#совершеннолетние (СИ)

Глава 8

За окном с бешеной скоростью пролетали деревья, кусты и поля, оставляя далеко позади деревню Антоши. Высадив парня, Рига даже не дала подругам размять ноги и запихнула Илону и Миру обратно в салон.

– Хочу на свежий воздух, – проканючила Илона.

– Открой окно, – посоветовала Рига, не думая тормозить.

– Тогда в машине станет жарко и пропадет смысл кондиционера.

– Терпи, – отрезала подруга.

Мира шумно выдохнула на заднем сидении. Ей, как и Илоне, тоже хотелось выйти из машины, пройтись и развеяться. Пусть даже по жаре под знойным летним солнцем. Девушку напрягала обстановка в салоне. Илона вела себя как капризный ребенок, периодически ноя и жалуясь на бесчувственную Ригу. Та в свою очередь хмуро огрызалась, не собираясь прощать выходку Илоны. К счастью, ни одна, ни вторая не включали в свои разборки Миру.

– Может, где-нибудь остановимся? – подала осторожный тонкий голос Мира.

– Ну хоть ты не начинай! – прикрикнула на нее Рига. Она глянула на часы и навигатор, вычисляя, получится ли у нее успеть. Дария уже закидала ее сообщениями.

– В туалет-то хоть можно? – проворчала Мира.

Рига осеклась. Они в дороге уже почти двадцать часов. И ни разу, не считая деревни Антоши, Рига не сделала остановку. Как бы она ни была зла на Илону, не стоило пренебрегать здравым смыслом.

– Кафе подойдет? – спросила девушка, когда машина начала приближаться к одноэтажной кирпичной постройке с изрядно выцветшей вывеской «Светлана». Рядом с ним был припаркован желтый автобус с надписью «Дети», внушая доверие. Лучше школьники, чем дальнобойщики.

– Подойдет! – хором ответили Илона и Мира. Они были согласны даже на убогое с виду придорожное кафе, лишь бы принять вертикальное положение.

Припарковавшись рядом с автобусом, девушки вышли из машины, окунувшись в плотный разгоряченный воздух. Мира ускорила шаг, чтобы оказаться в тени от козырька над входом в кафе. Она не любила загар и всегда старалась спрятаться от летнего ультрафиолета несмотря на то, что не выходила из дома без солнцезащитного крема.

– По всей видимости, туалет внутри, – резюмировала Рига, обойдя кафе. Часто в таких придорожных местечках туалет можно было найти на улице.

– Надо заказать что-нибудь для приличия, не можем же мы просто попроситься в туалет, – изрекла Илона, тянясь к дверной ручке.

– Я поем на свадьбе, – мотнула головой Рига.

Мира с сомнением окинула взглядом небольшое кафе, в которое набилось больше двадцати детей не старше десяти лет. Они сидели за длинными столами, покрытыми затертыми клеенками, и с шумными хлюпами втягивали в себя лапшу быстрого приготовления, закусывая беляшами.

– Мир? – вопрошающе посмотрела на подругу Илона.

– Я не голодна, – отказалась девушка, считая, что лучше похудеть еще на один размер, чем отравиться пирожками. Ее воротило от одного только запаха прогорклого масла.

Илона пожала плечами и направилась изучать витрину кафе.

– А ты чего от своих отбилась? – обратилась к ней неповоротливая женщина за прилавком, отмахивая от себя назойливую жирную муху. – Вон, твои одноклассники доедают уже, теперь будут одну тебя ждать.

Илона недовольно поджала губы.

– Я вообще-то уже закончила школу. И не только начальную. Можно мне, пожалуйста, чебурек и шашлык с собой? И где у вас туалет?

Женщина, ойкнув, пробормотала извинения и указала на дверь рядом с холодильником, полным газировки по цене коньяка. Девушки обратили внимание, что даже чойсы здесь стоили дороже, чем среднестатистическая шаурма.

– Видимо, это кафе единственное в радиусе пятидесяти километров, – шепнула подругам Рига.

– Может, здесь хорошо готовят, – неуверенно предположила Илона, уже жалея, что сделала заказ. За эти деньги она могла найти приличный фаст-фуд и наесться до счастливого от обжорства обморока.

– Ага, заваривают чойсы пятизвездочным кипятком из рудниковой воды, – сморщилась Мира, открывая дверь в туалет.

Осмотрев липкий кафель и грязный унитаз с подозрительными коричневыми подтеками от ободка и ниже, девушка, зажав рот и нос руками, сдала назад, возвращаясь в зал. Мира и без того брезговала ходить в общественный туалет, но этот превзошел все ее опасения. Наверняка там даже воздух кишел микробами.

Илона и Рига последовали ее примеру.

– Я на воздух, – сдавленно пробормотала Мира и поспешила к выходу, на ходу доставая из сумочки пачку влажных салфеток.

Не выходя из тени, она принялась судорожно вытирать руки, лицо, шею… каждый открытый участок кожи. Ей казалось, что за те несколько минут, проведенных в придорожной обрыгаловке, даже платье успело впитать в себя «ароматы» этого заведения. Придирчиво обнюхав рукав, она скривилась, отмечая про себя, что ей просто необходимо переодеться, как только они отъедут от кафе.

Через десять минут из кафе вывалился поток детей. Среди них Мира заметила подруг – Рига держала Илону за шкирку, чтобы не потерять в толпе школьников.

– Так забавно слушать эти детские разговоры, – поделилась Илона, одной рукой держа пластиковую тарелку с шашлыком и чебуреком, а другой открывая дверцу машины. – Школа, уроки, список литературы на лето… Они такие смешные, когда хотят казаться взрослыми.

– Чья бы корова мычала, – ухмыльнулась Рига, забирая у подруги тарелку с пованивающей едой, чтобы девушка могла пристегнуть ремень безопасности.

– А чья бы молчала, – парировала Илона.

Мира, выискав в чемодане нежно-голубое платье, присоединилась к подругам. Она втянула носом неприятный запах, исходящий из тарелки Илоны. Расстегивая молнию на боку, она с опаской сказала:

– Давай ты не будешь это есть.

– Я за это заплатила, – отозвалась подруга, вгрызаясь в резиновый горелый кусок мяса непонятного происхождения. Оставалось надеяться, что это не крыса.

Стягивая платье, Мира попросила:

– Давайте поедем с открытыми окнами, пока салон не провонял.

Рига, зажимая пальцами нос, и не думала их закрывать. Когда машина выехала на трассу, и в салон начал задувать ветер, подруги смогли вздохнуть с облегчением.

Илона, расправившись с тремя жалкими кусочками шашлыка, вгрызлась в обмякший чебурек. Он был настолько жирным, что, если его выжать, можно было нацедить пол стакана масла. Было там мясо или нет, девушка так и не поняла.

– Не так уж и плохо, – рыгнув, пробормотала Илона. – Остренько, с перчинкой.

Рига поморщилась:

– Это они так тухлятину замаскировали.

Илона едва не подавилась от этой мысли. Глянув на опустевшую тарелку с остатками кетчупа и лука, вымоченного в уксусе, девушка начала жалеть, что съела это НЕЧТО.

Какое-то время подруги ехали молча, каждая погрузившись в свои мысли. Вид за окном начал претерпевать изменения, что Рига сочла хорошим знаком – если природа менялась, это значило, что Байкал уже приближался.

– Смотрите, еще одно подсолнечное поле, – кивнула Мира на виднеющиеся впереди подсолнухи.

Илона припала к открытому окну, прося Ригу:

– Давай остановимся на поле.

– Никаких фоточек, – отрезала подруга.

– ОСТАНОВИ МАШИНУ! – зеленея на глазах, сдавленно выкрикнула Илона, тянясь к бардачку. Схватив упаковку влажной туалетной бумаги, девушка начала выпутываться из ремня безопасности, отбрасывая в сторону Чак-чака и велюровую нерпу.

Едва Рига успела притормозить, как подруга вылетала из машины, словно за ней гнались мутанты-подсолнухи. Скрывшись в растениях, она притихла. Только подозрительные пукающие фырки нарушали тишину.

– А вот и карма, – усмехнулась Рига, переглядываясь с Мирой. Та в свою очередь полезла искать аптечку.

Илона вернулась в машину только спустя двадцать минут, когда подруги, всерьез начав переживать, уже хотели пойти на поиски. Вспотевшая и с кругами под глазами, измученная девушка словно похудела на пять килограммов.

– Никаких вопросов, просто поехали, – слабо проговорила Илона, забираясь в машину.

СпойлерV.3.0. – подсолнухи удобрены.

Мира молча протянула подруге упаковку активированного угля и бутылку воды. Рига сочувственно похлопала Илону по плечу и посадила ей на колени игрушечный арсенал антистресса. У девушки даже пропала злость и обида на подругу.

Совсем скоро они должны были подъехать к Иркутску, обогнуть его и направиться в Листвянку – излюбленный туристами поселок близ Байкала. Девушки чувствовали, что озеро уже близко. Сам воздух был наполнен ароматами свежей травы и цветов, а шум ветра напевал таинственные песни. Илона и Мира припали к окнам. Вдоль дороги простирались бескрайние просторы, покрытые зелеными лесами, голубыми озерами и горными хребтами.

Вскорости лес сменился полями и рекой. Среди деревьев начали виднеться домики, а не берегу девушки заметили разноцветные палатки и рыбаков. Рига не могла оторвать взгляд от горы, виднеющейся впереди. Она казалась ей величественной и бесконечной.

Дорога начала становиться более извилистой, и Рига сбавила скорость. Проморгавшись, девушка вцепилась в руль, концентрируясь на дороге. Она не спала почти сутки, ей тяжело давался финишный отрезок пути. Заметив это, Илона предложила:

– Давай я поведу, а ты поспишь. Ты же не хочешь на свадьбе уснуть лицом в тарелке?

– Нужно еще за букетом заехать, – отозвалась Рига.

– Да не трать ты на него деньги и время, он завянет быстрее, чем скажут: «Горько». Никакие чудо-порошки не продлят жизнь букету. На утро все цветы будут выглядеть хуже, чем гости после банкета.

Рига начала притормаживать, съезжая на обочину. В словах Илоны был смысл. Главное, что она успела купить – и даже упаковать! – подарок. Букет – дело десятое. На шикарный и пышный у нее все равно не хватит денег, а скромная композиция из пяти хризантем затеряется посреди свадебного торжества и, как сказала подруга, завянет быстрее, чем молодоженам проставят штампы.

– Если через два с половиной часа мы не окажемся на базе в Листвянке, мы больше не подруги, – пригрозила Рига.

Илона вырулила на Байкальский тракт, который вел прямиком в небольшой поселок, простирающийся вдоль озера на пять километров. Он считался визитной карточкой Байкала, притягивая туристов.

Добравшись до базы, подруги увидели мужчин в костюмах и женщин в нарядных платьях, прогуливавшихся по территории. Илона перевела дух – она точно привезла Ригу в нужное место. Вряд ли простые туристы разоделись бы в коктейльные платья и нацепили на себя бабушкины жемчуга.

Илона и Мира растолкали подругу. Рига сонно потянулась. Ей хотелось завалиться и проспать целые сутки, но нужно продержаться еще несколько часов.

– Давайте заселимся в номер, а потом разделимся, – предложила Мира. – Мы с Илоной пойдем исследовать Листвянку, а ты, Рига, повеселишься на свадьбе.

– Я так люблю свадьбы, – мечтательно улыбнулась Илона. – Нам можно будет заглянуть поздравить молодых?

Рига протерла глаза и зевнула, намереваясь разорить сумку-холодильник Илоны ровно на один энергетик.

– Вряд ли это будет уместно, – покачала головой девушка, открывая банку.

– Мы ненадолго, нас даже не заметят. Затеряемся среди гостей, прочувствуем атмосферу и уйдем.

– Свадьба будет небольшая, не больше тридцати гостей. У вас не выйдет затеряться.

– Тогда мы можем прийти позже, когда все напьются и уже будет все равно – свои или чужие пришли, – не сдавалась Илона.

– Свадьба безалкогольная, – осадила подругу Рига.

Илона выпучила глаза:

– Безалкогольная свадьба? Нет, не так… БЕЗАЛКОГОЛЬНАЯ СВАДЬБА?! У меня такая в детском саду была. Или твоя подруга по залету выходит? Даже если так, это не повод лишать других праздника!

Рига потерла виски. Она любила подругу, но иногда концентрация Илоны на один квадратный метр была слишком запредельной. Она была именно из тех людей, после длительного общения с которыми требовался отдых.

– Илона, не нам судить, какую свадьбу захотели жених и невеста, – вставила Мира.

– Вот именно, – кивнула Рига. Она знала истинную причину, почему на свадьбе не должно было быть алкоголя.

У Дарии было такое же трудное детство, как и у нее самой. Ее родной отец напивался до чертиков, бил жену и дочь, угрожал их зарезать, если они не купят ему еще водки. Он умер, когда по пьяни в тридцатиградусный мороз не смог ночью попасть в подъезд – потерял ключи и телефон, не совладал с кнопками домофона, чтобы позвонить в квартиру. Он умер от обморожения прямо у двери подъезда.

Отчим Дарии был не лучше. Интернет-подруга Риги искренне не понимала, почему ее мать, освободившись от алкоголика-мужа, снова погрязла в отношениях с таким же деспотом. Спустя несколько лет истязаний, Дария, повзрослев, вытащила из квартиры невменяемое бухое тело и забаррикадировала дверь, чтобы тот, протрезвев, не смог зайти внутрь. Она понимала, что это временное решение проблемы, но девушка должна была хоть что-то сделать.

Спустя год, когда мужчина пырнул падчерицу ножом и проломил жене голову, отчима Дарии упекли за решетку. Мать пообещала дочери, что больше в ее жизни не появится ни один мужчина, способный нанести им вред.

Дария после пережитого не могла выносить алкоголь и пьяных людей. Даже если те безобидно отрывались под музыку.

– А еще свадьба будет вегетарианская, – добавила Рига, добив этим чувствительную до чужих дел Илону.

– Это точно не утренник? – сморщилась подруга. – В музее и то интереснее, чем на такой свадьбе. Ладно, пойдемте заселяться, я хочу в душ и переодеться.

– Я первая, – поспешно вставила Мира, проводя рукой по волосам, казавшимся ей жутко грязными и сальными, хотя те, как всегда, выглядели безупречно. Она буквально выиграла в волосяной лотерее.

Быстро найдя административное здание, подруги протянули свои паспорта девушке за стойкой ресепшена.

– Бронь на фамилию Хусаинова, – сказала Рига. Дария забронировала номера для всех гостей и отказалась брать с девчонок плату.

Девушка за стойкой бегло проверила информацию в компьютере и обвела троицу взглядом, уточняя:

– А кто сопровождает ребенка? Родители, официальные опекуны? Бабушки-дедушки?

Подруги переглянулись в замешательстве.

– Вы, наверное, нас с кем-то перепутали, – мягко поправила сотрудницу Мира. Неудивительно, учитывая предсвадебную суматоху. Даже скромное торжество вносило хаос – девушка знала это с рассказов отца и брата.

Выразительный взгляд сотрудницы остановился на Илоне. Та беспечно рассматривала рекламные буклеты, разложенные на стойке ресепшена, и обнимала Чак-чака с нерпой.

– Она совершеннолетняя, проверьте паспорт, – поспешно шепнула Мира, пока Илона не обратила внимание на заминку с заселением.

Девушка в форменном брючном костюме и шелковым платком на шее раскрыла паспорта один за другим. Сконфуженно улыбнувшись, она подтвердила бронь:

– У вас базовый номер на две кровати с дополнительной раскладушкой. Выселение завтра до четырех вечера.

– Мы можем продлить номер, если захотим остаться? – вежливо улыбаясь, уточнила Мира. – Мы приехали еще с туристической целью.

Сотрудница снова обратилась к компьютеру и через пару минут кивнула:

– Да, но вам нужно будет сообщить о своем решении заранее, желательно завтра до полудня. Вы будете продлевать номер на Хусаинову или на себя? Если на Хусаинову, то нужно будет ее личное подтверждение.

Мира элегантно качнула головой:

– Нет-нет, мы будем продлевать на себя и оплачивать дальнейшее проживание самостоятельно.

– Хорошо, – девушка вытащила из принтера свежую распечатку: – Вам нужно поставить подписи там, где галочки.

После бумажной волокиты сотрудница протянула ключ от номера:

– Хорошего отдыха! Можете взять буклеты и ознакомиться с программой, которую мы предлагаем туристам.

Поблагодарив, девушки вышли из административного здания. Совсем скоро должна была начаться свадебная церемония, поэтому подруги поспешили найти свой номер. Он был небольшим и скромным – две односпальные кровати, раскладушка за небольшим шкафом, телевизор и журнальный столик. Под овальным зеркалом, висящим на стене, расположился одинокий стул. А за дверью рядом находилась ванная и туалет.

– Илона, не занимай ванную! – шикнула на подругу Мира. – Дай Риге собраться, она же не пойдет на свадьбу в таком помятом виде.

– Я только схожу в туалет и все, – закатила глаза подруга.

Рига вытащила из сумки свадебный подарок и лаконичное платье цвета мокрого асфальта, которое надевала на выпускной. Вообще, она планировала пойти на него в платье с девятого класса, чтобы не тратиться на новое, но Мира пришла на выручку. Девушки сыграли в игру, в которой швея из ателье ошибочно сшила Мире платье не по фигуре, и той пришлось уговорить Ригу выручить и забрать его себе, чтобы не пропадать добру. Каждая из троицы понимала, что скрывалось за этим поступком, но ни одна из девушек не подала виду, принимая условия игры.

– Одолжить тебе туфли? – Мира протянула подруге элегантные босоножки на шнуровке и невысоком каблуке. Те самые, что она одалживала ей на выпускной.

Девушка выбирала их специально под платье и учитывая рост подруги. Для самой Миры каблук был низковат. Она бы с удовольствием отдала их Риге насовсем, но понимала, что в таком случае подруга могла выйти из игры и отказаться даже от платья. Рига никогда не принимала в дар слишком много.

– Спасибо, – подруга взяла туфли. – А то я с собой ничего кроме шлепок не брала. Ну и плюс кроссовки, которые на мне. Поможешь мне уложить волосы?

Мира расплылась в улыбке. Она с детства любила всех прихорашивать – сперва кукол и маму, потом себя, а затем и подруг.

– Как насчет легкого макияжа? – предложила Мира.

Рига критично осмотрела себя в зеркало. Долгая поездка оставила на лице девушки круги под глазами.

– Совсем чуть-чуть, – согласилась девушка.

Илона упала на кровать и закинула ноги на стену.

– А меня накрасишь потом? Хочу хорошо получиться на фоточках.

Подруги переглянулись, улыбаясь – их забавляло и одновременно умиляло стремление Илоны зафиксировать каждый шаг в их путешествии.

– Сегодня мы все будем блистать, – провозгласила Мира, беря в руки Дайсон.

– Да здравствует наша не святая троица! – воскликнула Илона, подбрасывая в воздух Чак-чака, уже сменившего шейный платок на шарфик с дельфинчиками.