Спешащий: КРИСТОФЕР

Глава 10

КРИСТОФЕР

Прошло некоторое время, прежде чем сон рассеялся, что было для меня странным, возможно, потому, что я с самого начала плохо спал. Но сегодня утром мне показалось, что мягкость кровати изменилась. Я слышал щебет птиц, и мягкий прохладный ветерок щекотал мои ноги, выглядывавшие из-под одеяла. В любое другое утро я, вероятно, получил бы от этого удовольствие.

Нет, это было неправдой.

Я никогда не открывал окна и не раскрывал шторы. Мне нравилась темнота… она помогала мне оставаться на земле.

Это отвлекает тебя от мыслей обо всем, что ты собираешься оставить позади…

Я вздохнул и перевернулся на спину, но не предпринял никаких усилий, чтобы встать и закрыть окно или задернуть шторы. Мои мысли уже были заняты человеком, открывшим их.

Я не ожидал, что он останется. Я не хотел, чтобы он оставался, потому что, в конце концов, он стал бы для меня чем-то вроде солнечного света, птиц или дуновения ветерка.

Чем-то, чего у меня не было.

По крайней мере, пока я не знал, что ждет меня в будущем.

Я все еще не мог поверить, что рассказал Рашу все.

Всё.

Я даже признался, что начал испытывать какие-то чувства к этому взрослому мужчине. То, о чем я мечтал долгое время. В первые дни и недели после нападения в клубе Раш занимал в моей голове много места. Гораздо больше, чем следовало бы. Я всегда приписывал свои чувства преклонению перед героем, но с того момента, как открыл дверь и буквально увидел мужчину своей мечты, стоящего рядом с моим дядей на крыльце своего дома, то темное место, где я оставлял эти воспоминания в течение последних нескольких лет, вспыхнуло, как тлеющие угли. Я пытался погасить их после того, как Раш ушел, но это не сработало, и за те двадцать четыре часа, что прошли с тех пор, как Раш появился на пороге во второй раз, каждое сказанное им слово, каждое прикосновение его пальцев разжигало эти угли. А потом его признание в том, что у него есть чувства ко мне… что ж, маленькие угольки превратились в настоящее адское пламя, из которого у меня не было надежды выбраться.

Я вздохнул и сделал глубокий вдох, который только усилил слабый запах Раша.

Он не ушел накануне, когда я его об этом просил. Вчера вечером он тоже не ушел.

Я был рад и тому, и другому, хотя не мог сказать ему об этом. В конце концов, мы решили вздремнуть вместе после завтрака. Примерно в обеденное время он разбудил меня так же, как и тем утром… нежными ласками лица, предплечий и кистей рук. Они не были сексуальными по своей природе, но я реально не знал, как их назвать. Казалось, он убеждает себя, что я все еще здесь.

На обед он приготовил бутерброды, которые мы съели в постели. Мы поговорили, но ни слова не было сказано о чувствах, прошлом или будущем. Раш просто задавал мне вопросы, например, о том, что было самым отвратительным из того, что я когда-либо ел, и о том, какой костюм я надевал на Хэллоуин. Мой ответ о Бэтмене изменил ход игры.

Раш принадлежал команде «Детективных комиксов».

Как я.

Остаток дня мы провели, обсуждая персонажей и изучая мою коллекцию старинных комиксов, которую Рашу пришлось откопать в одной из многочисленных книжных коробок на первом этаже дома. Затем начался киномарафон. Мы остановились ненадолго, чтобы заказать пиццу, а затем провели следующие несколько часов с разными членами Лиги справедливости. Мне понравилось каждое мгновение, особенно после того, как я смог делать это, находясь в надежных объятиях Раша. В итоге я заснул в перерыве между фильмами и проснулся только один раз за ночь, чтобы обнаружить, что телевизор выключен, Раш вырубился, а я лежу у него на груди, а Пип спит у него на плече.

Обе руки Раша обнимали меня.

Это был рай.

Сегодняшнее утро означало, что пришло время спуститься на землю. Я уже сообщил страховой компании, в которой оформлял претензии, что меня не будет пару дней из-за руки, так что не был уверен, чем себя занять. Я просто знал, что не смогу заниматься чем-то, что связано с постелью… например, оставаться в ней весь день и жалеть себя.

Не после того, что Раш сделал со мной.

Мой взгляд автоматически переместился на то место, где Раш подарил мне мой первый поцелуй, а затем и мой первый настоящий оргазм. Но был момент сразу после этого… тот момент, когда Раш обнял меня и просто позволил избавиться от всего страха, вины и стыда, которые мучили меня.

Теперь все это в прошлом. Он сделал так, как я просил. Он был сильным и ушел.

Я вздохнул и заставил себя сесть. Взгляд упал на открытое окно. На небе не было ни облачка. Это был один из редких прекрасных дней в Сиэтле. Когда я был моложе, Кон и Мика настаивали на том, чтобы выбираться и наслаждаться всем, что мог предложить Тихоокеанский Северо-запад.

Это было лучшее время в моей жизни.

Воспоминание о семье и о том, как я так долго отталкивал их, заставило всю легкость, которую чувствовал, улетучиться, и вместо того, чтобы подняться на ноги, как планировал, я лег обратно. На часах зазвонил будильник, оповещая о том, что пришло время принимать лекарства.

На краткий миг я задумался, что будет, если я этого не сделаю. Я вел битву, в которой понятия не имел, каков будет исход. Но если смирюсь, сражаясь уже несколько месяцев, больше не будет неведения. Больше не нужно будет ждать и молиться, чтобы цифры снизились. Я смогу проводить время со своей семьей, не опасаясь, что это будет висеть у них над головой, до самого конца, когда мое состояние будет невозможно скрыть.

Я покачал головой. Я зашел так далеко. Я доведу дело до конца и через пару месяцев буду знать, по какому пути пойдет моя жизнь.

Мне просто нужно продержаться еще немного.

Я вздохнул и потянулся за своими лекарствами на прикроватной тумбочке. Именно тогда я заметил бутылку воды, стоявшую рядом с пузырьками таблеток, и маленький сложенный листок бумаги с моим именем на нем.

Прощальная записка.

Та, в которой говорится, что он дает мне то, что я хочу, и уходит.

- Блядь, - прошептал я, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Я не хотел ее читать. Мне захотелось скомкать ее и выбросить в дурацкое окно, чтобы легкий ветерок унес ее прочь и вместе с ней каждое мгновение последних сорока восьми часов.

Но у пальцев были другие планы. Я открыл записку и поискал «Дорогой Кристофер», но, к моему удивлению, на бумаге было нацарапано всего несколько слов.

Возможно, ты захочешь заткнуть уши.

- Чт…? - Начал я прямо перед тем, как внизу раздался грохот. За ним быстро последовал еще один, потом еще. Я вскочил на ноги и поспешил вниз по лестнице.

- Стой! - Окликнул меня Раш, как только я добрался до нижней ступеньки. - Тебе нужны ботинки и защитные очки.

А?

Я осмотрелся, насколько это было возможно с моего места на ступеньке. Там и сям валялись маленькие кусочки гипсокартона и много пыли от него же. Окинув взглядом гостиную, я увидел, что мебель покрыта целлофаном. Антикварный приставной столик тоже был тщательно накрыт.

Раш появился из кухни в защитных очках и с огромной кувалдой в руке.

Он сносил мою стену. Ту самую, что я пытался снести сам.

Добравшись до меня, Раш снял защитные очки, а затем поцеловал меня в губы. Это было нежно и сладко и закончилось слишком быстро.

- Доброе утро, - тихо сказал он.

- Доброе утро, - удалось мне ответить.

- Надень какую-нибудь обувь, прежде чем спускаться вниз. Ты принял лекарство?

- Нет, но как раз собирался, - сказал я.

- Я приготовил бутерброды на завтрак. Я поставлю их в духовку разогреваться, пока ты одеваешься, хорошо?

Я молча кивнул. Вопрос, который я должен был задать ему, так и не сорвался с губ.

Что ты все еще здесь делаешь?

Я поспешил обратно наверх, чтобы одеться. Только когда полностью оделся и потянулся за пузырьками с лекарствами, я понял, что это за странное, беспокойное ощущение у меня в груди.

У меня кружилась голова.

Я сел, в недоумении.

У меня, блядь, кружилась голова.

Я был так счастлив, что Раш все еще здесь, что поспешил спуститься к нему. Что это было? Предполагалось, что я пытаюсь придумать, как отправить его восвояси.

Он не ушел.

Я чуть не заплакал, когда мой прежний голос указал на этот факт. Я вытер глаза, потому что не мог пойти туда, куда этот голос хотел, чтобы я пошел. Я не мог начать мечтать о том, чтобы Раш снова прикасался ко мне, целовал, говорил те слова, которые он сказал накануне, и в которые мне все еще так хотелось верить.

Ты прекрасен, Кристофер. Так много в тебе прекрасного. И если все пойдет так, как я хочу, то смогу провести остаток своей жизни, доказывая тебе это.

Я покачал головой. Я не могу этого сделать. Не могу. Я не стану. У меня был план, которого я должен был придерживаться, и Раш в него не входил. Никто не входил. Только я. Я сам навлек на себя все это своей глупостью, и именно мне придется за это платить.

Мне.

Только мне.

- Кристофер, еда готова! - услышал я крик Раша.

Нужно сказать ему, что я неважно себя чувствую и собираюсь прилечь. Он перестанет разбирать стену, оставит мне завтрак, чтобы я мог поесть позже, и оставит меня одного, чтобы я немного отдохнул. У меня будет достаточно времени, чтобы укрепить свою оборону.

Да, именно так я бы и поступил.

- Кофе, сок или и то, и другое? - Крикнул Раш. - Ничего, я сделаю и то, и другое!

Я улыбнулся про себя, услышав, как он выругался прямо перед тем, как сработала пожарная сигнализация.

- Огнетушитель под раковиной! - Крикнул я, несмотря на то, что меня чуть не скрутил приступ смеха. Я быстро проглотил оставшиеся таблетки и поспешил вниз по лестнице. Едкий запах дыма ударил в нос задолго до того, как я добрался до кухни.

- Здесь все в порядке? - спросил я.

Раш стоял ко мне спиной и, казалось, что-то помешивал в миске. На нем была иная одежда, чем накануне. Его джинсы были немного темнее, а на голове - темно-синяя футболка. В воздухе вокруг него клубился дым, но я этого почти не замечал. Я был слишком занят, пуская слюни на его татуированные бицепсы.

- Все хорошо, - сказал он, поворачиваясь. - Сколько блинчиков ты хочешь?

Мне удалось отвести взгляд, но когда Раш слегка подмигнул, я понял, что он заметил, как я пялился на его аппетитное тело.

- Что случилось с бутербродами на завтрак? - Спросил я, приподняв бровь. Этот вопрос вернул меня на более устойчивую почву. Готов поклясться, что видел, как щеки Раша слегка порозовели.

- О, эм, - начал Раш, взглянув на раковину, из которой торчало что-то похожее на противень для печенья. - В них слишком много трансжиров.

- Трансжиров?

Раш кивнул.

- Это дерьмо убьет тебя.

- Не поэтому ли пару лет назад в США запретили их использование в большинстве продуктов питания? - спросил я.

Раш на мгновение замер, а затем поставил тарелку на столик. Именно тогда я заметил, что два прибора уже стоят.

Я поднял глаза и чуть не проглотил язык от того, как Раш смотрел на меня. Он смотрел так, будто хотел съесть меня на завтрак.

Да, пожалуйста.

Я затаил дыхание, когда он обошел островок и сократил расстояние между нами. Я был уверен, что он поцелует меня, но, когда его грудь коснулась моей, он не опустил голову, чтобы прильнуть к моим губам. Вместо этого он протянул руку мимо меня, и я понял, что он всего лишь пытался добраться до прилавка позади меня.

Я почувствовал себя дураком и отступил на шаг. Я смущенно опустил глаза, потому что Раш, вероятно, знал, чего я ожидал.

Но Раш сделал нечто совершенно неожиданное, потому что не прошло и пары секунд, как что-то мягкое коснулось моих губ, а затем и носа.

- Дате сойти с ума по парню, который одновременно и красавчик и умница, - тихо сказал Раш, когда аромат роз коснулся меня.

Я открыл глаза и увидел самую прекрасную розу, которую когда-либо видел. Но она была не красной. Она была красивого светло-фиолетового оттенка, в котором, казалось, были и розовые тона.

Я был на грани того, чтобы опровергнуть заявление Раша, что привлекательный и умный, но от вида единственной розы, которую он держал в пальцах, у меня перехватило дыхание. Я удивленно посмотрел на него.

- Я не знал, какой цвет тебе нравится, поэтому продавец в цветочном магазине предложил мне выбрать, исходя из его значения. Я выбрал сиреневый, потому что он символизирует счастье. Его и любовь с первого взгляда. Думаю, в большинстве твоих любовных романов нет места любви с первого взгляда…

Я покачал головой и смахнул слезы.

- Они всегда были моими любимыми, - признался я. - Она прекрасна, Раш.

- Ты прекрасен, - ответил Раш. Он нежно коснулся губами моих губ, а затем протянул мне цветок. От меня не ускользнуло, как слегка задрожала его рука, когда он протянул его мне.

Я взял его и свободной рукой вытер глаза, пытаясь сдержать слезы.

- Я не был уверен, есть ли у тебя ваза для нее или нет, поэтому парень в цветочном магазине посоветовал мне купить и ее, на всякий случай, и я всегда смогу вернуть, если у тебя она есть.

Раш снова потянулся мимо меня, чтобы взять красивую хрустальную вазу, которая идеально подходила розе. Он повернулся и пошел к раковине, чтобы наполнить вазу водой.

- Оказывается, этот парень женат на одном из твоих дядей. Его зовут Алекс. Он женат на Воне.

Когда Раш обернулся, он замер, вероятно, потому, что я все еще стоял, потрясенный, на том же месте.

- Кристофер? - Тихо позвал Раш.

Я открыл рот, чтобы ответить, но все, что вырвалось наружу - резкий всхлип. Раш быстро обошел вокруг стола, по пути поставив вазу на пол. Он повторил мое имя, но все, что я смог, это покачать головой, потому что эмоции практически лишили меня дара речи.

- Кристофер, послушай, я не говорил ему, что цветок для тебя. В смысле, я представился, поскольку мы с Воном знакомы, но они ни за что не узнают, что я купил эту розу... блядь! - выпалил Раш, нервно проводя пальцами по волосам. - И это не обязательно должно что-то значить, особенно вся эта любовь с первого взгляда, потому что знаю, ты к этому не готов, но в глубине души я просто знал, что это тот единственный...

Мне не нужно было даже думать о том, что я делаю. Я шагнул к Рашу и обнял его за шею, чтобы притянуть к себе для поцелуя.

Настоящего.

Такого, который не оставил бы у него никаких сомнений в том, что я чувствую.

Рашу потребовалось всего три секунды, чтобы поцеловать меня в ответ. Я почувствовал его облегчение по тому, как он целовал меня, обнимал. Только когда поцелуй начал возбуждать нас обоих, Раш оторвался от моих губ.

- Блядь, не пугай меня больше так, - пожаловался он, пытаясь отдышаться.

- Извини, - тихо сказал я. - У меня нет ваз, - добавил я, надеясь, что этого достаточно, чтобы объяснить, почему я так расстроился при виде прекрасного цветка.

Раш поколебался мгновение, а затем обнял меня.

- Тебе лучше купить какую-нибудь, - пробормотал он. Мысль о том, что он собирается и дальше дарить мне цветы, причиняла боль сердцу. Раш был на игровом поле, до которого я не надеялся добраться. Он был романтичным, добросердечным, вдумчивым, заботился обо мне и говорил то, что было у него на сердце.

Я мысленно отогнал эту мысль, потому что не хотел портить момент. Я взглянул на розу.

- Итак, все это - цветы, завтрак - своего рода извинение за попытку сжечь мой дом дотла, или ты планировал сделать это за стену, - спросил я, взглянув на стену между кухней и столовой. Теперь в ней было несколько отверстий побольше, через которые я мог видеть.

- Твои маленькие дырочки сводили меня с ума, - проворчал Раш.

- Эм, ладно, но Раш... – начал я осторожно.

- Да?

- Я передумал насчет этой стены. Я собирался залатать дыры, которые проделал, и оставить стену такой, какая она есть... была.

Руки Раша напряглись, а затем он опустил их и в ужасе уставился на разрушенную стену.

- Блядь, Кристофер, прости. Я могу все вернуть на свои места...

Я рассмеялся, с трудом сдерживаясь. Раш погрузился в молчание, а затем его челюсть напряглась.

- Ты за это заплатишь, - сурово сказал он, хотя в его глазах плясали веселые искорки.

- Подожди, это еще один дымок? - Спросил я, указывая на духовку. Как только Раш оглянулся через плечо, я пулей вылетел из кухни и бросился к лестнице.

Он поймал меня на полпути. Его большие руки прижали меня к стене.

- Только ради этого стоить готовить блинчики, - сказал Раш. Мы оба тяжело дышали, но это не имело никакого отношения к короткой погоне.

Я издал тихий стон, когда Раш накрыл мой рот своим. От этого обжигающего поцелуя у меня чуть пальцы на ногах не подогнулись. Но Раш прервал его слишком быстро, из-за чего с моих губ сорвался тихий протестующий стон.

- Сходишь со мной куда-нибудь? - Внезапно спросил Раш, и весь юмор улетучился. На смену ему пришло то, что я мог охарактеризовать только как отчаянный голод.

Как будто от моего ответа зависела судьба мира.

Я предполагал, что зависела… в любом случае, и его, и моя.

Я знал, что должен сказать. Это был бы самый простой и понятный способ сделать то, что нужно.

- Когда? – спросил я.

Определенно, это не то слово, которое голос сомнения заставлял меня произнести. Я понятия не имел, что, черт возьми, делаю. Я знал, что все это с Рашем нужно быстро и чисто закончить, но не мог его отпустить.

Еще нет.

Хуже всего то, что я действовал из чистого эгоизма. Хотя у меня больше не было сомнений в том, что Раш искренне верил в свои чувства ко мне, настанет день, когда он захочет уйти. Даже если каким-то чудом противовирусная терапия, наконец, подействует и вирусная нагрузка станет неопределимой, что я смогу предложить такому человеку, как Раш? Моя жизнь была беспорядочной и будет такой в обозримом будущем. У меня даже не было плана для себя, так как же я мог надеяться построить что-то с мужчиной, заслуживающим гораздо большего? И если я заболею, Раш потратит дни, недели, месяцы, ухаживая за мной, потому что будет чувствовать себя обязанным это делать.

- Сегодня, - сказал Раш. Он наклонился и нежно поцеловал меня. - Сейчас.

Я кивнул без колебаний.

- Ты сегодня не работаешь, верно? - Спросил Раш.

- Нет.

- Покажешь мне Сиэтл? - Спросил Раш. - У Кинга не хватает навыков гида-экскурсовода. Я знаю, где находится бар, где подают лучший арахис, и что заказать из меню в заведении, где приходится говорить в рот киту, но на этом все.

Я рассмеялся. Это определенно было похоже на моего дядю. У него были простые вкусы.

- Есть ли что-то особенное, что ты хотел бы увидеть? - Спросил я. Я уже планировал маршрут, включающий многие из моих любимых мест.

- Я хочу увидеть все, - ответил Раш. - Но давай начнем с заведения, где подают хороший завтрак.

- Пойду собираться, - сказал я. - У меня, эм, нет машины. Я езжу на велосипеде, чтобы добраться туда, куда нужно.

- Велосипед - это здорово, - сказал Раш.

Я покачал головой, потому что добраться до всех этих мест на велосипеде будет невозможно, особенно с моей рукой. Я открыл рот, чтобы объяснить это, но Раш крепко поцеловал меня, а затем обхватил пальцами мою здоровую руку.

- Пока не забыл... - сказал он, ведя меня в спальню.

Бабочки запорхали в животе, когда я подумал об импровизированном поцелуе на кровати. Но он подвел меня не кровати. К просторной гардеробной. Обычно я оставлял ее приоткрытой, чтобы Пип мог входить и выходить, добираясь до туалета и еды, но дверь была совсем закрыта. Раш открыл дверцу шкафа полностью.

- Ладно, ребята, с шумом покончено, - сказал он. Мгновение спустя Пип, пошатываясь, выбрался из шкафа. Прямо за ним по пятам следовал огромный белый кролик с висячими ушами. Раш взглянул на меня и сказал: - Я не хотел, чтобы шум напугал Пипа, поэтому устроил ему компанию.

- Боже мой, - сказал я, наблюдая за взаимодействием котенка и кролика. Кролик, казалось, уводил Пипа от вещей, о которые котенок мог споткнуться, например, от маленького ручного пылесоса, который я держал рядом со шкафом, и от одной из декоративных подушек, в какой-то момент упавшей на пол, вероятно, когда мы с Рашем смотрели фильмы накануне вечером.

- Тампер - хорошая мама, - добавил Раш, присаживаясь на корточки. Я сделал то же самое. Тампер тут же начала подталкивать Пипа к нам.

- О-о-о, спасибо тебе, милая, - сказал я, проводя рукой по шелковистой шерстке кролика. Пип тем временем воспользовался возможностью сесть рядом с кроликом и использовать ее в качестве опоры, чтобы привести себя в порядок.

- Тампер приучена к лотку, так что она не будет устраивать беспорядок, и я разложил ее вещи в шкафу рядом с вещами Пипа. Но если не хочешь...

- Хочу, - перебил я. Я посмотрел на Раша. - Спасибо. - Я взглянул на розу, которую все еще держал в руках, и на животных. - Ты побеспокоился, - сказал я.

- У меня был план, который нужно было выполнить, и мне нужна была фора, - поправил Раш. Он чмокнул меня в губы и сказал: - Иди, собирайся. Нам нужно заехать ко мне в отель перед завтраком. - Раш взял у меня розу и помог встать. - Не забудь свои лекарства, - добавил он. Он поколебался, а затем добавил: - Извини, ты и так знаешь, что нужно делать. Я перестану.

- Перестанешь что? - Спросил я в замешательстве.

- Уговаривать тебя не забывать их принимать. Ты уже давно справляешься с этим сам, и тебе не нужно, чтобы кто-то постоянно ездил на тебе.

- Ездил на мне? - Спросил я, слегка приподняв брови.

- Господи, блядь, нет, не ездил на тебе так, как будто я езжу...

- С тобой так просто, - сказал я со смехом. Я обнял Раша, который что-то проворчал себе под нос, что, вероятно, имело отношение к моему предполагаемому наказанию. Но он, не колеблясь, обнял меня в ответ. - И ты не придираешься, - сказал я, уткнувшись ему в шею. - Мне нравится знать, что кто-то присматривает за мной. - Нервозность переполняла меня, когда я добавил: - Мне нравится знать, что ты присматриваешь за мной, Раш.

- Всегда, Кристофер. Всегда.