Таша
– Раз всё до этого дошло, Таша, – усталым голосом начала Роза Марковна, заставив меня напрячься в ожидании. Что она могла мне сказать? Не приближаться к её сыну? Так я и сама этого не особо хотела, но она лично выбрала меня для введения Дариана в курс дел компании. Уволить? Вот этого хотелось меньше всего на свете… – То я хочу, чтобы ты знала одну вещь…
И что это за вещь? Что она хотела мне сказать? То, что она против нашей… какое громкое слово «нашей»… его интрижки со мной? Слишком очевидно, чтобы босс озвучивала это вслух. Значит, здесь что-то другое. Но что?
– Уверена, ты понимаешь, о чем именно я говорю. – Строго произнесла она.
– Нет. – Руки под столом сжались в кулаки.
Тайны – то, чего я не любила больше всего. Всё сокрытое рано или поздно вылазило наружу. И как правило – это нечто было очень неприятным. Поэтому я хотела, чтобы она сказала всё здесь и сейчас.
– Я не понимаю, о чем вы говорите, Роза Марковна…
– Родители не рассказали тебе? – скорее утверждала, чем спрашивала она и я не сочла нужным подтверждать очевидное. – Что ж, логично. И, пожалуй, правильно.
Я категорически не понимала, что она имела в виду. Что они мне не говорили? И как это могло быть связано с ней? Или с компанией? Или с Дарианом?
Босс задумалась, будто погрузившись в воспоминания. Впервые, мне казалось, я видела её растерянность. Всегда уверенная в себе и своих решениях женщина, в этот момент выглядела беспомощной. Мне стало не по себе. Если она в таком состоянии, то, чего же мне ожидать?
– Вы не должны иметь никаких отношений. – Наконец, произнесла она тоном, не терпящим возражений, как приказ отдавала. – Никогда.
Это я уже поняла, можно было не повторять. Только не понимала причины. И… Почему тогда она не посвятила в это своего сына? Ведь это он мне прохода не давал, а не наоборот. Если всё настолько серьёзно, то она могла бы поведать Дариану. Уверена, он бы отстал от меня и никогда больше ко мне не подошел. Что устроило бы все стороны… Но нет. Она ему не рассказала. Почему? А мне предпочла не говорить, чтобы я не открыла правду Дару?
– Не потому, что ты мне не нравишься, – тут же смягчилась она, мягко улыбнувшись, – ты мне очень нравишься. Знаешь, я была бы не против, если бы выбор моего сына пал на тебя. Он бы остепенился. Нет, я не против ваших отношений, просто… Он сделает тебе больно, когда узнает…
– Узнает что?
Да скажите вы уже! Сколько можно?
Я ничего не понимала. Ничего! О чем она говорила? Что за тайны мадридского двора блин? Она не против наших отношений, но против, потому что… ей меня жалко? Потому что её сын меня обидит? Почему это должно произойти, когда он узнает? И что он должен узнать? А если он не узнает, что тогда?
Я сходила с ума от вопросов. Они бесконечным потоком роились в моей голове, как чокнутые пчёлы, жужжа и кусаясь, не позволяя сосредоточиться, попытаться понять…
– Обсуди это с родителями. Не я должна посвящать тебя в эту тайну.
– В какую тайну?
Да в чем, черт побери дело? Почему она не может сказать мне… И как она связана с моими родителями?
– Завтра трудный день. – Перевела тему Роза Марковна, оставив меня в полнейшем недоумении и прострации. – Езжай домой. Мой водитель ждет тебя у ворот.
Хотелось остаться. Выяснить в чём дело. Но вместо этого, я послушно вышла из особняка. Замерла на пороге, как только позади раздался щелчок закрывшейся двери. Вернуться бы и всё узнать. Потребовать объяснений. В конце концов, уверена, что я имела право знать. Но… Она не скажет, как бы я просила: твердо и уверено, или стоя на коленях, устроила бы истерику или задалбывала её вопросами – если она решила, то не выдаст тайну и под пытками. Такой человек.
Тепло салона автомобиля расслабило. Я, наконец, скинула туфли, расслабляя ноги и чуть не застонала от удовольствия. Как же тяжело так долго на каблуках, тем более таких высоких. Кстати, о высоких каблуках. Подарок стоило вернуть.
Внезапно машина свернула к обочине и остановилась. Я напряглась. Водителя Розы Марковны я хорошо знала, он не вызывал подозрений, но происходящее было чертовски странным. Включенные аварийные огни тихонько щелкали. Мы сломались?
– Я ненадолго выйду, простите. – Пробормотал он и выскочил из машины раньше, чем я успела что-то спросить.
Я открыла рот, уже собиралась окликнуть его, но в этот момент открылась пассажирская дверь и рядом со мной сел Дариан.
– Не рассказывай матери об этом. – Выдал он сходу, да еще таким командным тоном, что сразу выбесил. – Пожалей водителя, ему семью кормить.
Водителя пожалеть или его? Хотя, с него как с гуся вода…
– Что происходит, Дар? Зачем ты здесь?
Как же ты надоел. Отпусти меня. Хватит меня преследовать!
Такие мысли мучили меня, пока он не прижал меня к себе. Просто обнял. Крепко. Без поползновений и всяких там лишних движений. Обыкновенное объятие, будто скучал или волновался.
– Я не дам ей тебя уволить, – сказал он, шумно втягивая воздух за моих ухом, от чего я тут же покрылась мурашками, даже соски напряглись, а сердце сбилось и часто застучало. – Не позволю обидеть.
– Сам обижать будешь? – спросила и тут же закрыла рот, потому что голос предательски хрипел от возбуждения.
Черт! Да как же так? Почему я реагирую на его близость как кошка на кота весной?
Дар отстранился, приподнял указательным пальцем моё лицо за подбородок и заглянул в глаза. В темноте салона его зрачки казались нереально черными и огромными.
– Я не собираюсь тебя обижать. Я собираюсь тебя трахать.
Горячие губы мягко, но требовательно смяли мои. Язык протолкнулся в рот, играя и сплетаясь в порочном мокром танце. Его вкус опьянил круче вина. Тело как-то сразу обмякло, будто принимая его, подчиняясь. Голова закружилась, а внизу живота тут же стало горячо…