Прошлым вечером…
Ник Вендельский
Арондов младший потребовал данные, как его семья связана с Романовыми. Не запросил, а именно потребовал. Рано или поздно это должно было произойти. Информация у меня была давно, но по приказу Марковны я не имел права разглашать ни строчки, даже её родному сыну. Чтобы выполнить поручение, пришлось явиться в офис Арон-Групп, что меня не особенно радовало. Роза была довольно сложным человеком. Общение с ней не доставляло удовольствия – после него всегда чувствовал себя школьником, которого отчитал классный руководитель. Безусловно я был многим ей обязан, хотя бы тем, что перестал быть должным депутату и его чокнутой дочурке. Только приятнее от этого общение с ней не становилось.
На Арондовых работал давно и меня всё устраивало. Сотрудники дали мне прозвище – цепной пёс Арон-Групп. Но на это мне было насрать с высокой колокольни. Пусть зовут как хотят. Тем более, что это почти правда.
Роза восседала в кресле, всем видом напоминая ледяную королеву и, как всегда, выглядела идеальной бизнес-леди. Строгий костюм, причёска волосок к волоску, короткий однотонный маникюр. Тонкий флёр дорогих духов витал в воздухе призрачным отголоском, напоминая свежий бриз с лёгким цветочным оттенком. Возраст её не портил, скорее украшал и всё в ней было хорошо… кроме, пожалуй, характера.
– Значит, он дал тебе задание всё выяснить. – Кивнула она, сняв очки, устало сжав переносицу и прикрыв глаза.
Я молча кивнул. Отчёты – обязательная процедура. Я всегда отчитывался ей о том, какие задания мне давал Дариан. Ну… почти всегда. Парню всё же уже двадцать. В армии отслужил, свой бизнес построил. Можно было и свободу ему дать. Я так считал. Роза – нет.
– Примерно этого я и ожидала, но не так быстро. Неужели он к ней настолько прикипел?
– Обычно, – безэмоционально начал я, привлекая внимание Марковны, кожей чувствуя ледяной взгляд, – я не лезу с советами, но в этот раз скажу: ему лучше не знать.
Да. Именно так.
Вообще, я против тайн. Ненавижу их. Ничем хорошим они обычно не заканчиваются, и если бы дело обстояло иначе, то я, наоборот, настаивал бы на том, чтобы парню открыли правду. Собственно, сделать это нужно было давно. Тогда он смог бы переварить и принять действительность, но теперь… Когда он связался с сестрой Романова… Я не хотел, чтобы он знал эту чёртову правду. И какого хера они скрывали от него? Подумаешь, не принял и не поверил. Со временем он бы всё осознал и смирился. Но не теперь. Не теперь.
– Он всё равно узнает. Сам, без твоей помощи. Или вспомнит, как только увидит её отца. Но тогда, – Роза откинулась на высокую спинку кресла, задумчиво подперев пальцами подбородок, – будет слишком поздно. Когда он привяжется к ней настолько сильно, что решится познакомиться с родителями, ему будет в миллион раз больнее.
Да, она права. Относительно её сына всё именно так.
Она могла не скрывать ничего. Нет, правда. Криминала в деле не было. Так какого же хрена нужно было доводить до такого? До ненависти и желания отомстить. Зачем? Стимул к жизни? Бред. Попереживал бы и справился. Как я. Как Егор. Как многие другие. Мы все когда-либо переживали горе потери, и все сумели найти в себе силы двигаться дальше. Но Роза запретила вспоминать о прошлом всем, и Романовым в том числе.
– Дай ему, что он хочет. – Она устало выдохнула и вернулась к работе, давая понять, что разговор закончен.
В прощании не было смысла. Кивнул. Вышел. И набрал номер, который надеялся больше никогда не набирать.
– Ник? – Ответил напряженный голос. Как всегда, в ожидании подвоха, всегда настороже. Потому до сих пор и живой, учитывая его прошлое.
– Егор, – вместо приветствия, сразу к делу, – всплыла информация, касающаяся твоих родителей и… твоей сестры. Не телефонный разговор.
– Понял. Жду. Адрес тот же.