С первым встречным...

Глава 12

— Кто такой Таир? — повторила Лиза, не отводя от меня внимательного, почти пристального взгляда.

— Я не знаю… — выдохнула я и бессильно опустилась на подушку, уставившись в потолок. — Правда не знаю, кто он. Только имя. И, пожалуйста, не мучай меня, Лиз. Я познакомилась с ним в день своего рождения… и…

— И-и-и что? — не отставала она, пересев ближе, прямо на край моей кровати.

— И не хочу об этом говорить, — хмыкнула я, чувствуя раздражение и растерянность в одном лице. — В голове вакуум. Я не помню. И прошу тебя… больше не спрашивай меня о том вечере.

Лиза тихо вздохнула, смирившись, и медленно вернулась на свою кровать.

— Ладно, спи, — пробурчала она уже обиженным тоном, натягивая на себя одеяло. — Просто надеюсь, что этот Таир, чьё имя ты бормочешь во сне уже не в первый раз… не сделал тебе больно.

— Не сделал, — ответила я тихо.

В ответ только услышала её театральный вздох.

— Ну и хорошо. А то я уже готовилась спасать тебя, — буркнула Лиза, а потом, приподняв голову, добавила: — Хотя… если он красивый, можешь хотя бы предупредить заранее. Я бы тоже присмотрелась.

Я фыркнула.

— С ума сошла?

— Конечно, — она развела руками. — Где ты видела нормальных подруг?

На этой фразе я не выдержала — рассмеялась. Смех вышел коротким, но удивительно лёгким, почти освобождающим. Лиза довольно улыбнулась и удовлетворённо нырнула под одеяло.

— Всё, теперь спи. Мне вставать рано — пробормотала она.

Я покачала головой, всё ещё улыбаясь, и только потом погрузилась в тишину.

Следующие два дня моей практики прошли почти незаметно — размеренно, однообразно, словно всё вокруг работало по давно выверенной схеме, в которую я должна была аккуратно встроиться.

Лев Алексеевич, мой временный руководитель, — мужчина лет тридцати пяти, но выглядящий старше своих лет. Среднего роста, с начинающей редеть линией волос, вечно усталым взглядом и сутулой манерой держаться, словно он тащит на плечах не только отдел, но и половину склада. Он возглавлял аналитический отдел логистики и очень гордился этим. Слишком гордился, если честно.

Он давал мелкие поручения: свести таблицы, проверить накладные, сделать подборку по отгрузкам. Объяснял нюансы работы отдела — иногда спокойно, иногда с какой-то излишней демонстративной заботой.

Но больше всего меня напрягало другое. Он слишком любил подходить близко.

Стоило мне наклониться к экрану, чтобы рассмотреть цифры, как за спиной возникал он — тихо, почти неслышно. Нависал над столом, дышал где-то у моего виска, указывал пальцем на монитор, едва не касаясь моей руки.

Пару раз рукой "случайно" задел мои волосы, и я вздёргивала плечи, делая вид, что ничего не заметила.

Хотелось отодвинуться, обернуться, сказать что-то резкое, но каждый раз меня останавливала мысль: что я просто себе накручиваю.

Я стала чаще перебирать пряди, собирать волосы в тугую резинку, от чего хвостик на коротких волосах смотрелся нелепо. Я старалась держать дистанцию, насколько это вообще возможно в тесном кабинете.

Но даже так его присутствие чувствовалось слишком сильно. Слишком навязчиво. Слишком… неправильно. И всё равно я старалась не показывать, что замечаю.

Может, потому что сама пока не понимала, что вообще происходит.

На третий день границы начали стираться. Лев Алексеевич подошёл слишком близко — не просто навис, а буквально облокотился ладонью на спинку моего стула, так что я оказалась зажатой между его рукой и столом.

— Юленька, вот здесь ошибка, — протянул он, наклоняясь так, что его рубашка коснулась моего плеча. — Давай я покажу… ближе.

Его пальцы легли мне на плечо. Сначала мягко. Потом чуть крепче — как будто проверяя реакцию.

У меня внутри всё холодно дёрнулось.

— Не трогайте меня, — попыталась сказать твёрдо, но голос вышел тихим, сдавленным.

Он будто не услышал. Рука сползла чуть ниже. Перемещаясь на талию.

И в этот момент у меня перехватило дыхание — смесь паники, отвращения и вспышки злости под кожей. Я резко встала, задев стул, который громко заскрежетал по полу.

— Я… мне нужно выйти. — Даже не посмотрела на него.

Почти бегом вылетела из кабинета, чувствуя, как трясутся пальцы. Воздух в коридоре казался более холодным, но всё равно не хватало. Я нажала кнопку вызова лифта, шепча себе под нос: спокойно, спокойно…

Лифт приехал быстро. Я встала в кабину, прислонилась к стене, пытаясь выровнять дыхание. Металл был ледяным, но руки всё равно дрожали.

На шестом этаже лифт снова остановился.

Двери разъехались — и в тесное пространство шагнули двое мужчин. Оба в дорогих костюмах, оба раздражённо спорили. Один говорил громче, резче, другой слушал молча, лишь иногда комментировал.

Я бы не обратила внимания.

Если бы не голос одного из них.

Глухой, низкий — знакомый настолько, что по позвоночнику пробежал ток.

Я даже не сразу подняла взгляд — боялась снова ошибиться. Но когда двери открылись на втором этаже и мужчины начали выходить… тот, что лишь иногда отвечал, вдруг резко развернулся.

И наши взгляды столкнулись.

На секунду всё вокруг исчезло — шум, коридор, даже моё собственное дыхание. Только эти тёмные глаза, о которых я пыталась забыть.

Таир.

Он узнал меня. Я увидела это по тому, как в его лице что-то резко изменилось — будто щёлкнул внутренний переключатель. Он шагнул обратно в лифт стремительно, почти рывком, словно собирался войти за мной внутрь.

Я инстинктивно нажала кнопку закрытия дверей. Быстро.

Створки сомкнулись прямо перед его лицом. Буквально в нескольких сантиметрах.

И последним, что я увидела, был его взгляд — напряжённый, удивлённый и… почему-то почти хищный.

Сердце грохотало так, будто я бежала. А лифт стремительно уносил меня вниз.