает. Неужели Рафа собрались убить? От этой мысли мое сердце чуть не остановилось — оно решило стучать дальше лишь потому, что от меня зависит жизнь самого близкого мне человека.

— Я согласна, — пробормотала, стараясь спрятать слезы. — То есть прошу тебя, помоги.

— Так, угомонись. Ты только что переложила свою проблему на меня, а значит, я ее скоро решу.

— Но что я могу предложить взамен?

Рома окинул меня презрительным взглядом. Мне вновь до сковывающего смущения стало стыдно за свой внешний вид.

— Действительно, что с тебя взять.

Можно было порадоваться, что натурой отдавать плату за помощь я точно не буду. Уже легче. Мне даже было почти не больно от того, что Рома не оценил меня как привлекательную девушку.

— Но я что-то придумаю, — задумчиво произнес он, заводя мотор. — Пей воду скорее.

Точно. Все время я прижимала к себе бутылку словно спасательный жилет. Теперь, когда мы более-менее договорились, пора опустошить ее. Глоток за глотком я чувствовала себя точно увядшая роза, которую впервые за неделю решили полить. Облегчение и радость от такой мелочи жизни, как простая вода, помогли пробудиться силам организма.

Когда я выхлебала воду до последней капли, Рома покатил машину по стоянке.

— Что ты умеешь делать? — внезапно спросил. Почему-то в голове всплыл ответ: «Делать психологический анализ по страничке в контакте», — но вряд ли Рома оценит эту способность. Так что я принялась перечислять все остальное, что приходило в голову:

— Умею танцевать, немного разбираюсь в медицине, готовлю... — Вспомнив, как потрясающе готовит Мартин, добавила: — Но не ахти. Еще быстро убираюсь, хорошо глажу. А! И варю вкусный кофе.

— Будешь такими навыками вербовать потенциальных женихов. Я ведь не жениться на тебе собрался. Делать что-то полезное умеешь? Быстро бегать, стрелять, драться? Лгать так, что никто не догадается? Воровать? Играть в покер?

Чем играть в покер полезнее умения варить вкусный кофе, я не понимала. Но, кажись, Рома хотел переманить меня на свою темную сторону в обмен на жизнь брата. К счастью, я не умела ничего из того, что он назвал. Но бесполезной быть еще хуже.

— Я хорошо вижу в темноте.

Оторвав взгляд от дороги, Рома удивленно вскинул одну бровь и с недоверием воззрился на меня.

— Без шуток?

— Серьезно.

— Ну это уже что-то, — одобрительно кивнул он, отводя взгляд обратно к дороге. У меня от сердца отлегло, но ненадолго. Рома добавил: — Остальному можно научиться.

— Чему ты меня учить собрался?

— Чему понадобится.

Здорово. Кажется, я подписала негласный договор на роль мышки на побегушках. Да еще и у сына местного авторитета. Если Рафа не убьют, я прибью его сама. Во что он, черт возьми, успел вляпаться за ту неделю, которую пробыл дома? Хорошо, что мне повезло познакомиться с Ромой и он сам предложил помочь.

Подозрительно. Что, если он сам выкрал моего брата, чтобы посадить меня на поводок? Но зачем? От меня ведь никакого толку.

— Почему ты решил мне помочь?

Рома притормозил на красный сигнал светофора и лишь потом, повернув ко мне лицо, ответил:

— Жаль тебя стало. Ясно?

В его глазах я точно походила на слабого, бездомного, блошистого щенка. Не такой я хотела выглядеть перед парнем, который мне нравился (как бы я ни пыталась придушить свою симпатию).

— Думала, такие, как ты, не знают слова жалость.

— Ты меня совершенно не знаешь, — огрызнулся Рома. А я отвернула лицо к боковому окну, пряча улыбку. Как бы мне хотелось, чтобы внутри него было добра больше, чем зла. В таком случае я бы позволила своим чувствам расти.

Остаток дороги никто из нас не нарушал тишину. К моему удивлению, Рома повез меня не в ресторан и не в кафе — а я в глубине души так надеялась, хоть умом и понимала, что в моем виде только в привокзальную забегаловку идти. Он остановил машину прямо перед моим домом. Чему удивляться, сделал так, как и говорил — отвез меня домой.

А как же ужин? После того как я утолила жажду, голод стянул желудок тягучим желанием забросить туда хоть что-нибудь. Оказалось, Рома имел в виду, что есть мы будем дома. У него.

Огромный пакет, с которым он вышел из торгового центра, был набит коробками с едой навынос. Пицца, дурманящая рассудок ароматом охотничьих колбасок и сыра, суши с разноцветными начинками так и манили подцепить их палочками, мокнуть в соевый соус и с наслаждением отправить в рот. Ко всему прочему Рома выложил на стол прозрачные коробки с салатами, а к ним присоединилась жареная картошка.

Видя такое разнообразие, я готова была начать набивать рот всем подряд, причем в две руки. И не нужны мне никакие палочки или вилки.

— Угощайся, — бросил Рома и, отправив в рот ролл, укутанный в лосось, двинулся к холодильнику. Следуя его примеру, я закинула в рот два ролла, один за другим. Слишком вкусные. Невозможно остановиться.

Рома налил в стакан апельсиновый сок и протянул мне.

— Шпашиба, — ответила я с набитым ртом и поспешила запить.

— Давно я не видел девушки с таким зверским аппетитом.

— Что, твои знакомые модели чайными ложечками кушают?

— В лучшем случае, — усмехнулся он. — Чаще просто пожирают еду глазами.

Между прочим, я тоже сидела на диете. Но иногда позволяла себе есть все подряд, не то начинала чувствовать, как у меня заезжают шарики за ролики от недоедания. По крайней мере, у меня не стояло целью довести себя до худобы и до помешательства на диетах.

Все, что принес Рома, мы довольно быстро умяли. После чего он отмычкой открыл дверь в мою квартиру. Зачем, спрашивается, было лезть через балкон?

— Когда придумаю, как тебя использовать, или узнаю, как вернуть твоего брата, сам свяжусь с тобой. Поняла? До этого времени делай вид, что меня не знаешь.

После мило проведенного ужина вдвоем я начала немного надеяться на то, что теперь мы станем больше времени проводить вместе. Но, видимо, нет. Конечно, я не вписываюсь в его жизнь, что и требовалось доказать.

Да и не должна! — заявила сама себе. На прощание поблагодарила его за ужин и с грустью сказала, что буду ждать.

— Не хандри, малая. Завтра увидимся, — улыбнулся он перед тем, как скрыться за дверью. Я прикрыла глаза, воссоздавая в памяти его улыбку. От нее в груди разливалось приятное тепло. Как бы я хотела увидеть ее вживую скорее.