Верни мне дочь

Глава 33

Следующие два месяца я старалась мыслить позитивно, воспитывала дочь, наблюдалась в местной поликлинике и просто жила.

К Сергею присмотреться так и не получилось. Ну не лежит душа, и всё тут.

Мужчина же продолжает находиться рядом и никак не проявляет ко мне мужской интерес. Он как будто смирился с френдзоной, но если что всегда готов помочь. Этакий идеальный друг.

Беременность протекает довольно спокойно. По утрам меня иногда подташнивает конечно, но в остальном всё прекрасно.

Сегодняшний день должен был стать одним из череды похожих друг на друга дней, но подъехавшая к воротам машина внесла коррективы.

— Милаша, я пойду посмотрю, кто там, а ты подожди здесь, — говорю дочери, а сама чувствую, как меня немного потряхивает.

Я точно знаю, кто там приехал, ведь Машка позвонила сначала, но я так привыкла к уединению, что сейчас страшновато встретиться с внешним миром.

Ну да, возможно это я загоняюсь и Синичкина явно не вестник вселенной, но с гормонами разве поспоришь...

— Привет, подруга! — Машка улыбается во все тридцать два и с удовольствием идёт на контакт.

— Привет. Ты одна? — спрашиваю, заглядывая за спину девушке и пытаясь разглядеть, нет ли кого чужого на заднем сиденье автомобиля.

— Нет, конечно. Сейчас подъедет автобус с людьми.

— Что?! С какими ещё людьми? — в мгновение напрягаюсь.

— Так со всякими. Ты что забыла, я всегда в сопровождении свиты из ста человек езжу в гости к сбежавшей подруге.

— Тьфу ты, Маша! Шутки шутить.

— Конечно, шучу. Одна я. А ты чего так напряглась-то? Уже три месяца Баринов о вас ни сном ни духом, с чего ему сейчас появится? Ты же его ждала, да?

— Никого я не ждала! — немного дёргано огрызаюсь. — Просто для приличия уточнила.

— Ну да, ну да, — хмыкает Машка и достаёт с пассажирского сиденья тортик. — На чай пригласишь или так и будем стоять у ворот? Я вот вам гостинцы привезла, — поднимает коробку с тортом на уровень подбородка.

— Ой, да, конечно. Проходи. Что-то я сейчас совсем рассеянная стала.

— Заболела, что ли? — интересуется подруга, пока идём в дом.

— Да не, через шесть месяцев пройдёт.

Машка резко тормозит.

— Да ладно?! От Баринова? — шокировано вскрикивает.

И как так быстро догадалась?

— Угу.

— Ма-а-а-ать... Вот это ничего себе у вас здесь страсти. И он, естественно, не знает, да?

— Нет, конечно! Не дай бог!

— Мама? — из-за угла выглядывает настороженная Миланка.

Видимо, испугалась, увидев мой немного ошалелый взгляд, перед тем как я пошла встречать Синичкину.

— Хэхэй, малыш, привет! — подруга переключается на ребёнка. — Я тётя Маша, помнишь меня?

Милаша немного расслабляется и вступает в диалог.

— Мафа?

Спустя несколько минут они уже вовсю болтают и собираются идти играть в куклы. Хорошо, что у меня общительный ребёнок.

— Пойду поставлю чайник, — говорю, наверное, больше для себя, ведь девочки дурачатся и почти не обращают на меня внимания.

На кухне я сначала нажимаю на кнопку, и комната наполняется шумом от электрического чайника, а затем вскрываю торт и достаю чашки.

За этой обыденной рутиной не обращаю внимания, как ухожу в себя и размышляю обо всём и не о чём одновременно. Тело двигается, а мозг живёт своей жизнью.

Примерно на третьем месяце беременности я стала обращать внимание на такую особенность. А вот, например, когда Арина была беременна Милашей, за ней я ничего подобного не замечала. Интересно, как это работает?

— Сола! — чуть ли не в ухо орёт Машка.

— Ой, — вздрагиваю.

— Ну ты даёшь. Ору, ору тебе, а реакции ноль.

— Прости, немного задумалась. А где Милаша? — спрашиваю, ведь малышки нет на кухне.

— На горшке. Сказала сейчас сама придёт. Помощь ей не ну нужна и зрители тоже, — поясняет подруга, закатив глаза и цокнув языком.

— Это да. У нас, похоже, начинается фаза "я сама", — улыбаюсь и разливаю кипяток по чашкам.

— Угу, — мычит Машка и занимает место за столом. — Слушай, я тут подумала, как вы здесь вообще выживаете вдвоём? До этого не получалось приехать, а сейчас понимаю зря. Надо было давно заглянуть. Может, в городе что-то подыщем вам?

— Вот ещё. Мы нормально живём, а не выживаем. С соседом вон познакомились, если мне нужна мужская сила, он всегда помогает. С чего вдруг такие вопросы? — занимаю место напротив Машки и делаю глоток чая. Не нравится мне настроение подруги, и за обыденными действиями я пытаюсь скрыть эмоции.

— Да просто посмотрела и поняла, что это всё не для вас. Что насчёт Баринова думаешь? Расскажешь про беременность?

— Нет, конечно! И ничего я про него не думаю. У нас разные пути.

— А он переживает. Видела его вчера на встрече. Осунулся. Бледный весь. Рассеянный. Если честно, впервые вижу мужчину в крайней степени отчаяния. Может, поговорите?

— Маша, ну ты что?! Я только начала расслабляться, перестала оглядываться, а ты мне...

— Мама, я покакала, — детский крик обрывает меня на полуслове.

— Прости, я сейчас, — говорю и убегаю помогать малышке.

Пока совершаем все необходимые манипуляции, размышляю о только что полученной информации и злюсь. Баринов даже Машку, которая была настроена строго негативно, сумел расположить к себе. Не человек, а хамелеон.

— А вот и мы, — спустя несколько минут мы с Милашей появляемся на кухне.

— Дай ему шанс. Пожалей мужика, а, — Синичкина сразу возвращается к последней теме.

— Он меня не пожалел, — стараюсь говорить спокойно, ведь нервничать вредно. — Перевернул нашу жизнь с ног на голову, прокатил несколько раз по эмоциональным качелям и хоть бы что.

— Ну не знаю. Это жестоко, — девушка пожимает плечами.

— Маш, всё. Тема закрыта, — пытаюсь угомонить подругу, но одногруппницу так просто не возьмёшь.

— Ага, как и наш проект. Баринов пока заморозил дом. И если честно, мне кажется, Андрей Кириллович потихоньку сходит с ума. Я наводила справки, и он буквально помешался на ваших поисках. Бизнесом почти не занимается, всё замы волокут. За собой не следит, поесть забывает. Короче, Сол, это жуть.

— Хватит. Мне это не интересно. Сейчас нам спокойно. С Андреем жили как на пороховой бочке. Больше не хочу. Правда. Да, возможно, его стоит пожалеть, но кто пожалеет меня, когда он отберёт Ми... — бросаю короткий взгляд на малышку и замечаю, что кто-то греет ушки на взрослых разговорах, — ну ты поняла. И мало того, что отберёт, так ещё организует мне небо в клеточку, друзей в полосочку за похищение.

— Думаю, ты ошибаешься. Сейчас он готов на всё, лишь бы увидеть вас вновь.

— Маша! — всё-таки повышаю голос.

— Ладно-ладно, я поняла. А что у тебя за сосед, говоришь? У вас эт самое? — девушка трёт указательные пальцы рук друг об друга.

— Маша! — на этот раз мой голос звучит удивлённо.

— Ну а что, я подумала, если не хочешь возвращаться, значит, нашла другой вариант.

— Никаких вариантов я не находила. Тебе напомнить о моём положении и по чьей вине случилось это самое положение?

— Хм. Ну да, не подумала.

Стук в дверь заставил нас одновременно повернуть голову на звук. А затем я взглянула на часы.

— Сеёжа! — малышка уже выучила, когда приходит сосед, и побежала встречать гостя.

— О, сейчас познакомлю тебя с моим новым другом. Кстати, ты у нас свободная. Может эт самое? — повторяю жест указательными пальцами.

— Ой, да ну. С этими мужчинами одни проблемы. Беременности вон всякие. Одной лучше. У меня работа знаешь сколько времени съедает? Ой... Мама дорогая, — Машка удивляется и подвисает, ведь на кухню входит Сергей, а он, знаете ли, умеет произвести впечатление.

— Добрый вечер, дамы. Я не вовремя? — говорит сосед, и Машка расплывается лужицей по стулу.

Кажется, кто-то только что пересмотрел свои взгляды на отношения.

Хмыкаю и знакомлю Сергея с одногруппницей.

Дальше мы просто как приятели непринуждённо общаемся, а Синичкина старается держать лицо и не распускать слюни.