Верни мне дочь

Глава 35

— Ладно, — сдаюсь под всеобщим напором.

— Ула! — кричит малышка и бежит к своему халатику на шезлонге. Она знает, что без него мы никуда не пойдём, ведь много солнца тоже вредно. Сергей отправляется помочь ребёнку.

— Я с вас глаз не спущу! — рычу Баринову, как только он поднялся на ноги и отряхнул колени от песка.

— Как приятно. Пожалуй, я с вас тоже, — чуть улыбнувшись, ответил мужчина.

У-у-у-у, вредный!

Дорога домой для всех в целом прошла нормально, а вот лично для меня нервно.

Баринов ещё на пляже взял Милашу на руки и до самого дома болтал с ней и расспрашивал.

Когда мы вышли к дороге, за нами медленно поплелась чёрная машина, за рулём которой я разглядела Марка, а на пассажирском — Армена. В какой-то момент поняла, что я на грани истерики, ведь никто не успеет среагировать, если Андрей Кириллович ломанётся к машине и увезёт малышку.

— Ассоль, ты в порядке? — внимательный Сергей всё подмечает.

— Эм... Да. Наверное, да.

— Тебе нельзя нер...

— Тш! — грозно зыркаю на мужчину.

Тот в ответ сначала удивляется, а после моего кивка в спину Баринова понимающе подмигивает.

— Не смей! — угрожаю одними губами, на что сосед делает пальцами знак окей.

Фух, хоть что-то пусть останется моим личным. Очень надеюсь, Машка додумалась не рассказывать о беременности, потому как если нет, то я её найду и тогда она пожалеет, что мы вообще когда-то познакомились.

В нашем доме Баринов под чутким руководством Миланки совершил экскурсию, а затем уселся на ковре и принялся строить башенки и переодевать кукол.

Странно... Очень странно ведёт себя мужчина.

Не могу расслабиться. Не доверяю, и буквально каждую секунду жду подвоха.

Чтобы не оставлять мистера деревяшку наедине с малышкой, прошу Сергея организовать чай, а сама усаживаюсь в кресло и внимательно наблюдаю за игрой дочери с отцом.

Удивительно, конечно, что Баринов не проявляет агрессии, не угрожает, не орёт, в конце концов, но я слишком хорошо изучила мужчину. Уверена, вот-вот выкинет какую-нибудь гадость.

Пока наблюдаю, в голове одна за другой крутятся мысли о предстоящем похищении у меня ребёнка. И на фоне этого я начинаю продумывать разные пути отступления.

Нам, конечно, нравился этот дом, но, кажется, придётся его сменить.

Если получится сегодня отстоять Миланку, то уже завтра мы куда-нибудь переедем. Для начала можно к Сергею, а там уже видно будет.

В какой-то момент у меня в руках появляется чашка и фирменный пирожок Сергея. Это мужчина позаботился и принёс всё необходимое в зал.

Милаша от чая отказалась, а Андрей Кириллович с удовольствием слопал несколько пирожков и похвалил стряпню соседа.

Угу, подкрепился. Наверняка готовился к похищению и на обед времени не хватило...

В итоге следующие полтора часа я провела как на иголках. Даже в туалет не отлучалась, хотя очень хотелось, а потом Баринов поднялся и сказал:

— С вами хорошо, милая леди, но мне пора.

— Не отдам! — воскликнула и молниеносно поднялась на ноги.

Руки сразу затряслись, а желудок скрутило спазмом страха. Именно этого момента я боялась последние часы и именно поэтому не отпустила соседа домой. Сергей к моей огромной радости согласился и с удовольствием присоединился к игре папы и дочери. Сейчас он вместе с Бариновым поднялся и смотрит на меня с удивлением, приподняв бровь.

Ну да, веду себя немного неадекватно, но лучше так, чем бежать за чёрной тонированной машиной и наматывать сопли на кулак.

— А я и не забираю, — слегка улыбнувшись, произнёс Баринов. — Мы можем поговорить наедине?

— Эм... — подвисаю от столь спокойного заявления.

— Ладно. Давайте выйдем на улицу. Серёж, присмотришь за Милашей? — спустя пару секунд отмираю и соглашаюсь.

— Конечно. Не волнуйся, — отвечает сосед и мы с Бариновым покидаем дом.

Мужчина, правда, сначала поцеловал и обнял малышку, а только после двинулся на выход.

— Предлагаю занять вон ту скамейку, — говорит Андрей Кириллович, указав на недостроенную беседку (осталась от хозяина).

Молча киваю. Я так сильно волнуюсь, что горло сдавливает и говорить тяжело.

Надо выдохнуть! Нервничать вредно. Мысленно повторяю как мантру.

— Итак... — начинает Баринов, когда мы сели по разные стороны скамейки.

Сидеть рядом не хочу. Меня почему-то сразу потряхивает от близости мистера деревяшки.

— Я хочу обсудить график посещений. Когда к вам можно приезжать?

— Эм... Чего? — мои брови решают посетить просторы галактики, ведь я удивлена настолько, что не могу держать лицо.

— Я говорю... Ассоль, ты почему такая стала? Неужели я так сильно тебя запугал? Неужели я монстр?

Капец! В моей голове белый шум. Ничего не понимаю. Что вообще сейчас происходит? Мистер деревяшка превратился в мистера адекватность или это всё гормоны, и, мне кажется?

— Андрей Кириллович, о каком графике вы говорите? — игнорирую последний вопрос, ведь я попросту не знаю на него ответа.

Ну хотя нет. Частично знаю. Например, про монстра это вряд ли, а про запугал, так я сама не поняла.

Если честно на мгновение промелькнула мысль, что меня так колбасит не от страха, а от... Ну... Соскучилась я короче. Признаваться себе и тем более Баринову не хочу, а, следовательно, чувства мы обходим стороной.

— Эх, — мужчина вздыхает, — не хочешь отвечать. Понятно. А про график, это я имею в виду, в какое время вы готовы принять меня в гости. Если ты ещё не поняла, я приехал с миром. Никого отбирать, похищать и прочее не собираюсь. Я просто хочу хотя бы два раза в неделю видеть Милашу и... Пусть час или два, но быть рядом... Видеть, как она растёт, — говорит Баринов и смотрит прямо в глаза.

Не юлит, не выдумывает. Просто говорит чисто и открыто. Такому хочется верить.

— Но...

— Не торопись отказываться. Прошу, — взволнованно перебивает.

Надо же кто-то научился просить не у безмятежно спящих, а у тех, кто в сознании. Прогресс.

— Но, вообще-то, вы отец Миланки и вольны видеться с малышкой, когда вздумается, — всё-таки произношу что хотела. — Я вам говорила об этом с самого начала. Единственное моё условие — это не отбирать её у меня. Милаша, нравится вам это или нет, моя дочь. И если вы ещё не догадались, то ради неё я готова на многое. Матери вообще ради детей становятся иногда неадекватными и способными на удивительные поступки. Я не исключение.

— То есть ты не против?

— При вышесказанных условиях. Нет, — впервые после сегодняшнего появления Баринова смогла слегка улыбнуться.

— Неожиданно... А я готовился. Аргументы выдумывал. Думал, предстоят утомительные уговоры. Это ты такая мудрая или я дурак?

— Вам виднее.

Между нами повисает тишина. Мы неотрывно смотрим друг на друга, но каждый думает о своём. Я вот, например, задумалась, а не рассказать ли мою маленькую тайну? То ли атмосфера навеяла, то ли просто так правильно. Но я быстро отмела идею. Если Баринов действительно пересмотрел взгляды на жизнь, то я обязательно расскажу. А пока надо убедиться.

— Ассоль, можно я тебя обниму? — вдруг спрашивает Андрей Кириллович.

— Думаю, вам пора, — говорю и встаю.

Дело движется к вечеру, а у меня ещё ужин не готов. Да и вообще... С места в карьер сигать не планирую.

— Да, точно. Парни уже, наверное, упарились ждать в машине. Было приятно повидаться, всего доброго, — мистер исправившийся быстро понял намёк и не стал давить.

Ну не мужчина, а идеал. Его покорность, конечно, непривычна, но вселяет надежду.

Надеюсь, нам больше не придётся скрываться.