Тагир. Девочка бандита

Глава 22

Тагир

Фея лежит на дне кабинки, головой оперевшись о стеклянную стенку. Душ все еще в ее руках, но вода из него брызжет во все стороны.

— Черт тебя дери! — выпаливаю, бросаясь к душевой не раздумывая.

Конечно, первая мысль — играет хорошо. Отличная идея претвориться спящей и избежать секса. Но стоит мне только прикоснуться к девчонке, понимаю — она реально без сознания.

Первым делом прощупываю пульс.

Живая.

Дальше пытаюсь вытащить из ее сжатых пальцев лейку. Та успевает облить не только меня практически с головы до ног, но и все вокруг.

Выключаю воду и подхватываю фею на руки. Тащу ее мокрое обнаженное тело в спальню.

Я, конечно, предполагал, что девочка она слабая, но не думал, что настолько!

А это я ее еще не трахал.

А трахаюсь я жестко.

Приоткрываю ее веки, чтобы проверить зрачки. Еще раз щупаю пульс. Очень, сука, слабый.

Не вижу смысла сейчас приводить ее в чувства. Раскрываю окно нараспашку, но это несильно помогает.

Затем обтираю хрупкое тело девчонки полотенцем. Перекладываю ее на сухую половину кровати. Сверху накидываю простыню.

Охренеть я заботливый!

Даже на кухню бегу и набираю полный стакан воды.

Когда возвращаюсь, фея уже взволнованно вертит головой по сторонам. Завидев меня, спешит подняться. Вскочить. Закрыться. Во взгляде читается паника.

— Успокоилась, — жестко прекращаю ее действия одним словом.

Сжимается так сильно, что я от недовольства стискиваю челюсти.

— Не буду тебя сегодня трогать, — обещаю ей. — Еще припадочных мне не хватало.

— Я не специально… — тихонечко отвечает фея.

Хочу подойти к ней ближе и в красках описать, как сильно хочу выдрать ее узкие дырочки! Но, боюсь, этот рассказ светит мне новой отключкой.

— Пей, — протягиваю девчонке стакан воды.

Она неуверенно берет его дрожащей рукой, которую от тяжести воды начинает трясти еще сильнее. Несколько капель рассыпается прямо на постель.

— Сука! — ругаюсь.

Делаю резкий шаг ближе и сам подношу стакан к ее губам. Пересохшим, но все равно таким, сука, притягательным!

Вспоминаю, как неумело, но горячо эта девчонка сосала мой член, и в него тут же простреливает возбуждение. Еще пару таких вот мыслей, и я не сдержусь — зажму это маленькое тело между своих ног и оприходую узкий рот, пока не кончу.

Девчонка пьет воду маленькими глотками. Точно нарочно меня дразнит. Заставляет еще сильнее возбуждаться.

Но я пока держу себя в руках. Я конечно тот еще зверюга, но трахать полумертвое тело — это слишком даже для меня.

Фея отпивает совсем немного воды и пытается оттолкнуть стакан.

— Ты почти ничего не выпила, — замечаю уместно.

— Не хочется, — слабым голосом отзывается она.

— Пей, я сказал! Пока в глотку тебе эту воду сам не залил!

Тянется к стакану, заставляет себя отпить еще немного.

— Не могу больше… прости… — огромные влажные глаза глядят на меня с надеждой.

Забираю воду.

— Ты теперь от меня избавишься? — уточняет робко.

Смешная.

— С чего бы?

На бледном лице появляется румянец. Вижу, как порывается что-то сказать, но не решается.

— Ну?! — поторапливаю ее.

— Просто… ты ведь хочешь, что бы ты… — краснеет еще сильнее.

— Чтобы что? — вскидываю бровь. Уже понял, о чем базар, но хочется услышать. — Ну же!

— Чтобы я занялась с тобой сексом… — на последнем слове девчонка едва не задыхается.

Приближаюсь к ней и тянусь ладонью к ее пылающему лицу. Пальцами пробегаюсь по щеке. Задерживает дыхание.

Охуеть просто! Как у нее это получается? Быть такой непрочной и такой горячей одновременно!

Да у меня член сейчас разорвется от желания засадить ей!

— Нет, фея. Я не хочу заниматься с тобой сексом.

На секунду в глазах девчонки вспыхивает облегчение. Но рано она расслабилась. Я ведь не договорил:

— Я хочу тебя трахать. А это разные вещи.

Снова замирает.

Будто порывается что-то еще сказать, но не рискует.

Зато говорю я:

— А теперь скажи мне, фея, когда ты в последний раз ела?

Отстраняюсь. Если продолжу сидеть так близко — не удержусь, порву уже эту целку.

Задумывается.

Слишком долго рожает.

— Я задал простой вопрос, Есения.

— Я… я не помню… Наверное в клубе…

— Блядство! — ругаюсь. — Ты охренела совсем? Это было вчера. И далеко не вечером! Ты сдохнуть что ли решила?

— Я… — принимается плакать.

Терпеть не могу нытье.

Поэтому выхожу из спальни.

Мне еще не хватало только сопли за ней подтирать.

А еще я, пиздец, какой злой! При забитом продуктами холодильнике эта дура сидела голодная!

На всякий случай вызываю своего врача. Пока жду, закидываю в воду курицу. Несколько картофелин и морковь.

В холодильнике было несколько ресторанных блюд, которые я мог быстро разогреть, но я не хочу, чтобы состояние феи усугубилось. Сомневаюсь, что после голодухи ей можно будет это все хавать.

Пока бульон варится, как раз приезжает врач. Объясняю ему более подробно, и мы поднимаемся на второй этаж.

Девчонка в страхе жмется к изголовью. Она больше не рыдает, но глаза до сих пор красные и припухшие.

— Тагир, пожалуйста… — просит она, и во взгляде читается мольба.

Не понимаю, чего ей от меня надо.

Только сейчас доходит, что фея совсем голая под простынкой. А ее нужно осмотреть.

— Отвернись! — командую лепиле.

До него не сразу доходит, потому приходится рявкнуть:

— Отвернись, сказал!

А потом подать фее одну из своих свежих футболок. И она быстро натягивает ее на себя.

— Ну, все ясно, — заключает доктор, осмотрев девчонку со всех сторон. — Обморок может быть как от голода, так и от стресса. Бледная она, конечно. Надо бы последить. Анализы сдать. Но пока ничего угрожающего жизни не вижу. Возможно, на новость так отреагировала. Ты же рассказал ей?

Вот же сука!

— Выйдем?! — предлагаю доктору. — Поговорим наедине.