Спешащий: КРИСТОФЕР

Глава 4

КРИСТОФЕР

Я увидел его приближение задолго до того, как он постучал в дверь, благодаря камерам, что предусмотрительно установил снаружи дома.

Так что я мог проигнорировать его. Я мог надеть наушники обратно на голову и продолжить изложение заявления, над которым работал. Я мог сделать что угодно, кроме как открыть дверь, когда раздался резкий стук в нее. Даже знание того, что Раш привез, не имело значения. Так почему же тогда пальцы сжались на дверной ручке? Почему эта маленькая искорка энергии в животе превратилась в ужасных бабочек?

Любопытство перевесило здравый смысл, и не успел я опомниться, как между мной и Рашем уже ничего не стояло, кроме того, что выглядело как стол, похожий на ранее сломанный Рашем.

- Я уже опробовал его и рад сообщить, что он Раш-устойчив, - сказал Раш, прежде чем я успел открыть рот.

- Он прекрасен, - признал я, когда мои глаза остановились на богатом, глубоком тоне дерева. Это определенно было настоящее дерево, а не подделка, из которой был сделан мой стол. А дизайн стола так и кричал о старине.

Антиквариат означал деньги.

- Ты не должен был, - сказал я со вздохом. - Спасибо, Раш, но я не могу принять его. Должно быть, это стоило тебе...

- Нет, - прервал Раш. - Я, эм...

Неуверенность в его голосе заставила меня поднять глаза. На его лице промелькнула волна уязвимости и боли, прежде чем он опустил глаза на стол, чтобы я их больше не видел.

- Он принадлежал моим родителям, - тихо сказал он. - Думаю, они были бы рады, если бы он был у тебя.

Его комментарий не имел особого смысла, но обида в его голосе говорила сама за себя.

- Входи, - быстро сказал я, открывая дверь шире. Я позаботился взять Пипа, чтобы он не стал причиной еще одного несчастного случая. Я молча наблюдал, как Раш внес тяжелый приставной столик внутрь и поставил его на то место, где раньше стоял другой. У меня перехватило дыхание от того, насколько идеально выглядел этот предмет мебели.

- Раш, - сказал я, покачав головой. - По крайней мере, позволь заплатить тебе...

- Кристофер, у меня три кладовки забиты вещами родителей. Все уговаривали меня продать все на распродаже, прежде чем уеду из Колорадо, но я не мог этого сделать.

Неприкрытая боль в голосе Раша, когда он говорил, заставила меня придвинуться к нему поближе. Я хотел как-то утешить его в связи с потерей, с которой он явно все еще боролся, но я не знал как.

- Ты не был готов отпустить их, - предположил я.

Раш кивнул.

- У меня есть вещи из моей собственной квартиры в другом месте, так что, когда будет собственное жилье, я немного смешаю и подберу необходимое, а то, что останется, продам или подарю. Мне нравится знать, что частичка моих родителей здесь, с тобой, даже если это просто для того, чтобы ты мог рассказать кому-нибудь историю о неуклюжем идиоте, который сломал тебе стол.

Я поймал себя на том, что улыбаюсь. И тут я сделал то, чего не планировал. Я обнял Пипа одной рукой, подошел к Рашу и обнял его другой. Не могу сказать, кто был больше удивлен этим поступком, он или я, но прежде чем я успел что-либо предпринять, голова Раша склонилась мне на плечо, а его рука обвилась вокруг моей талии.

В голове должны были зазвенеть тревожные колокольчики, но не было ничего, кроме тишины. Не было навязчивого, настойчивого голоса, напоминающего мне, что мужчина, возможно, вкладывает слишком много смысла в этот жест, и не было постоянного чувства потери, испытываемого мной, когда одному из членов семьи удавалось обнять меня.

Только после того, как Раш поднял голову и последовало несколько глубоких тихих ударов, будто кто-то щелкнул выключателем, и вся легкость исчезла из комнаты, только чтобы смениться тяжелым напряжением, которое не имело ничего общего с дискомфортом или неловкостью.

Я заставил себя не смотреть на его губы, но именно это и сделал. Тело словно взбесилось в ту секунду, когда я прикоснулся к полным губам Раша, и только когда Пип тихонько пискнул, я понял, насколько сильно мое тело напряглось в ожидании того, что должно было произойти. Чтобы скрыть свое поведение, я сунул Пипа Рашу, не оставив ему другого выбора, кроме как забрать котенка, и поспешил на кухню.

- Я только возьму что-нибудь, чтобы немного протереть его.

Я чувствовал на себе взгляд Раша, пока ходил по кухне в поисках внезапно пропавшего кухонного полотенца, но не мог его найти.

- Я воспользовался им вчера, чтобы прибраться, - услышал я голос Раша у себя за спиной. Говоря это, он обошел островок, чтобы я мог его видеть, так как коробки с книгами все еще стояли на прежнем месте. - Не уверен, что это то, что ты ищешь...

- Его и ищу, - признал я. - Я бросил его в корзину для белья.

Я прижался спиной к раковине, когда он подошел ко мне. Я не мог сказать, обрадовался или разочаровался, когда все, что он сделал, это протянул мне Пипа.

Раш отступил на несколько шагов и прислонился спиной к краю островка, так что между нами осталось всего несколько футов.

- Я мог бы предложить тебе снять свою рубашку и протереть ею, но это звучит как начало плохого порнофильма.

Комментарий был настолько неожиданным, что я издал удивленный смешок. И только когда увидел озорные искорки в его глазах, я понял, что он произнес эти слова именно для того, чтобы добиться такого эффекта.

- Их вообще еще называют порнофильмами? - спросил я. - Сколько тебе вообще лет?

- Туше, - с улыбкой сказал Раш.

Я не смог удержаться от улыбки, появившейся на моих губах. Единственным, с кем я когда-либо шутил, был Джио, и это было очень давно. От одной мысли о том, во что я превратил наши отношения с Джио, что-то внутри меня болезненно сжалось. Я опустил Пипа на пол, а затем повернулся лицом к раковине и включил воду. Руки не нуждались в мытье, но мне нужно было время, чтобы взять под контроль свои капризные эмоции. Когда я обернулся, Раш не стал вежливо отодвигаться и не перестал смотреть на меня своими всезнающими глазами.

- Где ты сейчас был? - спросил он.

- Нигде, - с легкостью соврал я.

Боже, я стал слишком хорош в этом. Не обязательно говорить ложь, в которую люди верят, но иметь возможность просто произнести ее, даже не задумываясь о своей совести.

Было видно, что Раш мне не поверил, но я был рад, что он не стал настаивать на своем. Он взглянул на стену, отделявшую кухню от столовой.

- Ты делаешь ремонт? - спросил он.

- Эм, да... нет… Я не знаю, - сказал я со смехом. - По телевизору разрушение стены выглядит намного проще.

Раш улыбнулся.

- Так и есть. Мой отец бесился, когда смотрел эти шоу. Это похоже на то, как коп смотрит полицейское шоу или что-то в этом роде.

- Твой отец работал на стройке? - спросил я.

Печаль, которая была на лице, когда он говорил о столе, снова охватила его, но в то же время в его глазах появилась легкость, когда он обратился к своим воспоминаниям.

- Он был подрядчиком. Построил свой бизнес с нуля. Он был практичным и никогда не оставлял клиента недовольным. Не имело значения, насколько большой или маленькой была работа. «Относись к любой работе так, будто именно она приносит тебе еду на стол, сынок, потому что иногда так оно и есть».

- Умный человек, - тихо сказал я.

- Он был таким.

- А твоя мама? - осмелился спросить я.

- Обвела его вокруг пальца, - ответил Раш. Мы оба посмеялись над этим, но потом Раш снова замолчал. - Она работала в доме престарелых. Даже после того, как бизнес отца взлетел и денег стало хватать на все, что угодно, она не пропустила ни одного рабочего дня. Каждый из ее пациентов был членом семьи, а моя мама никогда не отворачивалась от семьи.

Последние несколько слов его заявления вызвали у меня острую боль в животе. Раш, должно быть, заметил это, потому что сказал:

- Блядь, Кристофер…

- Все в порядке, - сказал я, несмотря на то, что сердце упало. Сам факт, что он знал, почему я был расстроен, говорил сам за себя. - Он сказал тебе, да?

Раш на мгновение замолчал.

- Он сказал, что ты и твоя семья уже не так близки, как раньше, и что они все беспокоятся о тебе.

А что, по-твоему, должно было случиться, Кристофер? Радуги, единороги и какое-нибудь дурацкое «долго и счастливо»?

Я был рад возвращению уродливого голоса. Циничный, озлобленный Кристофер никогда не упускал случая дать о себе знать, если прежний я слишком долго пытался оставаться на поверхности.

- Ну, по крайней мере, я что-то получаю от этой сделки, - пробормотал я, взглянув на новый столик. - Должен ли я предоставить какие-то доказательства, что все еще наивный, милый ребенок, каким был раньше, или они поверят тебе на слово?

- Это не...

Мне было неинтересно слушать что-либо еще из того, что он хотел сказать, поэтому я сделал движение, чтобы выйти из кухни, но пальцы Раша сомкнулись на моем левом запястье. Я ненавидел тепло, которое разливалось по всем местам, где его кожа соприкасалась с моей.

- Отпусти, - потребовал я, хотя и не пытался освободиться от него. Он был слишком большим и сильным, чтобы рисковать и злиться.

- Твоя семья понятия не имеет, что я здесь.

- Мне все равно, - сказал я, когда страх внутри начал расти. Если я не смогу прогнать его словами…

- Кристофер...

- Я просил тебя уйти, - строго повторил я, отстраняясь от него в надежде, что он поймет намек и отпустит меня.

В конце концов, он так и сделал, но я не верил, что он так легко сдастся, поэтому, когда он отпустил меня, я потерял равновесие и упал навзничь. Я выбросил правую руку вперед, чтобы опереться о стойку, и в тот же момент Раш попытался схватить меня. Моя правая рука шарила в поисках опоры, но наткнулась на металлическую сушилку на прилавке. Недолго думая, я схватился рукой за самую высокую часть стойки - подставку для посуды, - думая, что это каким-то образом поможет мне сохранить равновесие. К сожалению, вместо самой подставки рука нащупала лезвие большого ножа, который я вымыл и вставил в подставку лезвием вверх всего за несколько минут до прихода Раша.

Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что нож вонзился мне в ладонь. Я даже не почувствовал настоящей боли. Была кровь, к которой мозг пытался приспособиться. Она стекала по запястью и капала на пол, оставляя в состоянии, подобном сну.

Похоже, ничего не изменилось, - услышал я слова старого, логичного Кристофера. Я больше почти ничего от него не слышал. Я был этому даже рад.

Только когда услышал, как Раш сказал:

- О, черт, Кристофер! - и почувствовал, как его пальцы сомкнулись на моем запястье, я вернулся к реальности. - Давай-ка смочим это водой, - приказал Раш, потянув меня к раковине. Я не успел опомниться, как он пустил воду, а затем потянулся к моей раненой руке.

Его чистая, обнаженная кожа и моя зараженная кровь.

- Дай-ка я посмотрю, - мягко сказал Раш, сжимая пальцами мою ладонь.

- Не надо! - крикнул я. Я закричал во всю глотку. Я отдернул от него руку, отступил назад и тут же поскользнулся на чем-то мокром. Вероятно, на собственной крови.

- Кристофер, все в порядке, - спокойно сказал Раш, как будто разговаривал с разъяренным малышом. Он снова потянулся ко мне, несмотря на то, что я успел ухватиться за стойку.

- Нет, не надо, - повторил я. Но его рука продолжала двигаться вперед, и предупреждение сорвалось с губ прежде, чем я успел подумать о последствиях. - Раш, не трогай мою кровь! Уровень вирусов у меня пока еще определяется!