Тенгиз

БОНУСНАЯ ГЛАВА «Поезд мыслей в 3:47 ночи»

Не сплю.

Опять.

Четвёртую ночь подряд.

Лежу на диване. Квартира на Петроградской. Та самая пустая. Та самая холодная.

Часы на стене тикают. Громко. Как метроном. Как обратный отсчёт.

3:47.

Самое честное время суток.

Когда алкоголь выветрился.

Когда усталость не даёт уснуть.

Когда мозг включает кино.

То самое кино.

Которое ты не хочешь смотреть.

Но смотришь.

Снова и снова.

ВАРИАНТ ПЕРВЫЙ: Я ОСТАНОВИЛ ВИКТОРИЮ

Дверь. Она с чемоданом. Плачет. Кричит. Уходит.

Я стою. Молчу.

Но.

Что если.

Что если я не молчал?

Перемотка назад.

Она у двери. Последний взгляд. Ждёт.

Я открываю рот:

— Останься.

Она замирает. Рука на ручке двери.

— Что?

— Останься. Пожалуйста.

Она поворачивается. Медленно. Лицо мокрое. Тушь размазана.

— Ты... ты серьёзно?

— Да.

— Почему?

— Потому что я... я не хочу, чтобы ты уходила.

— Это не ответ, Тенгиз.

— Я не умею по-другому.

Она смеётся. Горько.

— Конечно не умеешь. А я должна что? Остаться? Ради этого? Ради "не хочу, чтобы уходила"?

— Виктория...

— НЕТ! Скажи мне, что ты чувствуешь! Хоть раз! Хоть слово!

Молчу.

Не могу.

Слова застряли где-то между горлом и страхом.

— Вот именно, — шепчет она. — Даже сейчас. Даже когда я на пороге. Ты не можешь.

Разворачивается.

Уходит.

Дверь закрывается.

Я стою.

Один.

Снова.

Стоп.

Перемотка ещё раз.

Попытка номер два.

— Останься.

— Почему?

— Потому что я люблю тебя.

Тишина.

Долгая.

Страшная.

Она смотрит на меня. Глаза широкие. Недоверие. Шок.

— Что... что ты сказал?

— Я люблю тебя. Наверное. Не знаю точно. Но мне плохо без тебя. И это... это ведь любовь? Да?

Она роняет чемодан. Подходит. Медленно. Смотрит в глаза.

— Ты серьёзно?

— Да.

— Ты не шутишь?

— Нет.

Она касается моего лица. Ладонью. Тёплая. Влажная от слёз.

— Тенгиз... ты идиот.

— Знаю.

— Надо было сказать раньше.

— Знаю.

Целует меня. Долго. Глубоко. Солёный вкус слёз и помады.

Отстраняется.

— Это не решает всё. Ты понимаешь? Одного "люблю" недостаточно.

— Я знаю.

— Тебе придётся меняться. Учиться доверять. Говорить. Чувствовать.

— Я попробую.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она улыбается. Слабо. Устало.

— Ладно. Даю шанс. Последний.

Обнимаю её. Крепко. Чувствую, как дрожит. Или я дрожу. Не разберу.

— Спасибо, — шепчу.

— Не благодари. Ещё не факт, что справишься.

Дальше — как в кино.

Мы вместе.

Я учусь говорить "люблю". Каждый день. Неловко. Но говорю.

Учусь спрашивать "как ты?". И слушать ответ. Реально слушать.

Учусь быть рядом не только телом. Но и вниманием.

Три месяца.

Шесть.

Год.

Мы... работаем? Да. Вроде работаем.

Она счастлива.

Я... не несчастлив.

Но.

Что-то не так.

Я чувствую себя как в клетке.

Не её клетка. Моя собственная.

Клетка из обязательств.

"Скажи, что любишь" — говорю.

"Позвони, когда приедешь" — звоню.

"Проведи со мной выходные" — провожу.

Всё правильно.

Всё как надо.

Но.

Где-то внутри растёт... злость?

На неё?

Нет.

На себя.

За то, что притворяюсь.

Потому что я не изменился.

Я просто научился играть роль.

"Любящего мужчины".

А внутри — та же пустота.

Только теперь она задрапирована правильными словами.

Ещё через полгода.

Мы в ресторане. Она напротив. Красивая. Счастливая. Рассказывает про работу.

Я слушаю. Киваю. Улыбаюсь.

А сам думаю о другой женщине.

Встретил на конференции. Рыжая. Дерзкая. Смеялась над моими шутками.

Не спал с ней.

Но хочу.

Очень хочу.

И понимаю — ничего не изменилось.

Я тот же.

Просто научился врать лучше.

Ещё через год.

Виктория беременна.

Не планировали. Получилось.

Она в восторге.

Я... улыбаюсь. Обнимаю. Говорю "это здорово".

А ночью стою у окна. Курю. Первый раз за три года.

Смотрю на город.

И понимаю — я в ловушке.

Навсегда.

Ребёнок — это навсегда.

Семья — это навсегда.

Я буду играть роль "хорошего мужа" и "любящего отца" до конца жизни.

И никто не узнает, что внутри — пустота.

Та же. Что и всегда.

Рождается дочь.

Маленькая. Красивая. Похожа на Викторию.

Я держу её на руках.

Смотрю в крошечное лицо.

Жду, когда что-то щёлкнет.

Когда почувствую любовь. Настоящую.

Не щёлкает.

Я чувствую... ответственность. Да.

Обязательство. Да.

Но любовь?

Не знаю, что это.

Дочери пять лет.

Она бежит ко мне. Обнимает за ноги.

— Папа! Папа! Смотри, что я нарисовала!

Показывает рисунок. Наша семья. Мама, папа, я.

Все улыбаются.

Я тоже улыбаюсь на рисунке.

Смотрю на дочь. На жену. На дом.

На жизнь, которую построил.

Правильную.

Хорошую.

Мёртвую.

И думаю — а был ли другой путь?

Просыпаюсь.

Нет, не просыпаюсь.

Потому что не спал.

Это был поезд мыслей.

Первый вагон.

"Что если я остановил Викторию".

Результат: жизнь правильная, но мёртвая.