Верни мне дочь

Глава 17

Медленно оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с хмурым лицом Баринова.

Вся бригада притихла, а Стас как главный встал в ожидании указаний, но Андрей Кириллович бросил на мастера мимолётный взор, а потом вновь посмотрел на меня.

— Ассоль Сергеевна, вы идёте?

— Ой, да, — быстро подскакиваю и спешу попрощаться с мужчинами.

Можно было бы уйти молча, но совесть не позволила.

— Всем пока!

— Надеюсь, ещё увидимся, — говорит Стас.

— Было приятно поболтать, — произносит Кирилл.

— Как быстро пролетело время, — поддакивает Паша, остальные лишь согласно кивают и я спешу за Бариновым, который уже развернулся и направился прочь.

До машины идём в полной тишине. Андрей Кириллович хмурится, но ничего не говорит.

Не нравится мне это.

Обычно если мистер деревяшка молчалив, то потом он обязательно выдаст какую-нибудь гадость.

Вот только на этот раз я ошиблась, стоило нам сесть в машину, и вместо гадости Баринов спросил:

— Откуда вы их знаете?

Упс. Лучше б какую-нибудь колкость выдал.

— Я... Эм... — мозг судорожно генерирует идеи. — Просто часто приходилось выезжать с Валентином Семёновичем на объекты, там и познакомились, — произношу и восхищаюсь способностям моих извилин. По мне, так это гениальная отмазка. Я же, по мнению Баринова, работала принеси-подай, легенда идеально подходит.

— Понятно, — сухо отвечает и уделяет всё внимание телефону.

Фух, пронесло.

Было бы глупо спалиться на такой ерунде. Весь дом обошла, кучу пометок сделала, а на болтовне с рабочими влетела. Но слава богу, Андрей Кириллович сильно раздражён (подозреваю причина в размерах) и ему сейчас совершенно не до меня, вон как что-то усердно строчит.

Любопытство — страшная штука, поэтому, рискуя заработать косоглазие, подглядываю кому пишет.

Тирбин. Значок почты бывшего босса я узнаю за версту, и если мои глаза не лгут, сейчас Баринов пишет письмо Валентину Семёновичу. Я даже догадываюсь, что именно там будет начертано.

Руки чешутся проверить свою почту, но я держусь. Сделаю это вечерком в одиночестве.

Гаджет мистера деревяшки издаёт сигнал входящего сообщения.

— Армен, едем в кафе на набережной, — говорит, прочитав СМС.

— Понял, — кивает охранник.

— Планы поменялись? — осторожно спрашиваю. Почему осторожно? Потому что не хочу раздраконить и так напряжённого зверя.

— Да. Придётся совместить обед и встречу.

— Мы вам не помешаем? — киваю на Миланку, ведь ребёнок — это не всегда адекватное поведение. В любой момент может рвануть.

— Думаю, нет. Да и некогда везти вас в отель, человек скоро придёт, — на удивление спокойно поясняет Баринов и возвращается к написанию поэмы для Тирбина.

Надеюсь, прибудет ни какая-нибудь Марина — проносится в голове.

Ой, а чего это я? Мне должно быть всё равно Марина, Карина, Людмила, да хоть Изольда Викторовна, плевать! Главная моя задача — комфорт Милаши, остальное мимо.

В кафе приезжаем раньше того, с кем назначена встреча. Интрига сохраняется.

Баринов выбирает столик и помогает нам с малышкой занять свои места. Даже для Миланки стульчик детский раздобыл. Оказывается, мистер деревяшка и галантным быть умеет. Чудеса...

Наверное, тренируется перед прибытием гостьи. Вот руку даю на отсечение, мы ждём даму. Ну не мог Баринов, так быстро успокоится, при этом ни на кого не наорав. Сто процентов если б ждали мужчину, так и был бы взвинчен.

— Что будете? — мужской голос отвлекает от навязчивых мыслей.

На этот раз я умнее и сама выбираю блюда, при этом беру то, что можно разделить с малышкой. И ей полезно, и мне вкусно.

Официант делает пометки в блокноте и удаляется. Теперь надо ждать. И блюда ждать. И гостью ждать. И поговорить не с кем.

Охрана наблюдает за нами с соседнего столика, а Андрей Кириллович опять в телефоне.

Скукота...

— Пи-пи, — вдруг просится Милаша.

— В туалет? Пошли скорее, зайка, — с радостью вскакиваю и бегу с малышкой делать мелкие дела.

Хоть какое-то разнообразие.

Поход в уборную занимает целых десять минут. Пока изучили дозатор для жидкого мыла, пока ручки помыли, пока высушили их под страшно жужжащей штуковиной. Время пролетело незаметно.

И вот мы с Милашей выходим из-за угла, откуда прекрасно видно наш столик.

Гостья пришла. Я не ошиблась это именно гостья. И что самое удивительное — я её знаю. И нет, это не Марина. Это Машка.

Офигеть!

Мы вроде бы улетели далеко от родного города, а я то и дело встречаю здесь знакомые лица.

Маша — тоже моя одногруппница, но работает она ландшафтным дизайнером. На учёбе в какой-то момент девушка поняла, что зелень ей ближе, чем интерьер.

Сейчас она сидит за столиком с Бариновым и жарко спорит. Надеюсь, по работе...

Осторожно подхожу чуть ближе, чтобы расслышать суть разговора.

Пара коротких фраз, и я точно осознаю, что Маша отказывается заниматься домом Баринова. Во дела.

Подхожу ещё ближе и нас замечают. Замечают оба сидящих за столом.

Андрей Кириллович хмурится, но это, скорее всего, из-за спора. А Машка удивляется, ведь, как и я, не ожидала встречи.

— Привет, — говорю и усаживаю Миланку на детский стульчик.

— Мария, познакомьтесь это...

— Сола! — вскрикивает Машка, наконец очухавшись от шока, и повисает на моей шее. — Ты какими судьбами здесь?

— По работе, — говорю и присаживаюсь на свой стул. Маше ничего не остаётся, как тоже сесть рядом.

— Ты тоже на Баринова... — косится на моего босса. — Кхм... Андрея Кирилловича работаешь?

— Да. Я няня этой замечательной малышки, — киваю на Миланку.

— Няня? — удивляется Машка. — Я думала...

— Нет. Я больше не работаю на Тирбина, а здесь только за компанию, — спешу перебить одногруппницу, чтобы не спалила контору.

— А... Эм... Поня-ятно, — тянет девушка, и я мысленно благодарю её за прочитанные эмоции на моём лице.

Во времена учёбы мы с Синичкиной много времени проводили вместе. Лучшей подругой её, конечно, не назовёшь, но она научилась меня понимать с полуслова, вот и сейчас не подвела.

— Так о чём вы разговаривали? — напоминаю Машке о Баринове и их споре. — Простите, что я вам помешала.

— Нет, ну это не Сола, это какая-то неизвестная мне тётенька, — фыркает Маша.

Пришла моя очередь косится на начальство. Будешь тут весёлой, когда тебя в любой момент могут ткнуть острой фразой, разоблачить или того хуже уволить, чем лишат общения с малышкой.

Баринов сейчас, кстати, выглядит хмуро и недовольно, но в разговор не вмешивается. Воспринимаю это как зелёный свет, мол, делайте как знаете.

Ла-адно.

Раз мне дали добро, выпущу настоящую Ассоль наружу. Чувствую, как внутри разгорается игривое настроение.

Я чуть подвигаюсь к одногруппнице и шепчу не так чтобы тихо:

— Маш, ну ты чего? Я же в образе. На работе. Ты видела, какой у меня босс серьёзный. Уволит за любой косяк и глазом не моргнёт.

На лице Баринова отразилась эмоция удивления, но всего на мгновение, а затем вернулась хмурость.

Дааа, сильно его подкосила инициатива прораба.

— А-а-а-а, в образе, — понимающе тянет Машка. — А с другой стороны, если тебя не ценят, зачем держаться за работу? Ты у нас универсальная во всех смыслах, — опять пытается выдать мою профессию девушка.

Баринов вопросительно изгибает бровь.

Да что ж за болтушка Синичкина сегодня?!

— Ой, что ты выдумываешь, никакая я не универсальная, — отмахиваюсь и вновь пробую перевести тему, ведь Маша уже набрала в лёгкие воздух, а это проблема. — Если я правильно поняла, ты не хочешь заниматься домом Андрея Кирилловича. Почему?

— Конечно, не хочу, — работа для одногруппницы оказывается интереснее, чем моя персона. И это мне на руку. — Он перекроил все планы не предупредив. А у меня заказчики, сама понимаешь. Если я сейчас буду переделывать проект, а с новыми размерами, скорее всего, придётся делать новый, то фирма потеряет заказчиков. Я дорожу каждым клиентом! — вместо того, чтобы раскрыть мой секрет, самозабвенно жалуется девушка.

— Ну получается не каждым, раз отказываешься работать с Бариновым, — поддеваю Машку.

Я могу себе позволить так разговаривать, ведь никакого агрессивного подтекста нет, наоборот, я настроена уговорить Синичкину заняться моим домом. Ну в смысле тем, что я спроектировала. У нас раньше всегда выходили прекрасные работы. Думаю, если б озвучила, что проект мой, Машка бы сразу согласилась, но надо и не спалиться и убедить. Миссия невыполнима, наверное...

— Ассоль Сергеевна, вы не прав... — Баринов пытается вставить слово, но наша гостья не обращает на него внимание и продолжает возмущаться.

— Чего ты цепляешься? Это другое! Один заказ против десяти. Конечно, я выберу десять.

— А как же репутация?

— А что репутация? — Машка чуть снижает уровень агрессии. — Десять заказчиков наверняка останутся довольны.

— Но слово Андрея Кирилловича явно чуть весомее... Или у тебя там заказчики такого же уровня, как Баринов?

Кошусь на мистера деревяшку и вижу, как хмурость сменилась небольшим удивлением.

Ну да, подключила свои способности убеждения, но пока никаких гарантий. Синичкина задумалась.

— Эм... Нет. Там в основном небольшие частные домики, — говорит одногруппница, и я, наконец, понимаю, что запустила в её голове правильные процессы. Можно додавливать.

— Во-о-от видишь. У Андрея Кирилловича, конечно, тоже частный дом, но здесь размах. Представь, как ты сможешь развернуться на такой территории. Мммм, — мечтательно закатила глаза. — Можно даже по деревьям пройтись, не только просто зелёнку. Да, получилось нехорошо, но вины заказчика нет. Как я поняла, это ошибка прораба, и Андрей Кириллович тоже не знал. Правильно? — вопросительно смотрю на босса.

Мужчина чуть заторможено кивает. Первый раз вижу его таким... Таким отрешённым.

— Вот видишь, не вру. Ну что думаешь? Проект голубые ели уже реализовала где-нибудь? — бью в цель.

Последний вопрос — это как контрольный, ведь Машка давно мечтала создать небольшой парк возле дома из голубых ёлочек.

— Нет. Большинство не хочет связываться с такими сложными насаждениями, — печально вздыхает девушка.

Так я на верном пути.

— Андрей Кириллович, может быть, будет не против? Он любит всё самое лучшее и дорогое, — опять смотрю на мужчину. Он молчит, но недолго.

Буквально спустя пару секунд произносит:

— Я бы с удовольствием рассмотрел проект.

— Правда? — оживляется Синичкина.

— Да, но это только для задней части. Фасад мы будем озеленять, как раньше, — говорит Баринов, и я боюсь, что зря, ведь Машка может не согласиться.

Будет обидно, если столько усилий потрачено зря.

— Ой, конечно, — Синичкина чуть ли не хлопает в ладоши. — Для ели в условиях юга, нужна тень и особый уход, так что задняя часть дома вполне подойдёт.

— Это значит ты согласна? — спрашиваю улыбаясь.

— Ну... — на секунду подвисает, ведь она была настроена воинственно, а в итоге не заметила, как капитулировала.

— Ладно. Но у меня есть условие, — говорит Машка.

Ура, план сработал!

— Естественно, сумма оплаты будет увеличена вдвое, — сразу отзывается Баринов.

— Нет, я не про деньги. Я про тебя, — девушка угрожающе тычет в меня пальцем.

— Меня?

— Именно. Я возьмусь за новый проект только в том случае, если ты будешь помогать.

Блин. Блин. Блин! Мои брови, кстати, как и брови мистера деревяшки ползут вверх.

— Да я уже ничего не помню. Сто лет как окончили универ, — пытаюсь спасти положение.

— Ой, да кому ты рассказываешь... — скептически тянет Машка, и я не удержалась и всё-таки пнула её под столом. — Я... — заикается и вопросительно смотрит, но мне приходится держать невозмутимое лицо. Баринов смотрит. — Я точно помню, что ты помогала Тирбину, — всё же заканчивает фразу одногруппница тире предательница.

Как теперь выкручиваться, ума не приложу.

— Ассоль Сергеевна, у вас есть опыт озеленения? — спрашивает Андрей Кириллович.

Ага, озеленения, проектирования, строительства, инжиниринга, бухгалтерства и капельку психологии. Вот только вам, товарищ деревяшка, я этого не скажу.

— Ну какое озеленение, так кое-какие зарисовки, — отмахиваюсь и пока Маша не опомнилась, спешу добавить: — Если Андрей Кириллович не будет против моего вмешательства, я согласна участвовать.

Вся женская половина переводит взгляд на мужскую половину.

— Я... не против, — чуть запнувшись, но всё-таки соглашается мужчина.

— Замечательно. Тогда я побежала, — одногруппница поднимается из-за стола. — У тебя почта не поменялась?

Отрицательно качаю головой.

— Супер. Жди тогда мои наброски. Потом всё подробно обсудим. Всего доброго, Андрей Кириллович, — говорит Машка и ретируется прочь.

— Интересно, — задумчиво тянет босс, как только девушка скрылась из виду. — А с Марией вы когда познакомились? Тоже во время выездов с бывшим боссом? — не церемонясь, задаёт вопрос Баринов.

— Ну-у-у нет. Мы вместе учились... — блин, спалюсь, если скажу в каком вузе, но была не была. — Просто Синичкина пошла по специальности, а я в помощники.

Пусть Баринов думает, что я училась на ландшафтный дизайн.

— Хм... Почему? — быстро отделаться не получилось.

— Тирбин предложил хорошую зарплату, — нагло вру, ведь вначале я работала практически за еду.

Можно сказать, я стояла у истоков компании и что удивительно только сейчас это осознала.

Нет, "Алмаз" создана давно, лет десять назад, но репутацию мы заработали всего полтора года назад. После глобального проекта дачи для одного крутого дяди. Вот потом дела пошли в гору.

— А говорили деньги не на первом месте, — хмыкает Баринов, но взгляд поменялся. Никакой нервозности или злобы. Просто констатация факта.

Кажется, мистер деревяшка устал.

Вместо ответа пожимаю плечами. Пусть думает что хочет, главное больше не пристаёт с вопросами.

— Миланка устала, — предпочитаю сменить течение разговора.

— Да, едем в отель.