Собственность короля

Глава 47

Виктория

Арквил встретил меня неприветливо, дождь и сильный ветер, но после качки на корабле мне уже было все равно.

Я провела в покое всего одну ночь, прежде чем меня схватили.

Глупая Виктория, думала, что может сама найти ответы. Шипы розы разрослись по всему телу, причиняя боль. Лилия ждала меня.

И чем ближе я к ней была, тем сильнее шипы вонзались под кожу.

Меня притащили двое громил, откуда они узнали, где я, было загадкой. Но я предполагала, что она нашла меня по рабской метке. Возможно, названая матушка давно за мной следила и теперь, когда настало время, схватила меня.

В Арквиле никого не удивлял вид рабыни, которую вели за веревку. Даже в корабле никого не удивлял. Стоило сказать, что я суккуб, низшая, а значит, кукла.

— Наконец-то, — сказала Лилия, когда один из амбалов постучал в дверь. Я услышала звон монет. Эти мужчины наемники. Они хорошо знали свое дело, смогли схватить меня, даже не испортив лица. А ведь я пыталась вырываться и биться.

— Ты не справилась, — жестко констатировала она.

— Да, — подтвердила, чувствуя, как шипы впиваются еще сильнее.

— Будешь отрабатывать всю жизнь!

Ее глаза приобрели злой блеск, но я не собиралась сдаваться. Только веревки спали с моих рук, я выдавила из последних сил.

— У меня было золото, два мешочка. Они забрали его… Но, если ты их догонишь, этого хватит, чтобы выкупить мою жизнь.

Мачеха внимательно рассмотрела на меня, а после рассмеялась в голос.

— Сними метку, умоляю, я принесу еще.

Смех разрывал просторную гостиную, и с каждой секундой я понимала, что никогда не стану свободной.

— Ты принесешь мне намного больше, моя куколка, — ласково сказала она, ее руки дотронулись до моих волос. Я хотела оттолкнуть ее, но метку начало жечь, указывая мое место. — Вид не товарный, но мы это быстро исправим, моя Виктория.

— Я не твоя, — прошипела из последних сил, — и я не стану делать ничего грязного.

Практически выплюнула ей в лицо.

— Это мы еще посмотрим, — хмыкнула она. — Как раз самое грязное ты и будешь делать, раз по-другому отработать не можешь.

Глава 48

Анрэй

Маленькая хрупкая девочка ходила по темноте. На вид ей было лет четырнадцать или двенадцать. Ее плечи опущены, а из глаз лились слезы.

Я видел ее, но она меня нет.

— Прости меня, мама, пожалуйста, прости, — говорила она.

Сколько в ней было тоски и боли. Именно такой и была Виктория, девочка, искавшая родителей.

Темнота немного рассеялась, и я вышел из тени. А девочка неожиданно приобрела уже более знакомый облик.

— Виктория, — произнес я знакомое имя. Девушка дернулась и повернулась, дурман сна рассеялся, а ее глаза наполнились ужасом.

— Где ты? — спросил я тут же.

— В Арквиле, — сказала она, со страхом оглядываясь по сторонам.

— Что ты там делаешь? — спросил я, пока девушка испуганно вертелась.

— Она поймала меня, Анрэй, — простонала она, — я была такой самонадеянной. Она меня продаст, снова. Она не давала мне спать, понимаешь? Я не могла сообщить…

Я тут же сделал шаг вперед и прижал ее к себе.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты настоящий, — всхлипнула она, прижимаясь ко мне. — Что найдешь меня и спасешь. Я больше не выдержу.

Ее голос надломился на последней фразе.

— Я найду тебя, — ответил я. — Несмотря на все, что произошло.

— На то, кто я? — спросила она. — На то, что я собственность…

Она посмотрела на меня серьезно, с болью.

— Ты не собственность, Виктория, — сказал я, она опустила взгляд на руки, которые растворялись.

— Мне так страшно…

— Я найду тебя, клянусь, — сказал я, когда тело девушки растворилось в темноте.

— Я люблю тебя, — прозвучало эхом в темноте, когда Виктория полностью исчезла.

Виктория

Матушка затянула платье потуже, я смотрела в зеркало на свое заплаканное лицо, слез больше не было, а румяна так неумело скрывали мою бледность.

— Ты можешь вести себя достойно?! — возмущалась Лилия. — Я за тебя сегодня и монеты не выручу, неблагодарная паршивка.

Я молчала, у меня больше не было сил. Проклятая метка отобрала у меня все. Я пыталась применить магию и заставить Лилию освободить меня, но оказалось, что я не могу применять магию против хозяйки.

Поэтому все, что мне оставалось, это рыдать и спать. Но во сне я тоже не была свободной. Не было даже снов, только тьма, тьма и снова тьма. И Анрэй. Иллюзия, обман? Или он был настоящим?

Он обнимал меня и клялся спасти… Вымысел или реальность? Я так и не смогла понять. Но в душе верила в глупую сказку.

Лилия долго ждать не стала и выставила меня на первый же аукцион, в котором могли оценить мой глубокий вырез, тонкие пальцы и длинную шею.

Я сопротивлялась, за что горящая метка напомнила мне мое место.

Когда ведущий объявил мой номер, я вышла.

Половины покупателей уже не было, сегодня я не самый желанный товар.

— Прекрасный лот, суккуб, молода и невинна. Обучена ублажать даже самых привередливых господ, из-за дефекта ее возможности немного уменьшены, но она с радостью порадует вас другими способами. Это настоящая возможность провести ночь с красавицей за пониженную стоимость.

Голос толстяка разорвал тишину, и я вздрогнула и закрыла глаза. Не хочу этого видеть.

Лилия не ошиблась, несмотря на темную магию, торг шел ожесточенный, и, когда наконец стук молотка прозвучал последний раз, я собрала силы бороться.

Пускай лучше эта метка убьет меня, но я больше не позволю обращаться к себе как к вещи!

— Ты не собственность, Виктория… — прозвучал голос Анрэя в моей голове. Я не вещь! Я человек!

Буду бороться, использовать свою магию! Больше у меня ничего нет, ни души, не тела, так лучше умереть свободной, чем жить рабыней, теперь я это точно знала.

Лилия практически затащила меня в комнату и бросила на пол.

— На колени, — приказала она.

Рабская метка расползлась шипами по телу, и я обессиленно упала.

— Так и лежи, дрянь, сама не будешь работать, поработает твой господин, — грубо сказала она.

Дверь захлопнулась, а я сжала кулаки. Все застыло в ожидании моего нового хозяина. Шли минуты, а я все так и лежала на полу.

Неожиданно лоза стала расползаться и схватила меня за горло, я всхлипнула. Неужели она решила меня убить, вот так?

Но еще один миг, и она отпустила, давая мне наконец достаточно вздохнуть, чтобы вскрикнуть.

Я больше не могла и не хотела так жить. Усталость навалилась на меня огромной тушей. Я отличалась от своих сестер по одной простой причине, они родились здесь, а я знала, каково это — быть свободной. Все эти сны, родительская любовь дали мне сил, и я встала на ноги, открыла окно, чувствуя, как метка начинает меня душить, и вывалилась наружу.

Я шла, шла из последних сил, позволяя шипам глубже проникать под кожу, чувствуя, как крепче лоза обвивает горло. Еще немного, совсем чуть-чуть. Воздух больше не проходил, я упала, чувствуя боль, но вместе с ней спасительную темноту.

— Мамочка, — прохрипела, призывая последнее видение. И она пришла, пришла ко мне в комнату, в которой было много кукол, а я была совсем малышкой. Она вытащила книгу с забавными картинками и присела рядом.

— Я прочитаю тебе сказку о принцессе, — сказала мягко она.

— А ее спасет принц? — раздался мой голос, такой странный, детский, словно и не мой.

— Обязательно, — ответила она и открыла первую страницу.

И я улыбнулась, зная, что это конец. Что наконец я стала свободной в этой темноте, которая убаюкала меня навсегда.