Верни мне дочь

Глава 9

Остаток вечера мы с Милашей провели, разбираясь с новыми игрушками и осваиваясь на новом месте.

Ближе к девяти вечера я покормила малышку (опять попросила Машу принести еду в комнату), а затем уложила дочку спать.

— Спокойной ночи, зайка, — поцеловала любимый лобик и подоткнула одеяльце.

Всё, на сегодня работа мамы, то есть няни, окончена, теперь можно уделить время себе.

Только подумала, как желудок призывно заурчал.

— Ой, я ведь сегодня ничего не ела.

Первой мыслью было отправиться на поиски кухни, но потом я подумала, что это чревато встречей с хозяином дома. Оно мне надо? Скорее всего, нет.

Что ж, доставка работает круглосуточно.

Беру телефон и заказываю пиццу. Ну да, на правильное питание слабо тянет, но это лучше, чем лечь спать голодной.

Курьер позвонил, что подъезжает буквально через пятнадцать минут. Довольная, мчусь к главным воротам и получаю свою драгоценную коробочку.

М-м-м-м, сейчас я буду кушать.

Но разве я буду я, если не найду проблем на ровном месте...

Туда я добралась без проблем, зато на обратном пути прямо в холле мне повстречался худощавый с кудрявыми волосами мужчина. У меня почему-то сразу возникла ассоциация с главным героем одного известного мультфильма про поварёнка и крысу. [1]

— Доброго вечера, — вежливо здороваюсь и пытаюсь обогнуть мужчину, который, заметив меня, выпучил глаза и жадно хватает ртом воздух.

Неужели так впечатлился моей красотой? Вовсе не стоило.

— Что за мерррдэ[2] здесь происходит? — вместо ответа с французским акцентом завопил кудряшка.

И чего так орать-то? Аж в ушах зазвенело.

— Какого диабле[3] я целыми днями провожу на кухне? — истерика продолжается, и те слова, что он вставляет не на русском, явно далеки от прекрасных эпитетов.

— Эм... Попробуйте дышать, — пытаюсь успокоить мужчину, но, кажется, делаю только хуже. Вместо успокоения он вообще приходит в ярость и сосредотачивается на мне. До этого он метал молнии в коробку с пиццей, а теперь, кажется, желает испепелить меня.

— Вы! Как вы посмели? — тычет указательным пальцем в мою сторону.

— Простите, а можно точнее? Я не понимаю, — бормочу, пытаясь уловить суть претензии.

— Это возмутительно! Не понимает она! — кричит и тычет в коробку с пиццей.

Упс. Кажется, до меня дошло и дело точно не в красоте.

— Вы повар? — на всякий случай уточняю, но для собственной безопасности отступаю на шаг.

— Точно! — задирает подбородок.

— Адам, что случилось? — из своего кабинета, видимо, услышав шум, выходит Баринов собственной персоной.

Блин, весь дом переполошил этот Адам из-за какой-то пиццы.

— Андррэ, я увольняюсь! — кудряшка тут же переключается на хозяина дома.

Какое милое обращение. Хочется улыбнуться, но я сдерживаюсь.

— Что на этот раз? — со вздохом спрашивает Баринов.

— Доставка, Андррэ, доставка! Это выше моих сил!

Ой-ёй, многоуважаемый Андррэ заметил меня и в очередной раз нахмурился. Надо узнать, когда у Андрея Кирилловича день рождения, подарю ему крем от морщин.

Тьфу ты, что за мысли? Тут у нас проблема вселенского масштаба, а я...

— Пойдём в кабинет, обсудим. И не забывай дышать, — Баринов быстро забывает обо мне и берёт Адама под локоток.

— Ты не понимаешь... — по пути жалуется повар, — мало того, что ты всё время на работе. Готовлю для персонала, некому по достоинству оценить мои труды. А тут ещё и это...

Дальше не слушаю, а спешу покинуть место преступления. Я должна успеть уничтожить одну из главных улик. Вот сразу после, я обязательно буду готова ответить за нарушение по всей строгости закона, но сначала я поем.

Добравшись до комнаты, удобно располагаюсь в кресле и уплетаю пиццу. Когда целый день не ел, кажется, что она невероятно вкусная.

Я тороплюсь, ведь точно знаю — меня придут карать снайперским взглядом и колкими, скорее всего, обидными фразочками.

Вот только я успела расправиться со своим вредным ужином, умыться и даже расстелить кровать, а грозный дядя так и не пришёл. Что ж, кажется мистер деревяшка решил оставить упрёки и нравоучения на завтра. Ладно, я не против, буду ложиться спать. Это был тяжёлый день.

Достаю из шкафа свою любимую пижаму с цветочками и быстро перепрыгиваю из штанов в шортики, а вот из футболки в маечку... Не успела. Ну точнее, снять футболку успела, а вот надеть верх нет.

Дверь распахнулась, и на пороге появился тот самый грозный дядя.

— Начните стучать! — возмущаюсь недовольно и спешу прикрыться, чтобы не сверкать хлопковым бельём.

— Начните закрываться! — тут же реагирует мистер деревяшка. — С вашим появлением в доме одни проблемы, — сразу продолжает нападать.

— Во-первых, не кричите, Милаша спит, — киваю в сторону кроватки. — А, во-вторых, в чём я опять виновата?

— Из-за вашей выходки повар чуть не уволился! — рычит, но поубавив пыл. Радует, что на дочь ему не всё равно.

— Извините, но я человек новый. Ничего здесь не знаю. Мне захотелось есть, пришлось выкручиваться, — по интонациям нисколько не уступаю. — Я не виновата, что у человека существуют естественные потребности. Выживаю как могу.

Желваки Баринова бегают, глаза прожигают во мне дыру, а в голове идёт мыслительный процесс.

Молчу и не провоцирую. Сил ругаться просто нет. Я выжата и физически, и эмоционально. За последние дни получила столько эмоций, сколько за неделю не всегда получалось.

Спустя несколько минут мужчина вздыхает, а затем говорит то, что я меньше всего ожидала услышать.

— Хорошо, пойдёмте покажу вам дом, чтобы впредь не было проблем.

Это значит меня оправдали?

— Эм... Ладно, — несмотря на усталость соглашаюсь. Вечерняя прогулка после вредного ужина пойдёт на пользу, да и узнать, как устроен дом, тоже не повредит. — Мне надо лишь переодеться и можно идти, — сказала и жду.

Баринов вместо того чтобы тактично выйти, ну или хотя бы отвернуться, просто стоит, ждёт, и его взгляд с моего лица съехал на мои ноги. Бессовестный!

— А вы можете выйти? Мне говорю, переодеться надо, — приходится произнести, чтобы вернуть Андрея Кирилловича в реальный мир.

Вот до чего странные существа эти мужчины... Вроде бы и беситься из-за меня, иногда будто придушить готов, но скользнуть взглядом, а то и вовсе хорошенько так зацепиться, возможность не упускает. Уверена, предложи я что-то большее, он бы точно не растерялся.

— Эм, да, — говорит пару раз моргнув. — Буду ждать вас в коридоре.

Надо же, есть всё-таки в нём что-то адекватное.

Не хочу долго рассусоливать, поэтому как только Баринов вышел, быстро возвращаюсь в домашний наряд, проверяю Миланку и топаю на выход.

Баринов стоит в полуметре от нашей комнаты и разглядывает картину на стене.

— Можем идти, — произношу и ловлю на себе удивлённый взор.

— Шустро вы, — хмыкает.

— А чего рассусоливать... — озвучиваю свои недавние мысли.

— Тоже верно. Идёмте. Начнём с кухни.

Баринов уверенным шагом отправляется на первый этаж.

Я семеню за ним следом и поражаюсь, что несмотря на вечер, мужчина до сих пор в брючном костюме и рубашке. Неужели всё ещё работал?

Ну и если так, то напрашивается логичный вопрос: как он собирался воспитывать Милашу? Хотел спихнуть на какую-то неизвестную даму?

— Вот здесь у нас кухня, — голос Баринова вырывает из размышлений. — Кофемашиной пользоваться умеете?

— Угу, — киваю, а по пути мысленно ликую. Эта та детка, что скрасит мои утра.

— Адам накрывает мне завтрак в шесть тридцать. Если у вас другие предпочтения, вы можете просто сказать ему об этом.

А Баринов, оказывается, ранняя пташка.

— Эм... Думаю, не стоит. Я утром пью только кофе и иногда могу съесть бутерброд. А вот с Милашей... Надо разработать для неё домашнее, — выделяю последнее слово интонацией, — расписание и обсудить меню, чтобы повар был в курсе.

— Кстати, насчёт отказа от садика. Я сегодня навёл справки, да и просто проанализировал... В общем, вы правы, ребёнку необходима социализация, плюс сад действительно престижный. Короче говоря, можете водить Милану в детский сад, — говорит, и моя челюсть начинает дрожать от раздражения.

— Вы хотите сказать, что я зря увольнялась? — тут же выпаливаю.

— Нет. Дети часто болеют...

— Для этого есть такая штука под названием больничный!

— Хм, опять перебиваете, — как бы подмечает, а затем продолжает: — Плюс я часто летаю по делам и планирую брать дочь с собой, а, соответственно, и вас. Для таких случаев есть какие-нибудь «штуки»? — приподнимает бровь.

— Эм... Нет, — виновато опускаю взор. Обидно, что у Баринова на всё есть свои аргументы.

— То-то же. Пойдёмте дальше, — говорит и ведёт в постирочную. — Здесь можно пользоваться машинами или попросить персонал.

Это, видимо, мне за джинсы прилетело.

— Поняла, — говорю, и мы движемся по направлению хозяйского кабинета.

— Ассоль Сергеевна, — вдруг останавливается и оборачивается, — вот скажите, неужели может быть так дорога работа, что вы готовы совмещать?

— Конечно. Я люблю свою работу. То есть любила, — отвечаю искренне и вздыхаю.

— А напомните, кем вы работали в фирме Тирбина?

— Вы ведь уже всё узнали, зачем мой ответ?

— Ну у меня информация, что вы были помощницей. Неужели за работу принеси-подай можно так держаться?

— Каждому своё, — пожимаю плечами и решаю не развеивать миф о себе.

Валентин Семёнович никогда не афишировал моих обязанностей и получается, даже после увольнения не стал. Ну и пусть. Пусть Баринов думает что хочет.

— Ладно, раз вы такая преданная, я компенсирую это в зарплате. Вот здесь, кстати, мой кабинет. Завтра утром приедет юрист. Вам надо будет подойти и подписать договор. Сможете?

— Да. Только Миланку в сад отведу и сразу зайду.

— Также я подумываю нанять дополнительного охранника и купить машину, чтобы не переживать за ваши перемещения.

— Как посчитаете нужным. Только можно нам Марка или Арсена, а вы с новенькими сами разбирайтесь. Вы ведь не уволили Марка?

— А что успели подружиться?

— Ну не то чтобы, но мне бы не хотелось становиться причиной чужого увольнения.

— Я понял. Пойдёмте на второй этаж.

— Думаю, вы показали всё, что может нам пригодиться. Спасибо. Сейчас я устала и хочу спать, — говорю и спешу вернуться к себе.

На втором этаже мне могут показать только спальни, гостевые и хозяйские. Оно мне надо? Не думаю.

— Доброй ночи, Ассоль Сергеевна. Надеюсь, впредь у вас не возникнет проблем, — доноситься в спину и я лишь угукаю в ответ.

Вроде бы нормально общались, но напоследок всё равно уколол.

Мистер деревяшка он и в Африке мистер деревяшка.

[1] — речь о мультфильме «Рататуй»

[2] — ругательство на французском, переводиться как дерьмо.

[3] — французское слово, переводится как дьявол.