Мне казалось, что грудь сжимает стальной обруч. Воздух застревал где-то в горле, не доходя до лёгких. Всё тело дрожало не от страха, а от резкого всплеска адреналина, от того, что секунду назад я была… в ловушке.
Но стоило Таиру сделать шаг ко мне, тень ужаса отступила. Не исчезла полностью — просто будто кто-то отодвинул её рукой.
Он остановился так близко, что я почувствовала лёгкий запах его парфюма холодный, глубокий. Не касался. Только смотрел. Тёмные глаза, слишком внимательные.
— Юля, — тихо произнёс он. — Пошли?
Я попыталась ответить, но горло будто стянуло. Из меня вырвалось только слабое:
— Я… я… Да...
Слёзы предательски выступили на глазах, размазывая картинку, и я быстро мотнула головой, будто это могло заставить их исчезнуть.
— Всё хорошо, — сказал Таир.
И странно — он ведь не прикоснулся ко мне ни разу, но одно его спокойное "всё хорошо" будто согрело изнутри.
Лев Алексеевич всё ещё сидел на полу, тяжело дыша, но я почти не видела его — взгляд цеплялся только за Таира.
— Пойдём — произнёс он ровно, спокойно.
Он протянул руку — осторожно, с явным намёком, что я могу не брать её.
Но я взяла.
Пальцы дрожали, но он не стал сжимать мою ладонь, не тянул. Просто позволил опереться, сделать шаг… и ещё один.
Мы вышли в коридор. Дверь позади висела перекошенной, словно её вышибали с яростью. В мерцающем офисном свете она выглядела как декорация из фильма.
Я вдохнула глубже и выдох сорвался в шёпот:
— Спасибо.
Голос хрипел, будто я говорила впервые за весь день.
Таир посмотрел на меня внимательно, так, будто пытался считать не только слова, но и то, что я не произнесла.
— Ты не должна благодарить меня за то, что тебя защитили..
Я опустила взгляд. Горло снова стянулось.
— Я… испугалась, — прошептала я.
— Я видел.
— А… как вы поняли, что в отделе кто-то есть? — голос опять дрогнул. — Как вы узнали?
На его лице промелькнуло что-то мгновенное — тёмное, угрожающее, но направленное не на меня.
— Я не знал, это случайность, — тихо ответил он. — Но скажи. Он и раньше позволял лишнего?
Я кивнула.
Челюсть Таира резко напряглась. Кожа натянулась, жевательные мышцы обозначились отчётливо. В этот момент он выглядел опаснее, чем когда выбил дверь.
А я только сейчас поняла, что ноги почти не держат. Мир слегка качнулся. Таир успел подхватить меня под локоть.
Я позволила ему вести. Не потому что не могла идти сама, а потому что, казалось стоит ему меня отпустить, как я просто рухну.
У лифта мы остановились. Он нажал кнопку, и пока мы ждали, я заметила, что всё ещё держу край его пальто. Мягкая, тёплая ткань между пальцами и я не помнила, когда схватилась за него.
Смутившись, я сразу убрала руку.
— Простите… я…
— Всё нормально, — перебил он, чуть улыбнувшись.
Лифт открылся. Зеркальные стены отражали нас: я бледная, с тревожными глазами разного цвета; он — высокий, собранный, с остаточным напряжением в плечах, будто всё ещё готов был броситься вперёд. Красивый зараза.
Мне стало жарко.
— Я отвезу тебя домой, — сказал он ровно, едва лифт тронулся.
— Спасибо, но… я сама… — робко начала я.
— Юль, это не вопрос, — перебил он тихо, но жёстко. — Возражения не принимаются.
Я сглотнула.
— Хорошо.
Таир чуть кивнул, будто именно этого и ожидал.
Премиальный автомобиль стоял на закрытом паркинге, куда обычным сотрудникам входа почти не было. Да и смысла заходить туда — тоже.
Пока мы шли, его ладонь лежала у меня на пояснице не прижимала, не направляла, а словно уверялась, что я не сверну, не покачнусь. Странно… но я этого не боялась.
Оказавшись в его машине, я на физическом уровне почувствовала, что уже была здесь. Память тела отозвалась мгновенно. И Таир, садясь за руль, уловил это по моему лицу. На его губах мелькнула короткая, едва заметная ухмылка.
Заводя двигатель, он негромко сказал:
— Только не усни. В прошлый раз ты так мило спала...
Щёки мгновенно вспыхнули. Я открыла рот, чтобы сказать, где живу…
— Я знаю, — перебил он мягко. — В какое общежитие ехать.
Моя кожа снова покрылось жаром — но теперь это был не страх.
Совсем другое.