Тагир. Девочка бандита

Глава 20

Есения

В руках Тагира откуда-то берется ключ, и бандит вставляет его в замочную скважину.

Непроизвольно сжимаю его ладонь сильнее. Это от страха.

Мужчина замечает это, потому усмехается:

— Запомни, фея, хорошим девочкам в этом доме ничего не грозит. Ты ведь хорошая девочка?

Тагир берет меня за подбородок и поднимает голову так, чтобы я могла посмотреть на него. Ахметов не удерживается, и проводит пальцем по моим искусанным и горящим губам.

Не могу передать словами то, что чувствую сейчас. Внутри многое смещалось. Страх, предвкушение, ожидание опасности и какое-то особенное волнение, что возникает во мне в те моменты, когда Тагир оказывается слишком близко.

— Не слышу, фея!

— Да… — приходится произнести.

Я всегда была хорошей девочкой. Я старалась слушать папу, потому что он убедил меня, что так безопасно. И после того, что сегодня случилось, когда на дом налетели те парни, я поняла, что теперь мне безопасно с Тагиром.

Единственное, от кого он не сможет защитить меня — от себя самого.

— Тогда пойдем. Покажу тебе кое-что.

Ключ поворачивается в замочной скважине, дверь отворяется, являя перед собой беспросветную темноту.

За ней находится выключатель, что при включении озаряет пространство неярким светом лампочки. Вижу лестницу, уходящую вниз, и до меня, наконец, доходит.

Непроизвольно останавливаюсь.

Не хочу туда!

— Не заставляй меня делать это силой, — угрожает Тагир. И мне приходится спуститься.

Подвал оказывается сырым и затхлым. А еще холодным. Прохлада быстро обволакивает мое голое тело под халатом, и я ежусь, в попытках хоть немного согреться.

Вид двух небольших клеток, решетки которых ввинчены прямо в бетонных пол, вызывает во мне отвращение. Здесь нет больше никаких окон и выходов. А пол действительно бетонный. Грязная серая ледяная плита. Еще и с какими-то разводами. Не хочу думать о том, что это пятна застарелой крови.

— Ты оставишь меня здесь? — дрогнувшим голосом спрашиваю.

— Нет.

Ответ Тагира облегчением отдается во всем моем теле.

— Моя фея сказала, что она в плену, и решил показать ей, как выглядит плен на самом деле.

Жуть какая.

— И если ты все еще сомневаешься, можешь остаться тут на ночь.

— Нет! — ответ вырывается раньше, чем я успеваю о нем подумать.

— Уверена? — с ухмылкой спрашивает Тагир.

— Здесь кто-то умер? — спрашиваю я зачем-то. Не понимаю, к чему мне эта информация.

— Ты не захочешь знать.

Как раз в этот момент я поднимаю глаза на мужчину, и впервые вижу его лицо совсем другим. Да, отдавала себе отчет в том, кто этот человек и на что способен, но теперь отчетливо увидела в ней убийцу. Безжалостного и холодного. Именно что-то такое промелькнуло в его темном взгляде. Словно он не без удовольствия вспомнил всех своих жертв.

— Поднимайся и жди меня в спальне. Мне нужно забрать кое-что из машины.

Тагир уходит первым, все же оставляя меня в этом холодном влажном и очень страшном помещении.

Обнимаю себя руками и надолго тут не задерживаюсь, боясь даже представить, каково это — остаться тут совсем одной без возможности выбраться.

Понимаю, почему Ахметов показал мне это место. Увидев такое, сто раз подумаешь прежде, чем начать сопротивляться.

Все же пора отдавать себе отчет — Тагир реально опасен, и он не бросает слов на ветер.

Не знаю, почему сейчас вспоминаю слова Регины. «Это хорошо, что Тагир обратил на тебя внимание… лучше уж он…».

Я пока не понимаю, чем он лучше, но, быть может, так и есть? Ведь странно, никто из врагов отца, а их, я уверена, было предостаточно, не покусился ни на меня, ни на мою жизнь.

Закрываю вход в подвал, два раза повернув ключ.

Надеюсь, мне больше не предстоит побывать там. По крайней мере, я постараюсь, чтобы подобного не случилось.

Пока Тагира нет, раздумываю над тем, стоит ли рассказывать ему о дневном инциденте. Наверное, ему нужно знать. Но, с другой стороны, налетчики обещали меня убить, если я проболтаюсь.

Но эти мысли быстро перебиваются моим возвращением в спальню. Я впервые здесь с того самого момента, как хозяин дома принудил меня взять в рот его орган, а затем отлупил по попке и заставил испытать ощущение невероятного наслаждения.

И все эти воспоминания, они оживают, стоит лишь переступить порог комнаты. Словно я переживаю их заново. А запах этих ужасных минут все еще стоит в комнате, и забирается в ноздри.

Бросаю взгляд на кровать, и мои складочки внизу мигом сжимаются. Но не болезненно или от страха, а от предвкушения. Они начинают пульсировать, точно я готова снова испытать всю ту боль, лишь бы за ней последовало наслаждение.

И мне от этого тошно. Ведь ничего такого я не хочу!

А больше всего на свете я хотела бы уехать в то место, где меня никто не найдет.

Тагир входит в комнату как-то неожиданно.

Вздрагиваю.

У него в руках пакеты из магазинов. Знаю эти бренды и понимаю, что вещи, скорее всего, для меня.

Наверное, это хорошо — значит, не убьет меня в ближайшее время, раз одежду купил.

Надеюсь, белье там тоже есть, и мне не придется все время проходить в его доме без трусиков.

Тагир замечает мою заинтересованность покупками, она никак от него не скрывается. И по выражению его лица в этот момент понимаю, что гордую возможность носить трусики мне придется заслужить.