Второй шанс для непрощенного

Глава 30

Меня разбудил странный повторяющийся звук, похожий на скребущий шорох. Вырвал из сладкого забытья первого за эти дни крепкого на всю ночь сна. Так не хотелось просыпаться, но сознание уже включилось, подтягивая за собой и все чувства.

Звук приблизился, стал настолько отчетливым, будто скребут прямо у меня в комнате. Ну, все. Сон сбежал, да и вставать уже скоро. Я прислушалась и, наконец, осознала, что это, кажется, усердный дворник вместе с мусором и листьями решил соскрести асфальт и мой мозг.

Я встала с дивана, одергивая майку для сна, и подошла к окну, чтобы высказать этому сверх усердному чистюле все, что я о нем думаю. Дернула на себя створку, тут же наклоняясь к решетке, защищающей от воров.

— Извините! — позвала я громко мужчину в бейсболке и ярко-оранжевом жилете, шкрябающего пластиковой метлой дорожку под окном. — Не могли бы вы мести, где-то в другом месте?

Дворник внезапно уронил метлу, будто я его напугала, и наклонился. А когда распрямился, у меня перед самой решеткой вырос огромный букет самых настоящих васильков!

Насыщенно-голубых и ярким сладковатым ароматом, окутавшим меня в одно мгновение.

— Доброе утро! — сказал Гордеев, поднимая голову так, что козырек бейсболки больше не скрывал его лицо, и улыбнулся.

От этой улыбки и солнце вдруг стало ярче, и у меня перехватило дыхание.

— Боже, ты с ума сошел! Какая красота… — все же не выдержала я, разглядывая охапку свежайших цветов. Васильки были совершенно точно дикими, но такими живыми, настоящими, пропитанными солнышком. — Где ты их нашел такие? — выдохнула свое восхищение.

— На большом васильковом поле, слетал за ними на рассвете, — он поднял букет выше, я коснулась кончиками пальцев лепестков.

— Слетал? — я не могла не улыбаться. Прислонилась к решетке лбом, чтобы оглядеть Сашу целиком, — а где же твои крылья?

— Мои лопасти вернулись на аэродром, — спокойно сказал он, будто полет на вертолете за васильками это что-то обыденное. — Давай поставим их в воду.

— Заходи, — шепнула я, понимая, что совершенно не могу отказаться. Кого я обманываю, при виде этого мужчины и василькового отблеска в его глазах, я полностью утратила силу воли.

Он ушел в подъезд, а я закрыла глаза, улыбаясь своим ощущениям, в животе порхали сотни бабочек над цветочным полем. Сумасшедший!

Ведь попросила же оставить меня в покое и позволить жить своей жизнью!

Я надела домашние шортики и побежала открывать дверь моему «дворнику». Он уже стоял с той стороны, обхватив букет васильков двумя руками. Он казался еще больше, чем я думала.

Впустив Сашу, я спешно нашла небольшое ведро в стенном шкафу, налила в него воды и поманила Гордеева за собой на кухню. Мы вместе поставили рассыпающуюся охапку душистых цветов, и на мгновение я случайно коснулась его рук. Замерла, будто меня током ударило, и резко подняла взгляд, чтобы встретиться с васильковыми глазами.

Как интересно они меняют цвет…

— А как зовут… дворника? — чтобы разбить собственное смущение спросила я.

— Работник по уборке придомовой территории Шура, — серьезно ответил Гордеев, указывая взглядом на бейджик-наклейку на жилете, подписанную от руки его идеально ровным строгим почерком.

Я закусила губу, давя улыбку, и потянулась к этой приклеенной бумажке, подцепила ногтем и медленно отклеила.

— Саша мне нравится больше, — осторожно подняла глаза, ожидая его реакции. Он молча наблюдал за мной с горящим взглядом. — Хочешь кофе? — спросила я, в глубине души надеясь, что он согласится.

— Нет, спасибо, — он будто случайно скользнул по моей руке у своей груди кончиками пальцев, и по коже помчались мурашки, — Александр скоро заступает на смену. Мне пора идти.

И ушел спокойно, будто ничего и не происходило, оставив меня с колотящимся сердцем стоять на кухне у своей маленькой поляны с васильками. Я выдохнула, облизнула вмиг пересохшие губы и опустилась лицом в цветы, чтобы вдохнуть их аромат.

Закрыла глаза, обнимая стебли и думая о том, что хотела бы обвить руками совсем не их. И вдохнуть тоже…

На собеседование сегодня нужно было приехать к десяти, в девять пятнадцать я уже выходила из подъезда в строгом деловом платье жемчужно-серого цвета сидящим точно по фигуре. А еще на мне было белое кружевное белье, что выбрал Гордеев и светлые туфли из тех же его покупок. Не знаю почему. Душа попросила.

Или я так хотела сделать ему приятно.

Поэтому еще я несла в руках маленький термос с черным крепким кофе с растопленным в нем горьким шоколадом.

Ярко желтая в лучах солнца машина такси уже стояла перед подъездом, а Гордеев в черной обтягивающей футболке и темных очках, открывал мне переднюю дверь. Никогда не садилась в такси с таким удовольствием.

Уже, будучи на водительском сидении, прежде чем отправиться в путь, Гордеев повернулся ко мне. Вытащил откуда-то маленький василек и потянулся ко мне, заложил его за мое ухо, глядя так, словно этот цветочек нечто невообразимо красивое. Поправил локон у лица, едва заметно скользнув пальцами по щеке. Что же он со мной делает?

Я вдохнула и покраснела, протянула ему смущенно термос с кофе.

— Горячий, — прошептала севшим голосом, — с шоколадом и перцем.

— Спасибо, ты помнишь, — Саша искренне и открыто улыбнулся, забирая кофе, взялся за руль, и машина тронулась.

Всю дорогу я слушала музыку и украдкой глядела на него, словно налюбоваться не могла, представляла, как он срывает тонкие стебли васильков и улыбается, зная, что они мне очень понравятся.

Жаль, не все было так радужно, как утро и сама поездка. Первое собеседование опять прошло неудачно, и я вернулась в машину с чуть подпорченным настроением.

— Что-то не так? — спросил Саша, закручивая крышечку термоса, когда я расстроено плюхнулась на сидение. Видимо, пил его, пока ждал меня.

— Похоже на то, причем со мной, — нахмурилась я и на всякий случай достала зеркальце из сумочки. Может, макияж поплыл или на зубах что прилипло?

— С тобой все прекрасно.

— Потенциальные работодатели так не думают.

— А причины отказа какие? — он начал включаться в проблему, но мне ужасно не хотелось, чтобы он ее решал. Я хочу сама, мне нужно доказать себе, что я стою чего-то и без мужчины за моим плечом.

— Неважно, мне все равно офис не понравился и условия не самые лучшие. Я бы потом пожалела, если бы взяли, — немного соврала я. Самую малость. Условия и правда так себе, но после стольких отказов я уже понижаю планочку. — Давай поедем дальше, сейчас скажу адрес, — я открыла свой зомби-смартфон, чтобы найти данные другой встречи, — блин, следующее только в два часа дня.

— Тогда у нас есть время для отдыха и обеда, — воодушевился Гордеев, кажется, желая меня отвлечь от очередной неудачи, — знаю я одно местечко, популярное у нас, таксистов.

Снова заставил меня улыбнуться, мне нравится эта игра. Хочется узнать, когда он превратится в самого себя. Я ведь понимаю, почему Гордеев все это делает, таким образом он спустился ко мне «на дно», раз я больше не хочу принадлежать его и Артура «верхнему» миру.

Место «любимое у таксистов» оказалось передвижным кафе в парке, где делали на удивление потрясающе вкусную шаурму. Правда, повар, срезающий румяное мясо и шинкующий овощи, уж больно сильно напоминал шефа одного из любимых ресторанов Гордеева. Когда я подозрительно на него уставилась сквозь витрину фургончика, Саша быстренько увел меня к столику в тени.

После вкусного обеда и небольшой прогулки вокруг прудов мы поехали на новое собеседование в очередной бизнес-центр, теперь уже далеко от центра города. Здесь вакансия была попроще, и не требовалось много опыта работы, предварительно по телефону менеджер по персоналу сказала, что их устраивает мое резюме. То есть, мои шансы быть принятой возрастали.

Я поднималась наверх воодушевленная, а спустилась в худшем настроении за все эти дни бесконечных собеседований.

— Что случилось, Ника? — Саша сразу все понял по моему виду, когда я сердито простучала каблучками к машине, намереваясь усесться в нее и спрятаться от всего мира. Поймал меня за плечи на подходе к двери и заглянул в глаза. — Что не так?

— Они… — задохнулась от возмущения я, — даже кадровичка ко мне не вышла, какой-то мужик, охранник что ли, как только узнал, кто я, выкинул меня грубо из офиса, сказав, чтобы я больше не появлялась и не смела им писать и звонить! А то они…

— Что?

— В полицию на меня заявление напишут!

— Что? В полицию?! — тут же завелся Гордеев. — Какого черта?! — он резко развернулся к зданию и тут же пошел туда.

— Стой! Ты куда? — теперь уже я его ловила за плечо, видя, какой у него грозный вид, с таким он обычно разносил в пух и прах подчиненных и нерадивых подрядчиков, сорвавших проект. — Не надо врубать сурового босса Гордеева!

— А я не Гордеев, я таксист Александр и сейчас я этому охраннику по-нашему, по-простому морду начищу за то, что тронул тебя! Выкинул он, ты ему что, вещь?!

— Саша! Это же ерунда!

— Это не ерунда, если кто-то поднял руку на мою женщину! — крикнул Гордеев, уносясь в стеклянные двери здания.

— Ой, мамочки, — мне осталось только догонять его.

Что сейчас будет!