Убита светом, рождена тьмой

Глава 58

Poison – Rita Ora

Ничто не сможет уничтожить меня так, как ты

Райан

Дым обжигает легкие, но недостаточно, чтобы прекратить бесконечную череду чувств внутри, которая поглощает с каждой секундой все больше и больше.

Прежде никогда не позволял себе курить в доме, но сегодня меня не манит пейзаж на улице. Меня манит только нож, прикрепленный к моему боку, который хочу всадить себе в грудь.

Я смотрю на пустое место на диване, надеясь, что появится её силуэт. Ее манящее присутствие, запах, кожа, которой буду дарить поцелуи, вызывая её красивую улыбку на губах. Но Ребекка так и не появляется.

“Ее больше нет, Райан. Она мертва. Ты больше никогда не будешь свободен”

Закрываю глаза, пытаясь взять себя под контроль.

Мелани, не переставая плачет по другую сторону от меня, что только ухудшает моё состояние, доводя до грани. Прошло два дня. Два дня, как мы узнали. Два дня как я не могу поверить в реальность происходящего.

– Мелани, что мне сделать? Как я могу помочь тебе? – тихо спрашивает Алекс, сидя на коленях перед рыдающей девушкой.

Из-за слов друга флэшбеки начинают пролетать в моей голове один за другим.

Рукой сжимаю рукоять ножа на боку, когда в голове появляются воспоминания, как Ребекка открыла мне свою слабую и ранимую сторону, как она плакала в моих объятиях, как она цеплялась за меня, когда желание жить покидало её.

Но смерть забрала мою женщину, и никакие мои объятия не спасли. И осознание, что я вновь не смог спасти то, что люблю, заставляет достать нож. Холодное лезвие касается ладони, рассекая кожу, когда с силой сжимаю нож в руке.

– Ты действительно веришь, что Ребекки больше нет? – низкий голос Гарри выводит меня из мыслей и подальше от желания рассечь себя ещё сильнее, чтобы уйти к Ребекке.

Я поворачиваюсь в сторону друга, видя непонимающее выражение лица.

Нет, я не верю и буду отрицать до последнего. Однако это может быть только моим желанием. Из головы никак не выходит её полный паники и сожаления голос, она не врала на тот момент. Ребекка действительно прощалась.

– Я не хочу верить, но ты сам всё слышал. Она не лгала.

Плечи Гарри поникают, он отрицательно качает головой, смотря вдаль.

– Нет никаких доказательств смерти. Мы должны попробовать влезть в то, что осталось от здания и найти её тело, – Гарри запинается на последнем слове, болезненное выражение лица друга делает дыру в моей груди ещё шире.

Тело. Или то, что от него осталось.

Ребекка была истерзана жестокостью, её тело хранило множество шрамов и воспоминаний той боли, которую не выдержали бы мужчины. Но она была храброй, сила её духа поражала, как и вечное желание женщины помогать сломленным людям. Ребекка всегда была готова ценной своей жизни уберечь близких. Она пожертвовала многим, чтобы стереть с лица земли монстров, и чтобы они никому больше не могли причинить той боли, которую пережила она.

Но цена была слишком велика. Ничто не стоило жизни Ребекки.

Когда узнал, что они сделали с ней, я хотел уничтожить всю империю Дэвида. Я хотел убить каждого, кто нанес ей шрамы, кто забрал у этой женщины семью. Но знал, что, если мой отец узнает об этом, он убьет мою семью и Ребекку. Я не мог рисковать, и она никогда бы не простила меня, если бы отобрал у неё право на месть, право на бой, который не был моим, поэтому я заглушил свои яростные желания.

Но сейчас осталось только сожаление. Я должен был быть рядом, должен был это предвидеть. И может, если бы я совершил эту месть за неё, Ребекка была бы жива?

Глаза пекут, и что-то мокрое падает на мою щеку. Я не могу плакать, не могу. Отец выбил эту эмоцию с раннего детства, заставив забыть о подобных чувствах.

Но Ребекка оживила каждую мертвую часть. Когда я ломал стены этой женщины, она в ответ, сама того не подозревая, ломала мои.

Мы сломили друг друга.

Наша история никогда не должна была иметь счастливого конца. Я собирался уйти, и знаю, что Ребекка тоже. Но я готов был наплевать на отца, готов был сражаться за жизнь рядом с ней.

А теперь это всё осталось лишь чувством внутри со вкусом потери.

Я всё ещё чувствую Ребекку, чувствую её присутствие, будто она рядом и никуда не уходила.

Будто она близко и наблюдает со стороны.

Может…?

Мои глаза быстро сканируют пространство, но я не вижу её силуэта, не вижу густых волнистых волос.

Неприятный запах щекочет нос и резко комнату окутывает серый туман. Я начинаю кашлять, ударяя себя по груди, пытаясь поймать глоток воздуха.

Все стремительно вокруг исчезает, погружая в темноту.

Черт, это усыпляющий газ.

Я должен был сразу догадаться, возможно у меня была бы тогда возможность успеть спасти ребят.

Неужели отец узнал правду? Глава 59

Bring Me to Life – Evanescence

Прежде, чем я окончательно погибну

Спаси меня от пустоты, в которой я тону

Страх, паника, ужас окружают меня после полученного сообщения от Дэвида. Я боюсь не успеть. Боюсь, что их постигнет та же участь, что моих родителей, Эмили.

Тогда меня тоже не было рядом и сейчас я только в пути.

Не нужно было слушать Мари. Я должна была быть рядом, должна была защитить свою вновь обретенную семью.

Сердце так сильно грозит вырваться из груди, когда вспоминаю все ощущения во время терзаний Эмили на моих глазах.

Что, если они сделают то же самое с Мелани? Как мне жить после этого?

Дрожащими руками набираю номер Мари, не забывая внимательно следить за дорогой.

Я должна успеть. Должна спасти их любой ценной.

Девушка поднимает трубку спустя пару гудков.

– Мари, помоги мне их спасти, пожалуйста, – первая говорю, разрушая молчание перепуганным голосом.

– Я сейчас же соберу группу, скажи только куда ехать.

Продиктовав адрес, кладу трубку и выбрасываю телефон через открытое окно, слыша, как мобильник разбивается на мельчайшие кусочки об асфальт. Дэвид не должен узнать, что за мной едет хвост. Это даст мне намного больше шансов на их спасение.

Моя ложь была напрасной. Я сделала только больнее дорогим мне людям. Видеть со стороны страдания Лиама было одной из самых худших пыток. Он кричал от боли со слезами на глазах, обвинял Мари, постоянно упоминая её клятву. В тот день первый раз в жизни увидела страдающее выражение лица у волчицы организации, ей было больно за моего напарника.

В который раз убеждаюсь, что даже у самых жестоких людей есть маленькая крупица любви внутри черного сердца.

И эту крупицу собираюсь использовать против Дэвида. Мне нужно оттянуть время, насколько это будет возможно, чтобы группа успела приехать, не вызвав подозрений. Мне нужно продержаться в его обществе, не позволяя навредить моей семье.

В голове появляются образы ребят и представления, как они узнали о моей гибели. Выражение лиц, когда услышали моё признание. Сердце болит, когда думаю о том, что Мелани наверняка не переставала плакать. Болит от осознания, что я заставила Алекса сильно беспокоиться о своей девушке, а Гарри возможно надел одну из своих масок, скрывая боль.

Райан…

Мужчина, которому я разбила сердце. В моем сознании только образ его пустых глаз, не тех, которые он дарил мне каждую нашу встречу. Не теплый осенний лес. Взгляд, который он показывает на ринге, когда отец заставляет его убивать.

Я разрушила их. Разрушила вновь свою семью.

Но я всё исправлю. Исправлю любой ценной.

Нужное здание мелькает на горизонте. Я меняю выражение лица, стараясь скрыть весь страх. Даже если всё внутри меня дрожит от предстоящей встречи, от ожидания разочарования в глазах ребят, от их неверия.

Я постоянно их обманывала, давая только часть себя. Я никогда не была честна полностью, надеясь, что это убережет близких от опасности, но произошло всё в точности наоборот.

Ложь привела нас в этот момент.

Я не спасла Эмили, родителей.

Но я спасу свою вновь обретенную семью, чего бы мне это ни стоило.

С этой внутренней уверенностью выхожу наружу, где меня встречает двое вооруженных мужчин.

Гадкие ухмылки искажают их лица, когда они осматривают мой обычный черный костюм. Бесформенную черную футболку и большие спортивные штаны.

Я делаю шаг навстречу, заставляя свой взгляд оставаться пустым. Мужчины начинают ходить вокруг меня, осматривая, как добычу.

– Для начала нам придется тебя осмотреть на наличие оружия. – с блеском в глазах произносит лысый и на вид не старше сорока лет мужчина.

Мои демоны кричат в панике, когда осознание оседает в голове. Они не желают просто осмотреть, они будут делать это самым гадким образом.

– Раздевайся, – приказывает второй, низкого роста, которой еле достигает моего подбородка.

Мой отрицательный взгляд появляется прежде, чем успеваю его остановить.

– Одно твоё неверное движение, ещё одно непослушание, и я раздену твою белокурую подружку прямо на твоих глазах.

Это как удар хлыстом. Слова лысого охранника вытаскивают воспоминания страданий Эмили, как она кричала, молила. Как её светлые волосы окрашивались в красный от крови. Как её ласковый голос постепенно стихал, принимая свою судьбу.

И мне оставалось только смотреть.

Я больше не позволю повториться истории. Я больше не переживу подобного. Лучше это буду я и больше никто.

Послушно стягиваю с себя футболку, оставаясь только в простом спортивном лифчике. Штаны летят на землю следующими.

Низкий охранник первый подходит ко мне, облизывая губы. Его взгляд устремлен на мою пышную грудь, не замечая шрамов, оставленных подобными монстрами, которые гниют теперь там, где им и место. Рука мужчины поднимается, проводя линию от пупка до груди, я дрожу от отвращения, пытаясь унять нужду отрезать его руку.

Я закрываю глаза, когда рука достигает груди, проникая в лифчик, крепко сжимая.

Тошнота и образы прошлого появляются в голове, готовые сломить меня. Я обещала больше не позволять мужчине прикасаться к себе подобным образом, обещала, что больше у них не будет возможности сделать меня грязной и сломленной.

Но успокаиваю свои желания, напоминая себе, что это всё ради Мелани. Я должна выдержать, и я выдержу, всегда это делала.

Только смерть сломит меня.

– Теперь я должен проверить ниже, – с придыханием говорит мужчина, вызывая ещё больше тошнотворных чувств.

Его рука почти достигает пояса моих трусов, как голос другого охранника спасает моё положение.

– Прекращай, босс ждет нас, – рявкает второй, оттягивая его назад.

Я открываю глаза, встречаясь с отвращением в глазах второго охранника, быстро натягивая на себя одежду. Ощущение, что теперь я грязная и слабая, усиливаются.

Это ради ребят. Они стоят жертв.

– Ты не хочешь лично её проверить? – с ухмылкой спрашивает у напарника тот, кто трогал меня.

В руках зудит от желания размазать эту ухмылку по стене.

– Меня не интересует испорченный товар.

Я резко поднимаю голову, но во вовремя заставляю свой рот закрыться и не произносить злобных слов.

Испорченный товар? Ублюдок.

Единственный испорченный товар здесь – люди вокруг, работающие на бездушного монстра.

Мои шрамы – доказательство силы моего духа. Боль, которую выдержала с высоко поднятой головой и не сломалась. Сила не делает меня испорченной.

Лысый охранник хватает меня под локоть, сильно сжимая, и я стискиваю зубы от боли, пытаясь не издавать звуков. Этот мерзавец намеренно оставляет на мне синяки.

Другой охранник распахивает двери, где меня встречает стоящий посередине Дэвид.

Монстр одет в праздничный костюм тройку серого цвета, с белым тюльпаном в маленьком кармане.

Мои брови хмурятся от непонимания, совпадение ли это.

Но как он мог знать?

Волосы Дэвида уложены назад волной, глаза выражают огромный колодец гнева, обещающего убить меня.

Но я долго не задерживаю взгляд на монстре прошлого. Волнующие меня люди стоят на коленях в другой стороне комнаты, полностью связанные, их головы опущены вниз, будто они находятся без сознания.

– Я ведь говорил вам, что она жива, – голос Дэвида пробуждает поднять их головы в мою сторону с такой резкостью, что слезы скапливаются в уголках моих глаз.

Всхлип Мелани разносится по всей маленькой комнате, разрывая меня на части за всю боль, которую я причинила подруге.

– Ребекка, – панический и сдавленный голос, который люблю каждой частью своей черной истерзанной души, заглушает все остальное вокруг.

Мы смотрим друг другу в глаза, и понимание мелькает во взгляде Райана. Мой мужчина отрицательно качает головой, смотря на меня с ужасом.

Райан понимает, что я пришла только ради них и понесу любой приговор, чтобы Дэвид никого не тронул. И монстр тоже знает это, поэтому воспользовался моей слабостью, несмотря на все риски войны с отцом Райана.

Но я спасу ребят, даже если после того, как мне чудом удалось выжить во время взрыва, Дэвид убьет меня.

Это только моя игра, моя месть, моё правосудие и только мне страдать.

– Твоей ошибкой было пропустить одну скрытую камеру среди леса, которая открыла мне прекрасную картину твоей сценической смерти, – отворачиваясь от Райана, обращаю внимание на самого главного монстра моей истории.

Дэвид смотрит в ответ, в поисках правды в моих глазах, я вижу, как монстр нервничает. Я для него загадка. Женщина, которая смогла сломить всю его империю, используя их слабости. Я сила, которой он уже поиграл.

– Моей ошибкой было тянуть с местью три года, – не выдержав, бросаю в него эти слова.

Монстр делает стремительные шаги в мою сторону, сбивая с ног, заставляя упасть на колени, и я повинуюсь. Мне бы удалось защитить себя, но другие люди важнее моей гордости.

Райан дергается в цепях, убийственно смотря сторону Дэвида.

– Не трогай её, – с угрозой в голосе хрипло произносит Райан, дергая сцепленными руками.

Его взгляд, полный защиты, вызывает трепет внутри меня. Никто и никогда не пытался защитить меня в прошлом, кроме моих родителей. Райан – первый мужчина, который готов пожертвовать собой ради меня, и я вижу это по его взгляду. Он любит меня настолько, что опасность не пугает его, и я сделаю всё, чтобы человек с таким сильным сердцем не пострадал.

– Что сказал бы твой отец, Райан? – с ухмылкой спрашивает Дэвид. – Может, мне стоит сказать ему? Как думаешь, что он сделает?

Вспышка паники появляется в глазах осени, свидетельствующая о том, что Райан боится отца. Я не знаю всей их истории, но догадываюсь, что моя месть плохо отразилась на бизнесе мужчин, где у них не было выбора с кем сотрудничать, а с кем нет, только тотальное подчинение. Отец Райана очевидно будет в бешенстве, узнав, что его сын принимал участие в падении их партнеров, которые приносили немало нулей в казну.

Поэтому я не должна позволить правде всплыть. Мне нужно перевести все внимание Дэвида на себя.

Остальные ребята молчат, с паникой смотря на меня, словно пытаются впитать мой образ.

Я бросаю на них последний взгляд и легкую улыбку, прежде чем начать свою заключительную игру.

Пришло время поставить точку.

– Чего ты хочешь?

Дэвид смеется в ответ на мой вопрос, обращая все своё внимание наконец на меня. Монстр с силой хватает меня за волосы, заставляя смотреть в его черные глаза.

Он не принимал участие в пытках надо мной и Эмили, но Дэвид дал приказ использовать меня. Он дал белый флаг на всё, что его подчиненные делали с нами. Именно он приказал убить Эмили, моих родителей.

– Чего я хочу? – сильнее натягивает волосы, вызывая стон боли, который сдерживаю. Мой слух улавливает злое и отчаянное рычание мужчин на заднем плане. – Я хочу знать, как ты смогла одурачить моих людей. Хочу знать, кто помогает тебе. Хочу знать всё, и ты мне расскажешь.

Дэвид отпускает меня, толкая на пол. Я вовремя успеваю выставить руки вперед, чтобы не ударить свой и так сломанный нос.

Я оборачиваюсь назад, замечая, что монстр достал нож. Дэвид с явным наслаждением держит его в руках, смотря в сторону Мелани.

Нет, нет.

История не повторится.

Я не позволю.

– Я расскажу тебе всё только с одним условием, – монстр возвращает на меня взгляд, указывая ножом в мою сторону. – Если ты отпустишь их.

Это вызывает у него долгий смех. Я сдерживаю свои руки от желания ударить Дэвида в лицо, пробудить хоть что-то живое на бледном, словно снег, лице.

– Я знаю способ лучше, чтобы заставить тебя говорить. Может, мне стоит распотрошить твою подругу? Или замучить тебя до смерти на их глазах? Ты будешь сильнее страдать, зная, что людям, которых ты любишь, больно, – ребята в один голос отвечают "нет", вызывая у него ещё большее количество смеха. – Как думаешь, какой вариант мне выбрать?

– Замучай меня, не трогай их, – без колебаний отвечаю, не видя другого варианта.

Скоро будет помощь, нужно ещё немного потерпеть.

– Нет! Не смей! – крики Райана разрывают меня на части.

Я умоляющее смотрю в его сторону, взглядом прося замолчать.

– Как низко для фамилии Рассел, – от упоминания своей фамилии Райан морщится.

Поднимаюсь на ноги, становясь перед Дэвидом, показывая всем своим видом, что он может сделать со мной всё, что пожелает. Смирение в глазах дает ему все ответы. Я расскажу всё, приму любые пытки, только бы он не трогал мою семью.

– Ты потерял свою империю, Дэвид, поэтому я предлагаю тебе свою. Всё, чем я владею в Чикаго будет твоим, каждая моя пенни, только не трогай Ребекку.

Я с шоком в глазах смотрю на Райана, теряя все дыхание в легких.

Это сумасшедший шаг. Отец убьет его.

– Твой отец никогда не позволит этому произойти, – с отвращением в голосе говорит Дэвид, но я улавливаю и заинтересованность.

Я не позволю ему отдать всё ради меня.

– Ты хотел, чтобы я рассказала тебе всю правду? – монстр возвращает внимание ко мне, и я продолжаю. – Я расскажу. Расскажу, как сломила тебя. Расскажу, где находится твоя жена и сын, но знаешь, что будет самым интересным?

Дэвид молниеносно подходит ко мне, хватая за горло, не обращая внимание на крики ребят. Я тоже не обращаю, мне пора закончить свою игру.

– Откуда ты знаешь о них? – словно озверев кричит Дэвид.

Надеюсь, Лиам простит меня. Я не могла не использовать этот козырь, чтобы спасти свою семью.

Лиам – приемный ребенок. Его приемные родители погибли в аварии, когда он был уже совершеннолетним, что подтолкнуло его на поиски родственников по крови, и так он нашел свою сестру три года назад. Она была психически нестабильна после Дэвида, но ей всё равно удавалось воспитывать ребенка. Маленького мальчика – Луиса. Именно родная сестра Лиама дала нам информацию об каждой слабости монстров в организации её бывшего мужа, ведь она тоже стала жертвой. Дэвид любил её, настолько сильно, что эта любовь стала ядом. Он демонстрировал свою любовь каждый день новыми синяками на её теле, ежедневным насилием. Мы надеялись, что сестра Лиама справится с травмой и сможет жить дальше, но все обернулось трагично. Год назад женщина покончила с собой, оставив ребенка на отчима, с которым познакомилась за полгода до самоубийства. Словно она искала подходящего человека, который сможет достойно воспитать её сына.

– Камила была лучиком света, который ты убил своей тьмой. Она сбежала от тебя, но так и не смогла больше засиять. Но она сделала все для того, чтобы ты понес наказание, она помогла мне, и я исполнила данное ей обещание. Сломила тебя и всю твою империю.

Дэвид сильнее сжимает моё горло, настолько сильно, что перестаю улавливать звуки вокруг. Только тихие мольбы Райана, которые вызывают лишь боль.

– Ты врешь!

Улыбка появляется на губах, когда вижу, как слабость ломает Дэвида. Они сломили меня подобным образом, теперь карма делает своё дело.

– Она убила себя, написав в записке, как сильно ненавидит тебя. Камила умоляла, чтобы я уничтожила тебя.

Дэвид морщится, словно чувствует боль. Теперь я знаю, что монстры тоже способны любить, даже если их любовь губительна и извращена.

– Твой сын называет другого мужчину папой. Он никогда не будет править твоей империей, ведь от неё остался только пепел, – последние слова говорю шепотом, когда монстр полностью перекрывает мне дыхание.

– Ты, сука, заплатишь за это! Я не верю ни единому твоему слову!

Моя рука тянется в карман, несмотря на помутнение в глазах, доставая фотографию мальчика до ужаса похожего на человека напротив. На фото он обнимает приемного отца, смотря с любовью в глазах. С любовью, которую никогда бы не подарил Дэвиду.

Он внимательно смотрит на фотографию, ослабляя хватку на моей шее.

– Где они?! Скажи мне или я убью их всех! – кричит мне в лицо, встряхивая меня за шею.

Я смеюсь, наслаждаясь его провалом. Я слышу шум на улице.

Помощь здесь.

Всё кончено.

– Это конец, Дэвид. Больше никто не будет страдать от ваших рук. Ты думал, я убила их? Нет, я сделала намного хуже. За моей спиной сильные сторонники – ФБР, которые охотились на вас годами, и я привела вас в их цепи. Твой сын будет счастлив с другим отцом, который покажет ему любовь и лучшую жизнь. Мир станет счастливее без вашего темного присутствия. Всё действительно кончено, Дэвид. Это твоё падение. Час расплаты пришел за все невинные жизни, которые вы погубили. Ты проиграл… – я не успеваю закончить свою праздную речь, ощутив резкую боль в животе. Настолько острую, что в глазах потемнело и сердце замедлилось.

– Это не только мой конец, мы уйдем вместе.

Вздох покидает меня, когда ощущаю лезвие внутри, когда Дэвид пытается его прокрутить. Мои пальцы вцепились в его руку, пытаясь сдержать боль. Монстр улыбается, смотря на меня, наслаждаясь страданиями в моих глазах.

Это моя цена? Неужели я все-таки должна уйти?

– Если ты вытащишь нож, я лично выпотрошу тебя, и, поверь, это будет медленно и мучительно.

Мари появляется позади Дэвида, надавливая на его шею. Через пару секунд он падает без сознания, отпуская нож, не успев его вытащить, что убило бы меня.

Я ничего не чувствую. Только тишину, жизнь вокруг стремительно покидает сознание. Я слышу только отдаленные звуки падающих цепей и криков.

Руки ловят меня, знакомое тепло проникает в кожу. Я вдыхаю его запах, надеясь, что это не сон, и Райан реален.

– Открой глаза, Ребекка, – паника в его голосе вынуждает меня с болью открыть глаза. Я не понимаю, что происходит. Не понимаю, умираю ли я.

Мои глаза распахиваются, встречаясь с лесом, который уносит меня в страну воспоминаний. Все наши моменты пролетают в голове, как кинолента. Люди не врали, когда говорили, что перед смертью вся жизнь пролетает перед глазами.

– Прости, – у меня получается выдавить это единственное слово, несмотря на всю дымку боли.

Теплая ладонь ложится на мою щеку, согревая, умоляя остаться и не уходить.

– Не смей извиняться, не смей уходить. Слышишь меня, тигрёнок?

Глаза моего мужчины краснеют, и это причиняет большую боль, чем нож в животе. Я не хочу прощаться, не хочу уходить, но моё тело перестает принадлежать мне. Я не понимаю своих ощущений. Мое тело и душа слишком устали от борьбы и игр на выживание.

Чувствуя, что тьма приближается, я говорю то, что давно должна была сказать Райану в лицо:

– Я люблю тебя, Райан. Ты дал мне жизнь, и я благодарна тебе за это. Моя сломленная душа не надеялась на свет. Не надеялась на счастье, которое ты принес в каждое мгновенье рядом с собой. Ты сломал мои стены, как и все страхи, открыв ту сторону, которая не надеялась больше на спасение. Все было не напрасно, время с тобой было одним из лучших подарков от Вселенной, – пересилив боль, кладу руку на его затылок, притягивая к себе. Мои дрожащие губы касаются его, шепча последние слова, на которые у меня остались силы. – Знай, я никогда не хотела покидать тебя. Я боролась и буду бороться за жизнь рядом с тобой. Даже если я проиграю, помни, что там, на небесах, я тоже буду любить тебя.

Райан целует меня, вдыхая короткое мгновенье жизни, когда тьма тащит на другую сторону, не обращая внимание на мою борьбу.

– Продолжай бороться, тигрёнок, не только ради меня, но и ради себя. Я верю в тебя, ты сможешь. Не останавливайся, прошу тебя. Живи.

Это последнее, что я слышу, когда тьма поглощает меня полностью в свои объятия.

Значит, так и выглядит конец моей истории?