Верни мне дочь

Глава 21

Следующим утром просыпаюсь резко, будто от взрыва рядом.

Всё дело в приснившемся сне.

Вчера я так отвлеклась поцелуем с Бариновым (мужчина, кстати, больше не искал встреч, за что ему огромное спасибо) так потом я ещё и работой загрузилась по самую макушку. В итоге совсем забыла про неожиданную встречу в коридоре отеля. А мозг запомнил. Говорят, сновидения чаще всего связаны с тем, что видел в течение дня, а также с переживаниями или стрессом. Вот и у меня так вышло.

Та девушка в коридоре показалась мне очень похожей на сестру.

Больная фантазия или реальность?

Непонятно.

По сути, я не видела тела.

Арина погибла в авиакатастрофе. Они с её молодым человеком летели в отпуск, и самолёт упал. При столкновении с землёй ещё и загорелся... Все пассажиры были признаны погибшими. Кому-то из родственников посчастливилось упокоить близких, нам же, к сожалению, сказали, что останки не удалось обнаружить. Самолёт разбился далеко от ближайшего населённого пункта, и помощь подоспела слишком поздно. Почти всё сгорело дотла...

Тогда у меня, помню, ещё теплилась надежда, что Арина отказалась от полёта и по счастливой случайности выжила.

Не видела мёртвой, считала живой. Но время шло, сестра не появлялась. И мне ничего не осталось как поверить, точнее, смириться.

Верить до сих пор отказываюсь.

Возможно, поэтому не исключаю, что вариант реален. Та девушка в коридоре будто надежда на чудо.

Да понятное дело, Арина давно бы вышла на связь и успокоила меня, но ведь существует возможность потери памяти, например.

В общем, думаю, надо рассказать Баринову о моём мираже. Он даст задание парням, и те наверняка с лёгкостью выяснят, кто та знакомая незнакомка.

— Милаша, доброе утро, — бужу малышку сразу, как немного отдышалась после приснившегося кошмара.

— Не, — грозно отнекивается Милана и недовольно переворачивается на другой бок.

— Давай-давай, — говорю и открываю тяжёлые шторы. — Ты вчера и так совсем с режима сбилась. В садик ходить не будешь больше?

— Не, — всё так же недовольно.

Кажется, папины гены с малолетства уже начинают проявляться.

— Эй! А ну-ка, просыпайся! Иначе я позову два пальчика, — угрожаю дочке и начинаю подбираться как хищник к кровати.

— Не нана, — противиться, но уже более бодрым голосом.

— Как это не надо? Смотри... Шли два пальчика гулять... — ставлю пальцы на край постели и начинаю гордо вышагивать по направлению малышки.

— Ой-ой, — улыбается Миланка и прячется под одеялом.

–... А им надо кого-то щекотать... — продолжаю стишок, а малышка затихает и ждёт. — Кто же это будет? Это будешь ты! — на последнем слове радостно вскрикиваю и принимаюсь щекотать Милашу, по пути, выпутывая её из одеяла и щедро целуя.

Миланка смеётся, визжит и извивается. Супер. План подъёма выполнен на сто процентов.

— Ладно, всё повеселились, теперь пойдём умываться и завтракать. Папа наверняка нас заждался.

— Па? — заинтересовано переспрашивает.

Обидно.

Буквально на секундочку, но обидно. Меня мы ни мамой, ни Солой пока не называли ни разу, а тут всего один день общения с отцом... И "па" научились, и привязка, осознанная к человеку.

Так, ну подумаешь... Назвала и назвала. Это ребёнок.

Просто буду верить, что когда-нибудь и на моей улице настанет праздник.

— Точно папа. Идём его искать? — не показываю, что разволновалась, а приветливо приглашаю малышку на ручки.

Миланка с удовольствием идёт на контакт и будто что-то, заподозрив, обвивает мою шею и чмокает меня в щёку.

Ну ла-а-адно, я растаяла.

После всех утренних процедур выходим с Миланкой в общую гостиную.

— Здравствуйте, — говорю Баринову, который с задумчивым выражением лица пьёт кофе.

— Па! — визжит малышка и бежит обнимать мужскую коленку.

— Доброе утро, — безэмоционально отвечает Андрей Кириллович и ласково похлопывает дочь по спине. — Завтрак уже накрыт, — жестом пригласил к столу.

Занимаю кресло и увлекаю за собой Милашу, усаживая её на колени.

Сегодня на завтрак овсяная каша с фруктами. Мы обе любим такое, поэтому сразу принимаемся за еду.

Баринов несколько секунд внимательно нас изучает, а затем увлекается телефоном.

Блин, упустила момент. Надо было сразу про сестру рассказать, теперь вроде как неудобно.

Мне вообще после вчерашнего в принципе рядом с мистером деревяшкой неудобно. Как только посмотрю на мужчину, так перед глазами наш поцелуй всплывает.

И ведь вроде бы мне никак не намекают, не вспоминают, не навязываются, но стыдно.

Я Баринова, как мужчину не рассматриваю. Он мой босс и отец Миланке, всё.

Думаю, вчера на нас просто повлиял алкоголь.

Ну на меня так точно, а Баринов — мужчина у них вообще всё проще. Красивая фигура и лицо можно и в постельке вместе "поваляться".

Сегодня вон, судя по хмурости, пришло осознание содеянного, и никто не планирует строить со мной отношения. Слава богу.

Хм. Вот интересная история. Андрей Кириллович, ведь симпатичный, накачанный, высокий, богатый, уверенный в себе, ну и ещё кучу всего. Вот только меня не прельщает. Всех дам вокруг сводит с ума, а меня нет.

Я просто вынуждена находиться рядом ради Миланки...

Или я всё-таки вру себе и отчаянно желаю убедить мозг в отсутствии влечения?

— Я сегодня отъеду по делам, — врывается в размышления голос того, о ком думала.

— Эм... Хорошо? — последнее слово выходит вопросительным, потому что от Баринова можно ожидать и приглашения. Непонятно что в чужой голове.

— Найдёте чем развлечься?

Фух. С собой не зовёт уже хорошо.

— Конечно, — отвечаю с плохо скрываемой радостью в голосе.

Ну да, я действительно рада, что не придётся, целый день провести в компании босса. Напрягает он меня последнее время.

— Единственное с территории отеля не уходите, я парней с собой заберу. Если что-то понадобится, можете записать на мой счёт, — говорит Андрей Кириллович и поднимается.

— Поняла. Думаю, здесь столько всего интересного, что скучать не будет времени. Да, Милаша?

— Дя! — восторгается малышка, и деревянное сердце Баринова на секунду растаяло, ведь он улыбнулся.

— Отлично. И если что мой номер у вас есть, — произносит и покидает сначала гостиную, а затем и номер.

Мы остаёмся вдвоём.

— Ну что, чем займёмся? — обращаюсь к малышке. — Кубики пособираем?

— Дя!

Время с Милашей пролетает незаметно.

Так круто, когда не нужно беспокоиться ни о стирке, ни о глажке, ни даже о готовке. Всё сделают за тебя, а ты можешь каждую секунду посвящать дочери.

Не жизнь, а сказка.

До обеда мы немного пособирали кубики, поиграли в догонялки и дочки-матери, поучили новые слова и повторили старые, а потом нам принесли обед.

После насыщенного дня Милаша с удовольствием поела и завалилась на дневной сон. Пока она спала, я уделила время работе и немного себе, а после пробуждения, мы приняли волевое решение выбраться за пределы номера и изучить пространство вокруг.

Первым пунктом нашего пути стал фонтан перед входом в гостиницу.

Мы и ножки помочили, и камушки покидали, да даже под брызгами немного постояли. Благо на улице всё так же плюс двадцать пять и одежда быстро высохла.

Затем отправились рассматривать деревья и цветы, растущие на территории.

— О! — в какой-то момент Милаша заметила детскую площадку.

Такое место, конечно же, нельзя пропустить.

Первым делом мы исследуем горку, потом всякие лазилки и качели. На последних задерживаемся чуть дольше. Любит малышка качели, что поделать.

И вот как раз, когда я качаю Миланку и по пути учу с ней новые слова, к нам подходит представительный мужчина. Одет в чёрный строгий костюм, каштановые волосы зачёсаны назад, на лице непроницаемое выражение.

— Здравствуйте, — басит подошедший. — Я Степан. А вы Ассоль Сергеевна, правильно?

— Здравствуйте. Верно. Откуда вы меня знаете? — хмурюсь, ведь вижу человека впервые, а он уже по имени-отчеству обращается.

— Меня прислал Андрей Кириллович. Велел вас привезти.

— Зачем? Он ведь вроде по делам уехал.

— Мне не докладывали, — жмёт плечами.

— А почему сам не позвонил?

— Связи нет.

— То есть вы не против, если я сейчас сама позвоню Андрею Кирилловичу и уточню? — спрашиваю, ведь почему-то не верю мужчине.

Слишком бдительная, наверное. Да и ещё Баринов всякое говорил, типа конкуренты, все дела.

— Звоните, — спокойно отвечает Степан.

Что ж ладно, проверю. Выуживаю телефон из кармана и набираю мистера деревяшку. Секунда, две, три и автоматический голос говорит, что абонент вне зоны действия сети.

— Хм.

— Я же говорю босс за городом и связи нет, — видя, что я не добилась результата, произносит мужчина.

— А почему Андрей Кириллович не прислал Марка или Арсена? — не унимаюсь.

— А мне почём знать. Я человек подневольный, что говорят, то делаю, — опять непринуждённо жмёт плечами.

С одной стороны, мужчина не волнуется не суетиться, как будто действительно просто выполняет приказ, а с другой, всё моё нутро противится этой поездке.

Хотя меня, когда в Бариновском доме запирали, нутро противилось, а когда Андрей Кириллович пришёл Милашу отбирать, молчало.

Вот и фиг знает что делать...

— Ну так что едем? — нарушает молчание Степан.

— Вы знаете, я, наверное, откажусь. Передайте Андрею Кирилловичу, что мы подождём его в отеле, а если у него не получается приехать ночевать, то ничего страшного. Мы справимся, — всё-таки решаюсь довериться чутью.

— К сожалению, я не могу вам этого позволить. У меня есть распоряжение. Вариантов не было. Сказали привезти, значит, надо ехать, — мужчина явно недоволен отказом.

Хотя, вспоминая парней охранников, они тоже вечно недовольны, если я нарушаю приказы босса.

Блин, запуталась в собственных мыслях.

— Ладно, поехали. Но учтите, если вы похититель я ужасна в гневе, — угрожающе тычу пальцем в сторону Степана.

— Охотно верю, — неожиданно невозмутимое лицо озаряет улыбка.

Такое выражение сразу располагает, и я уже меньше сомневаюсь в принятом решении.

— Мне только надо в номер за вещами для малышки. Я так понимаю, мы с ночёвкой останемся?

— Да. Только, пожалуйста, недолго, — кивает мужчина, и я подхватываю Миланку и бегу наверх, чтобы собрать минимум вещей для ночёвки в другом месте.

Если честно, то, что нас отпустили собраться, ещё больше убедило в прозрачности намерений Степана. Думаю, если б похищал, точно бы никуда не отпустил. Придумал бы кучу причин, но не отпустил.

— Посиди здесь, милая, — говорю Милаше и быстро закидываю вещи в её рюкзачок.

Буквально через десять минут мы уже спустились в холл, где нас терпеливо ждёт мужчина в костюме.

— Мы готовы. Можно ехать.