Собственность короля

Глава 8

Я монотонно листала книгу в поисках чего-то интересного, на середине я настолько устала, что пролистывала справочник по истории, лишь разглядывая рисунки.

Я удивленно остановилась, когда увидела узоры на коже человека. Память моментально вернула меня к ужину с королем, и я вспомнила, как он спрятал похожий узор под рукавом.

Отлистав пару страниц назад, я прочитала заглавие:

«Избрание жреца тьмой»

Глаза забегали по тексту в поисках интересной информации, ведь о жрецах тьмы я узнала впервые.

«Темная магия является отражением своего носителя, известно несколько способностей, которыми она может наградить. Способности человека часто отражают его помыслы и особые навыки, тьма приумножает достоинства человека и освобождает его сердце от пороков, вытаскивая их наружу.

Но есть тьма намного выше, чем отражение сердца. Тьма-божество, которой подвластны все дети, отмеченные ею. И лишь единиц она награждает особой меткой».

Я провела рукой по рисунку, на котором были изображены непонятные мне символы, словно перерастающие в стебель диковинного цветка. Это пугало и завораживало одновременно, и я с трудом перевернула страницу, чтобы продолжить чтение.

«Носитель метки получает особую силу от тьмы и звание Жреца тьмы».

Далее отсутствовало несколько страниц. Я провела пальчиками по остаткам вырванной бумаги и разочарованно вздохнула. Рассмотрела еще один рисунок, перевернула страницу, и дальше была глава о способностях, дарованных тьмой.

Я негодовала. Мне казалось, здесь должно было быть что-то важное, что помогло бы мне.

Я захлопнула страницу ровно в тот момент, когда в дверь раздался стук.

— Входите, — сказала я, быстро рассмотрев свое отражение в зеркале и встав с кровати.

В комнату вошел слуга.

— Король велел вам явиться на ужин.

Я натянуто улыбнулась, вспомнив прошлый ужин.

— Через пару часов я буду готова.

Я мысленно перебрала гардероб в поисках обеденного платья с глубоким вырезом. Возможно, обратив внимание на другие мои достоинства, монарх не пожелает говорить о рыбе.

— Король велел вам явиться сейчас.

— Как вежливо с его стороны, — опрометчиво бросила я.

И сразу же поймала на себе укоризненный взгляд слуги.

Являться в утреннем платье не хотелось, и я, схватив со столика румяна, постаралась быстро нанести их на щеки, а после вышла вместе со слугой из комнаты.

Анрэй

Сейш с улыбкой поприветствовал вошедшую в зал леди Лур. На ней было платье, которое совершенно не подходило для ужина, и много румян, которые прибавили ей возраст.

Я скривился. Размалеванная кукла.

На этот раз я надел перчатки и не допустил ошибки. В прошлый ужин Виктория обратила внимание на узоры тьмы на моей руке, любопытство — плохая черта для фаворитки. Но она была глупой, и это ее полностью оправдывало.

Даже сейчас девушка улыбалась во весь рот, что давало понять: эта чудная золотистая головка не обременена интеллектом.

Девушка присела в реверансе, а после я разрешил ей присесть к столу. За столом она будет четвертой, леди Пирс не пожелала присоединиться к ужину, снова сославшись на болезнь. Но я знал истинную причину — девушка не желала подчиняться, и это злило. Когда слуга передал о болезни Аннет, мое настроение испортилось.

— Леди Лур, вы ведь знаете, что на ужин стоит надевать другое платье.

Девушка застенчиво улыбнулась, от чего мне стало скучно.

— Я не знала, что вы пожелаете поужинать со мной.

— Вы бы знали, если бы не отказались от служанки.

В этот момент девушка немного помрачнела, неужели это создание способно испытывать хоть какие-то эмоции, кроме радости? Но ее мрачность была пятисекундной, а после она снова улыбнулась.

— Я справлюсь сама, — ответила она.

— Судя по вашим щекам, вы в себя слишком верите.

Девушка все так же улыбалась, а я шумно выдохнул. Сейш засмеялся, и я услышал смешок со стороны леди Бердс.

Тиа выглядела потрясающе. Она не одевалась на манер Виктории. Ее платья были закрытыми, но всегда подчеркивали все достоинства.

Сравнивать Викторию и Тию было даже смешно. Яркий глупый попугай против хищной пустельги.

Выпирающая грудь Виктории, маячившая перед моим взором, уже успела надоесть, и я подумал о том, чтобы прислать к ней швей. Пусть спрячут все это достоинство подальше от моих глаз.

— Как вы провели этот день? — обратился я к девушкам, позволив взять первое слово Виктории.

Девушка замялась.

— Виктория читала книги, мой король. Я нашел ее изучающей книги по темной магии.

— Хм… Виктория, вы потеряли стенд с женскими романами?

Казалось, даже цвет румян не спасет бедную девушку, она побледнела настолько сильно, словно совершила смертный грех.

Это полностью оправдывало фразу, что самый страшный грех — это глупость.

— Не будьте так суровы, — вступился за девушку Сейш. — Леди Лур хотела произвести на вас впечатление. Она сказала, что хочет знать о короле как можно больше.

Второй раз за этот вечер я скривился.

— Вам будет достаточно знать, как красиво одеться и накраситься. Научитесь делать сначала это, а потом уже пытайтесь изучать что-то сложнее, — недовольно сказал я. Назойливость девушки раздражала, а ее жажда влезть в тонкости моей силы и ее глупость только наводили меня на мысли, что я зря послушал архимага.

Виктория молчала, она снова натянула на лицо глупую улыбку и вместе с ней приступила к поеданию мяса.

— А как провели день вы? — обратился я к Тие.

Девушка улыбнулась, совершенно обаятельно и искренне.

— Я рисовала птиц, — ответила она.

Девушка пару раз подняла на меня глаза, а после опустила. Боялась, но в то же время была благородной и старалась не показать, насколько я страшен.

— Вам нравятся птицы?

— Очень.

— Вы напоминаете мне одну из них.

В этот раз улыбка девушки была ярче, и взгляд на мне она продержала дольше.

— Какую?

— Узнаете сегодня.

Я посмотрел на реакцию Тии, она не испугалась и не дернулась, это хороший знак. Остаток ужина я провел в прекрасном настроении.