Верни мне дочь

Глава 29

— Итак, гостиная. Так как здесь планируется камин, то будет логично расположить неподалёку пару кресел. Вот здесь. Также перед камином предлагаю постелить ковёр с высоким ворсом, — начинаю планомерно описывать, что и где будет располагаться, при этом хожу из угла в угол, не забывая покачивать бёдрами и держать осанку.

Баринов же стоит посреди помещения не двигаясь, лишь глаза неотрывно следят за мной.

Как мне кажется, по выражению лица, мужчина собран и напряжён.

Плохо.

Не представляю, как втереться в доверие, когда навстречу идут неохотно.

— Вам не кажется, что интерьер слишком типичный? Никакого разнообразия, — с пренебрежением произносит Баринов, когда я заканчиваю описывать гостиную.

— Ой, нет. Что вы? Не забывайте о деталях... — на секунду теряю самообладание и выпускаю на волю настоящую Солу, но быстро вспоминаю, с кем имею дело и возвращаю томную маску на лицо. — Всё дело в деталях. Мелочи решают. В последнем образце я вам высылала...

— Мне не нравится. Надо будет переделать, — жёстко перебивает.

— Хорошо, — на эмоции меня сегодня ничего не способно спровоцировать, поэтому уверенными движениями достаю блокнот и карандаш. — Что именно вам не нравится и хотелось бы изменить?

— Вы дизайнер, вот и посоветуйте, — говорит и принимает закрытую позу, сложив руки на груди.

Та-а-ак, кто-то настроен вредничать, хорошо. С такими клиентами мне тоже приходилось работать, опыт только положительный, так что вызов принят.

— Я поняла. Предлагаю тогда определиться со стилем. Какое настроение у вас, когда вы представляете вот здесь камин? Мечтательное, расслабленное? Или может быть вообще напряжённое?

— Интимное... — не задумываясь выдаёт.

Внимательно смотрю на Баринова, а у него в глазах практически бегущей строкой ярко-красными огнями светиться желание и страсть.

О, кажется, кому-то уже тяжело сдерживать внутренних демонов. Мысленно поаплодировала себе и продолжаю.

— Отлично. С настроением решили. А какую мебель вы предпочитаете для... Кхм. Когда у вас такой настрой? — вдруг неудержимо краснею, ведь осознаю, что именно я объект того самого желания и страсти. Чтобы не спалиться, опускаю взор в блокнот и ругаю себя за слабость. Я, вообще-то, изначально планировала соблазнение и доведение до полуобморочного состояния, а теперь вдруг начала стесняться.

Наверное, дело в продолжительном отсутствии мужского внимания в моей жизни.

— Любая горизонтальная поверхность подходит, — Андрей Кириллович отвечает на вопрос после нескольких секунд молчания. — И знаете... Я сейчас в красках кое-что представил... Думаю, ваш вариант интерьера мне нравится. Особенно ковёр.

Господи, напряжение буквально витает в воздухе.

Собраться, Сола! Собраться!

— Прекрасно. Тогда оставляем всё как было? — произношу и восхищаюсь ровности своего голоса. Ни одна буква не дрогнула, пока говорила.

Я действительно профессионал своего дела.

— Да. И добавьте ещё диван.

Угу, диван. Запишем. Подождите, диван? А куда же я его засуну? Он здесь совсем не к месту.

В голове начинают танцевать разные варианты, и это хоть немного, но сбрасывает с меня наваждение. Пока думаю, где примостить дополнительную мебель, переключаюсь и даже не обращаю внимания на заказчика. А зря.

— Ассоль Сергеевна? — раздаётся прямо над самым ухом.

— Ой, — вздрагиваю и инстинктивно отшатываюсь на пару шагов. — Зачем же так пугать? — вырывается грозное.

— Просто вы не реагировали... — говорит мужчина, и, мне кажется, в его глазах прыгают смешинки.

Наслаждается, что сумел застать меня врасплох.

— Да, простите, немного увлеклась, — опять включаюсь в работу. — С гостиной мы пока закончили, правки я внесу позже и вышлю вам новые варианты. Сейчас предлагаю посмотреть кухню.

Вместо ответа Баринов кивает и следует за мной в ту часть дома, где запланирована кухня, совмещённая со столовой.

Мужчина снова встаёт в центре, а я буквально танцую вокруг и рассказываю всё то, что Андрей Кириллович уже в цвете и даже в объёме видел на компьютере.

Зачем это показательное выступление непонятно, но, как говорится, желание клиента — закон.

На кухне, как собственно, и в остальных уголках первого этажа у мистера деревяшки правок не появилось.

Это, если честно, странно.

Баринов как будто абстрагировался и мысленно где-то очень далеко. Правда при этом не забывает следить за каждым моим шагом. Как хищник, притаившийся в кустах, следит за своей жертвой, так и Андрей Кириллович наблюдает за любой сменой местоположения. Немного жутковато, ведь взгляд такой... сканирующий, что ли, но я продолжаю мило улыбаться и кокетничать.

— Здесь мы закончили. Предлагаю пройти на второй этаж.

— Ведите, — произносит Баринов низким от длительного молчания голосом.

Ой! А чего это у меня мурашки побежали? Видимо, слуховые рецепторы очень чутко среагировали на бархатный тембр клиента.

А ну ка! Чур меня, чур!

Это я должна вскружить голову мужчине, а не наоборот.

Ругаю себя, пока поднимаемся, а потом спрашиваю:

— С какой комнаты вы хотели бы начать?

Только не с детской. Только не с детской! Мысленно молюсь.

Там я могу расклеиться, ведь интерьер подбирала под свою малышку и оказаться сейчас там будет целым испытанием для меня.

— Моя спальня, — раздаётся за спиной.

— Отличный выбор, — облегчённо выдыхаю. Минутка сентиментальности откладывается.

— Ваша спальная комната будет расположена как раз в начале коридора, так что после мы сможем продвигаться по порядку, — продолжаю рассказывать и распахиваю выдуманную дверь.

Пока ещё ничего не установлено, но это не мешает мне создавать иллюзию готовой обстановки.

— Я решила сделать комнату немного брутальной, но в то же время уютной. Вот прямо там, где вы стоите, как раз предлагаю постелить медвежью шкуру, а вот в том углу установим небольшой диванчик и кофейный столик рядом. Но основной композицией комнаты, конечно же, станет кровать. Поставим её здесь. С размерами предлагаю не мелочиться, чтобы, если вы обзаведётесь большой семьёй, смогли вмести...

— Мне кажется, место выбрано для постели не очень, — перебивает Баринов.

Ну вот, а я думала хорошо пошло. Увы, показалось.

— Думаю, вы ошибаетесь и не можете взглянуть на картину целиком, — произношу, а в голове рождается сумасшедшая идея. — Сейчас я вам покажу.

Иду к пакету, которым накрыта пара кресел. На них отдыхают строители, а в своё отсутствие накрывают мебель целлофаном.

Резким движением срываю пакет и перемещаюсь туда, где должна быть кровать.

Баринов неотрывно наблюдает за моими манипуляциями.

— Сто восемьдесят на два. Примерно так, — бормочу, складывая пакет в нужный прямоугольник, а затем расстилаю его на полу.

— По мне, это прекрасное место, — говорю, расстёгиваю пиджак, кидаю его поверх пакета и несмотря на весь тщательный утренний марафет, укладываюсь прямо на пол, показывая, что я права в выборе места и уступать не планирую.

Приподнимаюсь на локтях, перевожу уверенный взгляд на Баринова и замираю. На мгновение я, кажется, даже забыла, как дышать.

На меня смотрит не просто хищник. Зверь. Голодный, дикий зверь.

Твою мать. Пиджак!

Сняла не подумав, но теперь уже поздно что-то менять, поэтому невозмутимо интересуюсь:

— Нравится?

— Более чем, — опять хрипло отвечает, и почему-то у меня стойкое ощущение, что речь вовсе не о кровати.

— А зачем вы снимаете пиджак? — округляю глаза, ведь Баринов уже расстегнул пуговицы и сейчас неумолимо приближается.

— Тоже решил опробовать будущую кровать, — говорит так же невозмутимо, а затем бросает верхнюю часть своего гардероба на пол и укладывается на спину рядом со мной.

— Прямо на грязный пол! Вы что? — мои глаза уже вылазят из орбит.

— А вы? — возвращает вопрос.

— Я показываю.

— А я пробую.

— Но вы же бизнесмен.

— А вы дизайнер, архитектор, озеленитель, помощница босса и иногда буквально по выходным, няня!

— Ну да, забыла, с кем имею дело. Мистер деревяшка во всей красе!

— Это я-то деревянный?! Да я пушистый котёнок в сравнении с меркантильной и... — короткий зырк в район обнажённых ног. — Вами в общем!

— Я? Меркантильная? Да я вообще не про деньги! Это вас, как переклинило. Деньги. Деньги. Деньги! Как зомби, больше ничего в этой жизни не видите! — тяжело дышу и хочу выцарапать Баринову глаза. Вся моя напускная сексуальность слетела в мгновение.

— Что, по-вашему, я должен увидеть? То, что бросили Милашу? Или то, что вы ведёте себя как падшая женщина? Так, я заметил. Вот вы с машины вышли, сразу и заметил!

Как моя рука взметнулась вверх и полетела на встречу с Бариновской щекой, я даже не успела понять, вот только Андрей Кириллович будто был готов и перехватил моё запястье.

— Козёл! — выплюнула в мужское лицо, потому что все наши манипуляции заставили нас повернуться на бок и оказаться лицом к лицу.

— Знаю. Зато вы очень милая, когда сердитесь, — ответил мистер деревяшка и ка-а-ак навалится на меня.

— Эй! Эй! Вы что творите? — вскрикиваю, но мой крик неожиданно тонет в наглом, бесцеремонном и властном поцелуе.

Прямо как тогда в отеле, только на этот раз мужчина немного жёстче. Будто наказывает, но в то же время навёрстывает.

Вроде бы не хочу, но моё тело меня передаёт. Руки, например, уже обхватили мужскую шею, язык так и вовсе не уступает Бариновскому, исследуя территории.

Какие-то безумные лобызания.

Если нас кто-нибудь застукает, подумают, что люди сошли с ума и пытаются друг друга покалечить.

Переживаю ли я по этому поводу? Нисколько.

Я полностью отдалась моменту и, кажется, готова признаться, что Баринов целуется как Бог.

— Какая же ты сладкая, — говорит мужчина, всего на секунду оторвавшись от моих губ и позволив глубоко вдохнуть, а затем он возобновляет поцелуй, но с наименьшим напором. Видимо, понял, что я не сопротивляюсь и теперь бессовестно этим пользуется.

Руки уже распустил, изучает, гладит, сжимает.

Колено как бы невзначай поставил меж моих бёдер и чуть надавил, вынуждая развести ноги. Как только появилось свободное пространство, сразу перенёс вес тела так, чтобы оказаться в развратной позе.

Ещё несколько манипуляций и всё случится прямо на грязном полу стройки.

Нет! Не могу. У меня другой план.

— Подождите! — тяжело дышу и отстраняюсь. — Позвольте мне встретиться с Милашей, пожалуйста, — решаюсь попросить.

Баринов сразу хмурится, затуманенный взор проясняется и появляется недоверие.

— Я потом на всё согласна, только позвольте увидеть малышку, — пробую последний аргумент.

Надеюсь, мужчина настолько распалён, что согласится.

Я, конечно, рассчитывала на возбуждение, но что сама так сильно увлекусь, не подозревала...

Несколько минут Баринов неотрывно смотрит в глаза и размышляет. Правда, мне кажется, не размышляет, а борется с собой и остатками разума. Думаю, понимает, если он откажет мне, я откажу ему.

— Ладно, поехали, — бросает короткое, а затем поднимается и помогает подняться мне.

Слава богу, сработало. Совсем скоро я увижусь с малышкой!