Второй шанс для непрощенного

Глава 32

— Жди здесь, — Гордеев был пугающе серьезен, выбираясь из такси, что с трудом припарковал в дальнем углу двора. Все остальные места были заняты службами.

И пожарные, и полиция, и даже одна скорая стояла у крайнего подъезда. Саша в первую очередь отправился к черному внедорожнику его охраны, что стоял на стоянке, и я только сейчас заметила, что он пуст, и водительская дверь приоткрыта.

Я мельком подумала о том, что того парня, который меня сегодня должен был охранять, я уже видела несколько раз. Молодой и приятный на вид, вежливый. Я видела, как не найдя его внутри, Гордеев отправился к полицейской машине, потом свернул к скорой, увидев что-то и там.

Мой же взгляд больше всего притягивало окно на первом этаже, где на одной петле висела покореженная, почерневшая решетка, что должна была меня защищать. Ее, скорей всего выломали пожарные. Они же сновали снаружи под окном и мелькали внутри провала вместо рамы, откуда до сих пор валил белесый дым.

Огонь уже был потушен, остался только удушливый запах гари и пар, идущий от останков.

Боже мой…

Я закрыла рот руками от осознания, что теперь я точно лишилась всего того немногого, что у меня было. Хорошо хоть документы я носила с собой, а то и без них бы осталась. На глаза навернулись слезы, за что мне все эти беды? Ну почему этот кошмар все не кончается?

Из-за отъехавшей пожарной машины показался знакомый автомобиль, и я больше не смогла выполнять просьбу, или даже приказ Гордеева. От этого мне не скрыться. Пришлось тоже вылезти из машины и направиться в сторону мужчины, что ругался с полицейскими у самого подъезда.

— Владимир Петрович? — обратилась я осторожно, без разговора с отчимом не обойтись. Это его квартира была изуродована огнем, а, быть может, и полностью уничтожена.

Он обернулся довольно резко, услышав мой голос, но от полицейских не отошел, желая закончить разговор сначала с ними.

В этот момент ко мне подошел Гордеев.

— Я же просила не выходить, Ника! — он был раздражен, но и взволнован не на шутку.

— Саша, что с тем охранником, почему машина пустая? Может, он что-то видел? — несмотря на глубокий шок от происходящего, я еще не утратила разум. Как бы ни начался пожар, за квартирой следил тот парень, он мог видеть, когда что-то загорелось внутри.

— Его увезла скорая, сейчас приедет Рогов, будет разбираться.

— Скорая? — я искренне испугалась, — что случилось?

— Кто-то знал, что он там, — Гордеев искал кого-то глазами, пока говорил, — когда вышел из машины покурить, его огрели кирпичом по затылку и оттащили без сознания в кусты. Нашли его пожарные, которых вызвали жильцы дома, почувствовав дым.

— Боже мой! — я накрыла рот ладонью, — как он?

— Закрытая черепно-мозговая, я узнал у скорой, — он кивнул на раскрытую машину медиков, внутри которой была видна пожилая полная женщина и врачи, которые измеряли ей давление. Гордеев, наконец, нашел, кого искал. — Иди к отчиму и не отходи от него ни на шаг, и к полиции поближе держись. Поняла?

— Что? Почему?

— Не спорь, сделай, как я сказал. Я потом все объясню, — немногословный Гордеев вновь ушел в сторону распахнутой двери подъезда, сквозь которую сновали пожарные и тянулись рукава уже без воды.

Меня начало мелко потрясывать о волнения, мне уже откровенно плохо от всего, что за сегодняшний день навалилось. Пожар — это просто кульминация ужасов, что со мной творятся без конца.

Отчим, увидел меня во второй раз и закончил разговор с полицией, теперь он устремил необъяснимо жуткий взгляд прямо на меня. В несколько широких шагов подошел и грубо схватил за плечо, отдёрнул в сторону от снующей толпы, будто не хотел, чтобы нас слышали.

— Ах, ты маленькая дрянь! Вот так, значит, ты решила меня отблагодарить за мое гостеприимство?!

— Что? Вы о чем?

— Я с тебя денег не брал за проживание! А ты даже за квартирой не можешь углядеть? Она вся сгорела, ты понимаешь? — он уже откровенно орал на меня, — ничего не осталось из вещей! Вся мебель, новый ремонт! Я столько в нее вложил!

— Мне жаль, но я в этом не виновата!

— Жаль ей, ты, безмозглая прошмандовка! Ты кого в квартиру водила?

— Я? Никого я не водила!

— Мне соседи рассказали, что к тебе то и дело кто-то ходил, то таксисты, то дворники, курьеры застревали слишком надолго! Ты что за притон там устроила?

— Притон?! — у меня аж челюсть от шока упала, — вы как такое могли подумать?

— Не можешь денег честными путями заработать, что… натурой пошла пробиваться? Мне Марья Семеновна из квартиры напротив все рассказала! Всех пускала к себе! Всех обслужила! А передо мной принципиальную строила! Я рожей не вышел по сравнению с вонючим дворником?

— Да как вы смеете такое думать?

— Может, тебя поэтому муж выгнал, что это ты блядь?

Прежде чем я осознала, что делаю, я залепила ему звонкую пощечину, от которой сразу зажгло ладошку. Отчим дернулся от удара и скривился.

— Да я тебя…

— Ника! — вот уж этот голос я хотела бы меньше всего слышать здесь и сейчас, — ты что творишь? За что ты Вову ударила?

— Тома, не лезь, — огрызнулся на нее Владимир.

— Как это не лезь? Вова! А ты что, Вероника? — накинулась на меня, — с ума сошла? Ты понимаешь, что натворила? Да еще и бьешь теперь человека, который тебе так помогал?

— Знала бы ты, как он мне помочь хотел, не говорила бы так! — не выдержала я.

— Заткнись, — отчим потащил меня куда-то в сторону. — Еще слово и ты пожалеешь!

— Вова! — возмутилась мама, но я не была уверена, что на то, как он грубо меня схватил.

Вова же прошипел в мое ухо.

— Это что, такая изощренная месть? Ты, значит, вот такая, только с виду бедная овечка?

— Какая месть, вы бредите!

— Сжечь, значит, решила квартиру? Теперь я понял! Это ты все подстроила, проучить меня вздумала!

— Проучить за что? — мама нарисовалась так же неожиданно для меня, как и для отчима. — Вы о чем говорите? Ника, это правда ты? Ты сожгла квартиру?

— Меня дома не было! — почти крикнула я, — мама, ты как можешь обо мне такое думать? Почему не спросишь тогда его, что он от меня хотел?

— Как я могу думать? — она, будто пропустила мимо ушей последнюю фразу, — мы тебя приютили, Володя тебе помог, квартиру задаром предоставил! А ты?!

— А я? — меня вот-вот накроет истерика, — ты спроси у него, за каким даром, он мне ее предоставил! Скажи ей, Вова, как ты ко мне пришел вчера, что предлагал! — я кипела от возмущения и обиды, — чтобы я переспала с ним, он хотел, чтобы квартиру отработала! Или еще больше!

— Замолчи! — мама вдруг крикнула на меня, — хватит порочить хорошего человека! Он мне сам все рассказал уже!

— Сам? — у меня чуть дар речи не пропал.

— Что ты приставала к нему, вешалась на шею и предлагала себя, чтобы он тебе и деньгами помогал! Хотела еще одного обеспеченного мужчину охмурить, мало тебе твоих было?! То начальника, то друга его! Всех окрутила, охмурила и бросила!

Я замерла в полнейшем парализующем шоке, медленно перевела взгляд на Владимира, который, мало того, что первым прибежал к матери, так еще и перевернул наши роли.

— Ты лживый старый пень! Зачем ты мне сдался тогда, если я могу молодых и красивых богачей соблазнять? Зачем мне сжигать квартиру, если это единственное место, где я жить могу?

— Не отмазывайся теперь! — отчим строил из себя оскорбленную невинность, — вся твоя ложь вылезла на поверхность! Ты пожалеешь об этом! Ты теперь не расплатишься за весь ущерб! — надвинулся он на меня, — а за то, что ты меня оговорить хотела, я…

— Что? — между мной и отчимом внезапно выросла фигура Гордеева, который был выше на полголовы и шире в плечах. — Что ты сделаешь? — с вызовом спросил он.

Владимир как-то сразу сдулся, но гневным взглядом теперь оглядывал Сашу.

— А ты откуда тут взялся еще? Не лезь в чужие дела, пока…

Саша, не произнося ни слова, взял его за ворот и притянул к себе, чуть приподнимая.

— Пока что? — спросил пугающе спокойно, — закончи предложение. Точней пустую угрозу, которую не в состоянии выполнить.

— Да ты как смеешь тут появляться? — чуть ли не с кулаками набросилась на него моя мать, — что опять заявился? Узнал, что свободная, и подумал, что опять жене изменять сможешь? Катись отсюда, одни беды от тебя! Мало нам своих!

— Вы! — Гордеев оттолкнул от себя Владимира в объятья мамы и пропустил мимо ушей все те гадости, что она ему сказала, — даже не понимаете, какой самой страшной беды чудом удалось избежать!

— Куда уже хуже? У меня квартира выгорела полностью! — влез отчим, не рискуя приближаться, — ты что слепой?

— Это вы огня не видите за дымом! — процедил он сквозь зубы, — ваша дочь осталась жива, потому что ее дома не было! Решетка на окне на замок заперта, а входную дверь заблокировали и подожгли! В окно коктейль Молотова бросили, внутри все вспыхнуло в одно мгновение! Спастись было бы невозможно! Вы! — он указал в них пальцем, — делите деньги и вещи, мелочные люди! Даже не думаете о Веронике! — крикнул он на ошарашенных, застывших маму и отчима. — Здесь не поджог произошел! Планировалось убийство!

— Что? — у меня зазвенело в ушах от этого слова. Сердце подпрыгнуло до самого горла от картины, что встала перед моими глазами.

Той, где языки пламени в мгновение ока расцветают в комнате и жрут все вокруг, включая меня, не давая даже вскрикнуть. Кровь будто куда-то отхлынула от головы, ноги перестали ощущаться, а по ребрам пополз удушающий жар.

Я сделала судорожный выдох… и все потемнело вокруг, падая куда-то.