Глава 33

Две недели спустя

"Моей дорогой дочери виконтессе Пэйн.

Сегодня в церкви Святой Урсулы звонят все колокола - пусть даже вы далеко отсюда, в Нортумберленде. Как же мы были счастливы получить твое письмо! Друзья всегда говорили, что я обладаю непревзойденной прозорливостью. Я с самого начала знала, что этот негодник Пэйн однажды станет моим зятем. Но разве можно было заранее угадать, кого он выберет в жены! Твоя мать гордится тобой, дорогая! Разумеется, вам нужно насладиться медовым месяцем, но подумайте над возвращением в Спиндл Коув на празднование Славного Мира. Следующей должна выйти замуж Диана. Благодаря твоим новым связям у нее будет выгодное положение в свете, и я надеюсь на ее удачное замужество, как никогда раньше. Если ты смогла заполучить Пэйна, значит, Диана, несомненно, сумеет заарканить герцога!

Твоя и т.д.

Мама".

Минерва, улыбнувшись, сложила письмо, сунула его в карман и вдохнула полную грудь воздуха, наполненного майскими ароматами. Затем она ослабила ленты соломенного капора, откинула его на спину и продолжила свой путь по тропинке, ведущей из деревни в Риверчейз.

По пути Минерва то и дело останавливалась, чтобы нарвать примул, нарциссов и синих колокольчиков, которые так и просились в руки, покачиваясь, словно пьяные, на тонких стебельках. Поднимаясь по склону холма, она успела собрать целый букет цветов. До вершины оставалось совсем немного. На лице Минервы расцвела улыбка, сердце наполнилось радостью в предвкушении знакомого гранитного фасада, который вот-вот должен был предстать взору.

Но первым она увидела не Риверчейз, а Колина, шагающего навстречу.

- Привет! - воскликнул он, подходя ближе. - А я как раз направлялся в деревню.

- Зачем?

- Разумеется, чтобы повидать тебя.

- Ну а я хотела повидать тебя, - застенчиво улыбнулась Минерва, ощутив знакомое головокружение.

Колин указал на букет.

- Сегодня ты собираешь не камни, а цветы?

- Иногда мне нравятся и они.

- Рад это слышать. Вазы с цветами куда проще доставлять в коттедж, чем булыжники. - Он повел кончиком пальца, затянутого в перчатку, по ее щеке. - Мисс Минерва, вы позволите?

- Поцелуй?

Пэйн кивнул.

Она подставила ему щеку для нежного, учтивого поцелуя, но Колин повернул ее лицо и прижался губами к ее губам. Он так и остался негодником, и Минерва была тому только рада. Поцелуй вышел кратким, но теплым и ласковым, словно послеполуденное солнце.

Выпрямившись, Колин окинул ее взглядом.

- Ты... - Он покачал головой и улыбнулся. - Катастрофически прекрасна!

Минерва, потрясенная его мужественным великолепием, сглотнула ком в горле, пытаясь прийти в себя.

- Ты тоже выглядишь довольно сногсшибательно.

- Хотелось бы думать, что мило разрумяниться тебя заставил мой поцелуй, но, боюсь, причина не в этом. Почему ты так и лучишься довольством?

- Поцелуй, конечно, тоже имеет к этому отношение. А кроме того - пришедшая утром почта. - Она вынула из кармана пару конвертов. - Я получила два интересных письма. Первое - от моей матери, которая поздравляет нас с нашей свадьбой.

Минерва протянула Пэйну послание из Спиндл Коув. Колин пробежал текст глазами и улыбнулся уголком рта.

- Прости, я знаю, что она просто ужасна.

- Вовсе нет. Она - мать, которая желает своим дочерям всего наилучшего.

- Она неверно всё поняла. Я не писала ей, что мы поженились, а всего лишь сообщила, что пробуду в твоем поместье месяц или дольше. Но мама явно вообразила, что мы стали мужем и женой.

- Не только она так решила. На днях я получил письмо от Брэма. Он хочет знать, почему я до сих пор не отправил стряпчим заверенную копию свидетельства о нашем с тобой браке, спрашивает, неужели я не хочу распоряжаться своим состоянием.

Они повернулись и направились в сторону Риверчейза.

- Рано или поздно все узнают правду, - задумчиво произнесла Минерва.

- Да, разумеется. Но ты упомянула два интересных письма. От кого же второе?

- От сэра Алисдэра Кента.

От ее внимания не ускользнуло, что Колин слегка сбился с шага. Этот еле уловимый знак его ревности взволновал Минерву чуть более, чем следовало бы.

- Вот как? - нарочито неприязненно заметил Пэйн. - И что же разлюбезный сэр Алисдэр имеет сообщить?

- Немного. Только то, что Королевский геологический журнал отказался публиковать мой доклад о Франсине.

- Что? - Колин остановился как вкопанный и повернулся к собеседнице. Его глаза, которые только что были полны нежности, вспыхнули огнем гнева, граничащего с кровожадностью. - Ох, Мин! Но это же бред! Они не могут так с тобой поступить!

Она пожала плечами.

- Сэр Алисдэр пишет, что пытался выступить в мою защиту, но не смог убедить остальных членов редколлегии. Они заявили, что мои доказательства лживые, а выводы притянуты за уши.

- Чушь собачья! (56) - Колин стиснул зубы. - Трусливые ублюдки! Они просто не хотят признать, что их превзошла женщина - вот и всё!

- Возможно.

Пэйн сочувственно покачал головой.

- Мне жаль, Мин. Надо было нам в тот день всё-таки попасть на симпозиум. Ты смогла бы лично рассказать о своих открытиях. Если бы все эти ученые тебя выслушали, ты смогла бы их убедить.

- Не надо об этом сокрушаться, Колин. - Она взяла его за руку и сжала ее. - Я никогда не буду раскаиваться в том, как поступила.

Они замерли, обнявшись и с улыбкой глядя друг другу в глаза. Наконец у них появилась возможность проводить так часы напролет, почти физически ощущая окутывающие их счастье и любовь.

Минерве очень хотелось поскорее стать женой Колина, но она ни разу не пожалела о том, что отказалась выйти за него тогда, в Шотландии, на пороге Королевского геологического общества.

Он преодолел столько препятствий, чтобы доставить ее к тем дверям. Пэйну пришлось столкнуться с собственными страхами, проявив при этом настоящие чудеса отваги. Он пустил Минерву в свое сердце и в свой дом, помог стать сильной и бесстрашной, столько раз смешил ее, не говоря уж о том, что подарил ей такую страсть и пылкие слова любви. А его предложение руки и сердца! Это был самый решительный поступок, какой только можно себе вообразить!

Взамен Минерве хотелось позволить Колину хотя бы ухаживать за ней как полагается. Ведь именно этого он желал - дать их чувствам возможность укорениться и расцвести. Пэйн заслуживал того, чтобы знать: ее клятвы перед алтарем будут идти от сердца, рожденные прочным чувством, а не спешкой в погоне за славой ученого.

В тот день в Эдинбурге они повернулись спиной к мистеру Баррингтону и зданию Королевского геологического общества, но сэр Алисдэр, из любопытства последовав за Колином и Минервой, пригласил их пообедать в ближайшем трактире. Там они провели несколько часов в ученых дебатах.

Сэр Алисдэр и его друзья выслушали Минерву, засыпали ее вопросами, затеяли диспут, и большинство из них выказали ей уважение как равной по умственным способностям. А Колин между тем, с небрежным изяществом пристроив руку на спинке стула своей спутницы, следил за тем, чтобы бокалы ученых мужей постоянно были полны вина.

Минерве не удалось получить памятную медаль и пять сотен гиней, но эту беседу тоже можно было считать своего рода симпозиумом, и ради нее стоило отправиться в такое путешествие.

Потом Колин отвез Минерву обратно в Нортуберленд и поселил в уютном деревенском коттедже вместе со своей экономкой миссис Хаммонд в качестве компаньонки. А затем он, как и обещал, начал нежные ухаживания. Почти каждое утро Пэйн наносил Минерве визит, а после полудня они отправлялись бродить по окрестностям. Он дарил ей сласти и кружева. Мальчишки-посыльные сновали между деревней и поместьем Риверчейз, доставляя записки, на которых можно было не ставить подпись. Несколько раз в неделю Минерва и миссис Хаммонд ужинали в Риверчейзе, а по воскресеньям приглашали Колина на обед в свой коттедж.

Влюбленные проводили время и врозь. Минерва подробно описывала сделанные в Спиндл Коув находки и изучала местный скалистый ландшафт, а Пэйн вместе с управляющим объезжал свои владения, оценивал необходимые траты и строил планы на будущее.

Ну а Минерва предпочитала о будущем не думать. Если Колин сделал ей предложение со стремительной решимостью, то ее поведение больше напоминало осторожное скольжение по тонкому льду. Наслаждаясь ухаживаниями Пэйна, она старалась не думать о том, что он еще может передумать и разбить ей сердце.

Но приблизительно через месяц после возвращения из Эдинбурга они впервые поссорились. И из-за чего, подумать только! Из-за куда-то задевавшейся пары перчаток! Вторая стычка произошла из-за расхождения во взглядах на то, можно ли Минерве в одиночку исследовать окрестные утесы. Разумеется, она считала, что это абсолютно безопасно, а Колин имел другую точку зрения. Несогласие вылилось в громкую перебранку, в которой были упомянуты и женская независимость, и мужская заносчивость, и подбитые мехом плащи, и камни всех видов, и - вот странно - зеленый цвет. Но в конце концов влюбленные достигли компромисса и совершили совместную экскурсию к утесам, которая плавно перешла в пылкое свидание в зарослях вереска, погасившее гнев обеих сторон. С тех пор ухаживания Колина были хоть и нежны, как прежде, но уже далеко не так целомудренны...

Минерва взяла Колина под руку, и они снова зашагали по тропе.

- Отказ напечатать мой доклад меня не остановит. Я всё равно найду способ опубликовать своё открытие.

- Мы сделаем это вместе. Если ты подождешь еще пять недель, я отпраздную своё совершеннолетие тем, что распечатаю твой доклад для каждой английской семьи.

Она улыбнулась.

- Достаточно и нескольких сотен копий. К тому же в спешке нет нужды. Отпечаток лапы Франсины хранился в пещере миллионы лет. Чтобы оставить свой след в истории, я могу еще немного подождать.

- Послужит ли утешением, если я скажу, что в моем сердце ты уже оставила глубокий, неизгладимый след?

- Да. - Минерва поцеловала Колина в щеку, наслаждаясь легким гвоздичным ароматом его мыла для бритья. - Ты найдешь, чем заняться нынче после обеда? Мне бы хотелось несколько часов покопаться в библиотеке Риверчейза.

Чуть помолчав, Пэйн ответил:

- Если ты хочешь провести полдня в библиотеке - на здоровье. Но, признаюсь, у меня на уме было другое.

- Правда? Что?

- Свадьба.

Минерва чуть не выронила букет.

- Чья свадьба?

- Наша.

- Но мы не можем...

- Можем. Викарий уже трижды оглашал нас в приходской церкви. Перед тем как выйти сегодня из дома, я отправил ему записку, а еще попросил дворецкого украсить часовню Риверчейза. К нашему возвращению всё уже будет готово.

Минерва в изумлении воззрилась на Колина. Так он заранее это спланировал?

- Но я думала, мы подождем до твоего дня рождения.

Он обнял ее за талию.

- Понимаю. Но не могу дольше ждать. Просто нет сил. Я отлично спал этой ночью, а проснувшись, почувствовал, что мне ужасно тебя не хватает. Даже не знаю, как описать это чувство. Я посмотрел на соседнюю подушку, и мне показалось неправильным, что тебя нет рядом - словно я внезапно лишился руки или половины сердца. Поэтому когда я встал и оделся, ноги сами понесли меня к тебе. И вдруг я увидел, что ты идешь мне навстречу с цветами в руках. - В его глазах отразилось сильное душевное волнение. Колин коснулся щеки своей возлюбленной. - Это не сиюминутная прихоть. Я просто не вынесу, если мы проведем врозь еще хоть один день. Я хочу разделить с тобой мою жизнь, мой дом и... - Он сжал ее талию, крепко притиснув Минерву к себе и целуя ее за ухом. - И я хочу, чтобы мы разделили постель как супруги. Сегодня же.

У Минервы голова закружилась от желания. Она вцепилась пальцами в сюртук Пэйна.

- Колин...

- Я люблю тебя, Мин. Люблю так сильно, что это меня пугает. Скажи, что выйдешь за меня сегодня.

- Я... - Сглотнув комок в горле, она немного отстранилась и провела дрожащей рукой по желтому муслиновому платью. - Мне нужно хотя бы переодеться.

- Даже не смей! - замотал головой Колин, не убирая рук с талии Минервы. - Ты выглядишь идеально! Ты - просто совершенство!

От чувств, разом переполнивших сердце, перехватило горло. Минерве захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Впрочем, вряд ли бы ей смогло присниться что-то настолько замечательное. Она - совершенство. Колин - безупречен. Этот момент абсолютно идеален. Боязно даже заговорить, чтобы не разрушить это волшебство.

"Не раздумывай, просто представь, что быстро спускаешься с горы, как когда-то советовал Колин", - мелькнуло в мозгу у Минервы, и она выпалила:

- Да. Давай поженимся.

- Сегодня?

- Прямо сейчас. - Не в силах больше сдерживать переполняющую ее радость, Минерва широко улыбнулась и обвила руками шею Пэйна. - Ох, Колин, я так тебя люблю, что не выразить словами. Я попытаюсь на деле выказать тебе свою любовь, но для этого понадобятся годы.

Он рассмеялся.

- У нас в запасе не одно десятилетие, дорогая.

Через пять минут торопливой ходьбы они достигли часовни. Колин отправился за викарием, а Минерва пересекла церковный двор и остановилась возле отполированной до блеска гранитной плиты.

Постояв немного в нерешительности, она набрала в грудь воздуха и, смахнув с щеки слезу, прошептала:

- Мне так жаль, что мы не смогли встретиться. - Она положила свой букет на могилу лорда и леди Пэйн. - Но спасибо вам за сына. Обещаю, что буду любить его всем сердцем. По возможности посылайте с небес ваши благословения. Кажется, время от времени они будут нам очень нужны.

Покинув церковное кладбище, она завернула за угол и увидела Колина, за которым вышагивали викарий, дворецкий и несколько слуг, которые должны были стать свидетелями на этом бракосочетании. Открыв дверь, Пэйн взмахнул рукой, приглашая всех в часовню.

- Поторопитесь! - воскликнул он, нетерпеливо постукивая по земле носком туфли.

Когда все, кроме него и Минервы, вошли внутрь, он повернулся к невесте:

- Готова?

Затаив дыхание, она кивнула.

- Если ты готов.

- Никогда раньше не был в чем-то настолько уверен. - Он поцеловал ее руку. - Ты должна быть рядом со мной, а мое место - рядом с тобой, Мин. Я чувствую это сердцем, и в моей душе нет ни тени сомнения.

Никогда еще Колин не казался Минерве настолько красивым.

- Уверенность тебе к лицу.

Улыбнувшись в ответ, он взял ее под руку и ввел в часовню.

Вот так закончилась замечательная, грандиозная история, которую они собирались не раз пересказать в течение следующих нескольких десятилетий своим друзьям, внукам, гостям за ужином. Она завершилась, как и полагается волшебной сказке, романтической свадьбой, нежным поцелуем и обещанием жить вместе долго и счастливо.

______________________________

Примечания переводчика:

56) Тут автор допустил исторический ляп, использовав слово "codswallop", появившееся не ранее 1875 года - именно тогда некий Хайрам Кодд запатентовал бутылку с мраморной пробкой для минеральной воды. Слово "wallop" на жаргоне означает пиво. Выражение "Codd's wallop" среди любителей пива стало пренебрежительным названием минеральной воды и безалкогольных напитков, которые они считали ерундой. Но в этом романе, напомню, действие происходит на шестьдесят лет раньше - в 1814 году.


Загрузка...