Убита светом, рождена тьмой

Глава 23

Тебя нежно, грубо – TARAS

Ты в моих снах на повторе

Кто же ты, мой голый наркотик…

Райан

Я касаюсь пряди её шелковистых волос, накручивая себе на палец, наслаждаясь мягкостью и запахом океана, который ассоциируется у меня со спящей буйной особой.

Существует ли способ избавиться от столь сильного влечения к этой сумасшедшей женщине?

Она спит, свернувшись калачиком на заднем сидении моей машины, тихо и едва слышно сопя, выглядя слишком мило.

Когда Ребекка уснула, я не смог её разбудить.

Как это сделать, когда она так прекрасна и спокойна во сне? Словно вся тяжесть мира свалилась с её плеч в этот момент, будто она доверяет мне настолько, что способна просто расслабиться и уснуть. Ребекка может думать, что никто не видит её демонов, но я вижу, замечаю и запоминаю каждую их часть. Вижу, как эта женщина не доверяет этому миру и людям. Вижу это недоверие в тех моментах, когда она следит за тем, как ей делают коктейль в барах. Вижу, как она смотрит на людей, когда они стоят слишком близко к ней, будто ожидает, что собеседник в любой момент достанет нож и всадит ей в грудь. Но каждый раз я замечаю, как это недоверие исчезает рядом со мной в моменты езды на байке. В те самые секунды, когда я мимолетно касаюсь её тела. В моменты, когда Ребекка дает сломанной части дышать и тихо плакать рядом со мной. В моменты, когда находится пьяной рядом и не боится. Вижу всё это и не понимаю одно: почему именно мне доверилось это разбитое сердце? Заслужил ли я?

Определенно нет.

Но я всё равно не смог разбудить девушку и отправить домой, где ей будет лучше без меня. Рядом с Ребеккой я становлюсь эгоистом, совсем забывая о том, что отец никогда не даст нам быть вместе, но я всё равно хватаюсь за этот кусочек свободы и остаюсь рядом. Поэтому вызвал парней, чтобы они пригнали мою машину и забрали байк. Гарри долго ещё будет высмеивать тот факт, что я заставил их привезти машину, чтобы не будить Ребекку и довести её с комфортом до дома, но мне плевать. Я ещё не готов отпустить эту женщину и сделаю все, чтобы пройти сквозь слои её стен, измельчая их на мельчайшие кусочки пока совсем ничего не останется. Мне слишком сильно нравится играть и спорить с ней, особенно выходить победителем из этих противостояний, видя, как сильно горят от смущения её щеки. Нравится крушить стены этой женщины, открывая новые черты, которые ведут нас по опасному пути. Но сейчас мне плевать на опасность. Плевать до тех пор, пока в голубых глазах горит доверие, которое является моим самым сильным наркотиком и вызывает зависимость.

Ребекка забавная, особенно в те минуты, когда надевает свои маски, скрывая правду от мира, думая, что никто не видит и не понимает её демонов. Но я единственный, кто видит, что скрыто за этим фасадом. Единственный, ведь знаю, что значит пройти через чувство вины. Знаю, что значит быть монстром не по своей воли. Я понимаю, что отняли у этой женщины, и знаю последствия этого. Они разрушительны для её мучителей, и как бы мне ни хотелось свернуть их шеи, сломать каждую кость в их телах за то, что погасили жизнь внутри этой женщины, я не сделаю этого. Я не в праве забрать её шанс на освобождение. Ребекка желает свободы от монстров, как и я, и в этом мы похожи, поэтому она привлекла меня в ту ночь, вызвав желание последовать за ней.

Наклоняюсь ниже, останавливаясь слишком близко к её лицу, делая глубокий вдох. Не знаю сколько прошло времени с того момента, как я тихо отпер заднюю дверь и присел на корточки, чтобы понаблюдать за Ребеккой. За её спокойным и умиротворенным лицом. За самыми красивыми женскими чертами, которые заставляют моё сердце биться в ускоренном ритме. Мой взгляд переходит на полные губы, и я тяжело сглатываю, сжимая руки в кулаки.

Ребекка может думать, что уродлива из-за своих шрамов, но эта женщина даже не осознает, насколько прекрасной и особенный они её делают. И дело не во внешности. Сила её духа – самая красивая часть, даже со шрамами, со всей внутренней жесткостью и пустотой.

Делаю ещё один глубокий вдох, пытаясь согнать влияние Ребекки на моё сознание и тело, но ничего не выходит. Все пространство машины заполнено её запахом и теплом, что только ещё больше сводит с ума. Разрушительное желание схватить и запереть эту женщину овладевает мною, и я строю планы в голове, как это осуществить, напрочь забыв обо всей опасности. Дела с моим контролем, который я вырабатывал долгие годы под влиянием отца, совсем идут скверно. Черт, я должен взять себя в руки, но чем ближе к ней приближаюсь, тем сильнее все остальное уходит на задний план.

Порой кажется, что с этой женщиной я совсем не имею выбора. Только два шага: рискнуть и сделать шаг вперед либо забыть об эгоизме, взять себя в руки, оставить её одну в безопасности и сделать шаг назад.

Находя в себе крупицы контроля, я отрываюсь от разглядываний столь манящей фигуры и встаю в полный рост.

Я знаю, что не один схожу с ума. Ребекка ощущает то же самое. Я вижу борьбу в голубых глазах. Она желает меня, но также сильно боится того, что это может принести в её жизнь. И ей стоит бояться, потому что это будет разрушительно для нас обоих.

Наклоняюсь вперед, аккуратно взяв на руки на вид хрупкое тело, но я знаю, что оно имеет мышцы воина, созданные через кровь и боль. Ребекка тихо стонет, когда прижимаю к своей груди, но не просыпается, только цепляется пальцами за мою футболку, сжимая ткань в руках.

Это не первый раз, когда она оказывается в моем доме. Мне не нравятся посторонние люди в моем личном пространстве, но ради этой женщины во второй раз нарушаю своё же правило.

Её присутствие в моем доме кажется самой правильной вещью, которую я совершал за всю свою жизнь. То, как она ест приготовленную мною еду: с благоговением на лице, переносит меня в воспоминания о той жизни, где я был счастлив настолько, насколько это было вообще возможно в моем случае.

Моя жизнь всегда была клеткой, где я обязан подчиняться ради безопасности своей семьи, поэтому я знал только короткие мгновения счастья, но рядом с Ребеккой появляется ощущение, что эти мгновения могут стать вечностью.

Либо моей гибелью.

Притягиваю хрупкое тело с мышцами воина ещё ближе к груди, чтобы было удобнее нести, ощущая каждую напряженную клеточку в её теле. Её мышцы, доказывают ежедневный труд. Не все мужчины способны владеть подобной силой, но Ребекка своим примером доказывает, что женщины не настолько слабы, как их представляет мир. Они смертоносны, просто мужчины не настолько уверены в себе, чтобы признать этот факт. Женщина неосознанно прижимается к моей груди, и глаза океана резко и с испугом распахиваются, смотря на меня и теряясь в глубине кошмаров сознания, которое обманывает её. От её взгляда пугливой лани моё дыхание замирает, я не хочу, чтобы он был направлен в мою сторону.

Я никогда не дам Ребекке повода бояться меня. Это будет самая худшая пытка из всех, что мне пришлось пройти. Сломать столь сильную личность и встретиться лицом к лицу с её страхом, который вызвал я своими действиями.

Голубые глаза не должны гореть страхом, они должны ломать каждого только одним взглядом, кто посмеет вызвать это чувство.

Еще в нашу первую встречу меня привлекли её глаза с непоколебимым огнем, который с каждым разом толкал меня к разрушению. Ребекка должна была стать только временным открытием, я должен был разгадать её тайну и двинуться дальше. Но все идет совсем наоборот.

Если Ребекка узнает о моих истинных мотивах, то она, без сомнений, попытается убить меня.

– Где я? – тихо и слабо спрашивает женщина, напрягаясь в моих объятиях.

На языке вертятся слова: “ты дома”, но я не её дом и не думаю, что смогу стать им для неё пока мой отец жив.

– Ты в безопасности, спи, тигрёнок.

На удивление, она только спокойно кивает в ответ, закрыв глаза, снова проваливаясь в бездну темноты. Меня поражает её покорность, Ребекка определенно будет презирать себя завтра за это. Но я рад, что мне было дано короткое мгновение её доверия.

Еще одна её часть и стена, которую мне удалось разрушить и лицезреть.

Я думал раскол её стен займет намного больше времени, ведь Ребекка не из числа покорных особ, она самая упертая, которую я когда-либо встречал. Но теперь она в моих руках, хрупкая и сломленная. Мне нравится её перевоплощение рядом со мной, особенно осознание, что эта женщина открывает мне себя настоящую. Но разрушение её стен вызывает привыкание, от которого мне тяжело будет отказаться, когда придет время. Когда настанет конец нашей истории.

Я уже узнал достаточно того, что мне нужно было, но всё равно продолжаю идти на неё с напором. Зверь внутри не желает останавливаться, пока каждая её часть не станет моей, но сомневаюсь, что Ребекка позволит этому случиться, и возможно это к лучшему, что хоть у кого-то из нас двоих есть контроль над собой.

Прохожу мимо гостевой спальни, намеренно пропуская её, неся Ребекку в свою. Мысль оставить её одну вызывает недовольство. Я хочу ещё немного насладиться её открытостью, прежде чем женщина возведет свои защитные стены.

Аккуратно укладывая её на кровать, рассматриваю хрупкое, но такое сильное тело на моей кровати, чувствуя волну тепла в области груди.

Почему мне так нравится эта картина перед глазами?

Вздыхая, перевожу взгляд на её внешний вид, понимая, что мне нужно её переодеть.

Ребекке это не понравится, но вся её одежда пропитана табачным дымом и алкоголем. Аккуратно снимаю платье, не позволяя себе смотреть на её интимные места, переодевая в свою черную футболку и, как бы я ни старался, мой взгляд всё равно цепляется за видимые шрамы на женском теле, которые она перекрыла татуировками. Раздевая её в первый раз, я догадался откуда они, но меня беспокоит один вопрос, на который ответить может только Ребекка.

Как, чёрт возьми, она осталась жива?

Они не позволяют своим жертвам жить после всего.

Отбрасывая мысли, вызывающие тьму, я накрываю Ребекку теплым одеялом. Отталкиваясь от кровати, собираюсь выйти на улицу и отравить свои лёгкие убийственным дымом сигарет, но рука на моем запястье останавливает на полпути, пробуждая дрожь в теле. Ее прикосновения всегда отдавали электрическим зарядом, готовым убить меня в любую секунду.

– Не оставляй меня одну, пожалуйста, – сломленный голос звучит в темноте, заставляя моё сердце биться быстрее.

Ступор вместе с неверием охватывает тело. Я не спал долгое время ни с кем в одной кровати, боясь своего монстра внутри, но как я могу сказать “нет”, когда в её голосе звучит эта сокрушительная мольба?

Я должен отказать и уйти. Должен помнить, что свободы не будет в моей жизни никогда, но я всё ещё могу получить ее для мамы и Эбби.

Но моё сердце и тело делают совсем иной выбор, не слушая голос разума.

Быстрым движением рук снимаю футболку и джинсы со словами, которые толкают нас двоих дальше в пропасть:

– Не оставлю, тигрёнок.

Ребекка тянет меня к себе с сонной улыбкой на лице и полузакрытыми глазами, укладывая голову на моё плечо, а руками и ногами обвивает моё тело, напоминая этим обезьянку. Я зарываюсь лицом в её ароматные волосы, вдыхая в легкие запах, сохраняя этот момент в памяти. От неё веет морем. Не удержавшись, провожу пальцем по шелковистой коже, ощущая рубцы. Её просьба поразила меня, эта женщина явно находится сейчас не в своем уме, если попросила о подобном.

Но какое это имеет значение, если она позволяет держать её в своих объятиях?

Завтра мы оба притворимся, что этой ночи не было, как и этих объятий, и нас тоже не было. А сейчас я могу жить иллюзией свободы и надеется только на то, что отец никогда не узнает о моей слабости с голубыми глазами и израненной душой.

Закрывая глаза, чувствую, как темнота окутывает меня своим теплом, а её запах убаюкивает монстра внутри.

Я проваливаюсь в сон, но одна навязчивая мысль в голове всё равно остается, собираясь видимо последовать за мной в сон:

“Эта девушка сведет меня с ума, но она может быть самой правильной ошибкой, которую я когда-либо совершал”

С этой мыслью засыпаю и понимаю, что Ребекка не заслуживает быть ошибкой. Она заслуживает того, чтобы ради неё боролись. Всегда заслуживала.

Но выиграю ли я эту битву за свободу? Или “мы” обречены на конец ради близких нам людей?