Высокомерный наследник

ГЛАВА 16

МИЛА

Я просыпаюсь от запаха пиццы, витающего в воздухе, и тихого постукивания по клавишам. Я отстраняюсь — мое лицо было прижато к бедру Джейса.

От моего движения Джейс перестает печатать и быстро откладывает ноутбук на край кровати, прежде чем повернуться ко мне с улыбкой.

— Ты проспала пять часов.

Ого, уже вечер?

Он выглядит таким чертовски счастливым из-за того, что мне удалось поспать, что по моему сердцу разливается тепло.

— А ты отдохнул? — спрашиваю я, переводя взгляд с ноутбука на полупустую коробку из-под пиццы.

По крайней мере, он поел. Это хорошо.

— Посплю позже. Хотел сначала разобраться с делами.

Джейс тянется к коробке.

— Проголодалась? Я пойду погрею тебе пару кусочков.

— Спасибо, — отвечаю я. Осторожно сажусь на кровати. — Я сначала в душ.

Я сползаю с кровати Джейса и иду к двери, но останавливаюсь, чтобы добавить: — А потом я займусь учебой. Увидимся позже.

Не глядя на Джейса, я выскальзываю из его комнаты и направляюсь к себе. Оказавшись внутри, я закрываю дверь и замираю на мгновение, чтобы просто подышать, прежде чем оглядеться.

Всё кажется другим… будто все эти личные вещи мне не принадлежат.

Раздается стук в дверь, входит Джейс и ставит мою больничную сумку в ногах кровати. Он подходит ко мне и, положив ладонь мне на затылок, целует в лоб, после чего снова уходит.

Желая занять чем-то мысли, чтобы не давать им возвращаться к мрачным воспоминаниям, я вытряхиваю содержимое сумки в корзину для белья. Достаю из шкафа чистые спортивные штаны, футболку и белье. Повернувшись, я замечаю свою сумочку на кровати.

Должно быть, кто-то из девчонок привез ее из клуба. Я подхожу, открываю ее и достаю телефон.

Батарея села. Я ставлю устройство на зарядку и иду в ванную.

Я включаю воду в душе, пока чищу зубы и раздеваюсь. Всё происходит на автомате, пока мой взгляд не падает на отражение в зеркале. Все синяки стали желто-зелеными, опухоль почти сошла.

Воспоминание шевелится в глубине сознания, и я трясу головой, подавляя его.

Сосредоточившись на настоящем, я встаю под теплые струи воды и мою голову. Мне трудно управляться одной правой рукой, потому что я всё еще не могу высоко поднять левую.

В понедельник я возвращаюсь к занятиям. Надеюсь, за выходные синяки побледнеют еще сильнее, чтобы я смогла замазать следы нападения косметикой.

Когда я мою тело, я не смотрю на себя — не хочу видеть уродливые следы зубов и гематомы на ребрах.

Я не свожу глаз с кафельной стены, пока не заканчиваю смывать пену. Не в силах поднять руки достаточно высоко, чтобы закрутить мокрые волосы в тюрбан, я просто промакиваю их как могу, а затем одеваюсь.

Выйдя из ванной, я замираю — на моей кровати сидит Джейд.

— О… привет.

Джейд вскакивает, быстро осматривает меня и говорит: — Ты вымыла голову. Хочешь, я помогу высушить?

Я киваю, не желая еще сильнее отдаляться от семьи и друзей. Как бы трудно ни было, я должна вернуться к тому, как всё было раньше.

Я беру телефон и зарядку и пересаживаюсь к туалетному столику, чтобы проверить сообщения, пока Джейд сушит мне волосы.

Я сажусь на пуфик и, вместо того чтобы смотреть на себя в зеркало, наблюдаю, как Джейд водит полотенцем по моим волосам. Она то и по делу улыбается мне, и, не желая, чтобы кузина вела себя со мной странно, я спрашиваю: — Мы можем притвориться, что ничего не было?

Руки Джейд замирают в моих волосах, она медленно поднимает глаза.

— Если ты действительно этого хочешь.

Я сглатываю, прежде чем пояснить: — Я знаю, вам всем было тяжело. Я правда мало что помню и просто хочу забыть весь этот кошмар.

Джейд сжимает мое плечо, и на мгновение мое тело каменеет.

— Всё, что тебе нужно. — Она морщит нос, глядя на мою шевелюру. — А прямо сейчас нам нужно просушить это воронье гнездо.

Я благодарно улыбаюсь ей и включаю телефон. Устройство начинает пищать и вибрировать как сумасшедшее от потока сообщений. Я ставлю беззвучный режим и захожу в мессенджер.

Дядя Картер: Мы со всем разберемся, милая. Просто поправляйся. Скоро увидимся. Люблю тебя.

Дядя Джакс: Я на расстоянии одного звонка. Дай знать, когда будешь готова к гостям.

Дядя Маркус: Меня сейчас нет рядом только потому, что твоя мать

угрожала моей жизни. Люблю тебя.

Дядя Ретт: Я здесь. Всегда. ххх

Мама Джи: Девочка моя. Мне так жаль, что я застряла на другом конце планеты. Дай знать, когда я смогу тебе позвонить. Люблю тебя всем сердцем. хохохохохо

Зрение застилают слезы от всех этих сообщений, особенно от последнего — от моей крестной. Я давно ее не видела, она в отпуске с мужем на Тайване.

Мне приходится моргать, чтобы смахнуть слезы, пока я читаю тексты от тетушек.

Все сплотились вокруг меня, и всё же я никогда не чувствовала себя такой одинокой.

Вижу сообщение с незнакомого номера. Колеблюсь, но открываю.

Привет, Мила. Это Джейми Рейес. Я просто хотела написать тебе. Я прошла через нечто подобное и хотела, чтобы ты знала: я рядом, если тебе нужно поговорить с кем-то, кто поймет твои чувства. Вся наша поддержка и любовь тебе.

Тело начинает дрожать от сдерживаемых слез. Я не знала, что мама Джейса прошла через такое.

С первыми искрами надежды в груди, я дрожащими руками нажимаю «ответить». На мгновение снова замираю, затем печатаю: Здравствуйте, миссис Рейес. Это Мила. Я не знала, мне очень жаль. Я ценю ваше предложение, но я даже не знаю, с чего начать.

Видно, что она читает сообщение мгновенно, на экране прыгают три точки.

Начни с признания того, что ты не сделала ничего, чтобы заслужить это. Этого никогда не должно было случиться с тобой. У исцеления нет временных рамок, Мила. Просто сосредоточься на «сейчас». То, что произошло — ужасающий акт насилия. Позволь близким быть рядом и помогать тебе.

Как кто-то может помочь мне пройти через это? Я не хочу об этом думать, не говоря уже о том, чтобы обсуждать. К тому же, мои родные и друзья и так ведут себя со мной слишком натянуто.

Не зная, что ответить, я пишу стандартную фразу:

Спасибо, миссис Рейес. Я учту ваш совет.

Я продолжаю просматривать сообщения, удаляя случайные тексты от студентов, с которыми я даже не дружу.

Джейд выключает фен и проводит расческой по моим черным прядям.

— Вот, теперь ты снова похожа на человека.

— Спасибо, Джейд. — Я встаю и перехожу к голосовым сообщениям. — Я сейчас почищу почту и займусь делами.

— Хочешь, я посижу с тобой и объясню задания?

— Да, это очень поможет. Чем быстрее я наверстаю, тем лучше.

— Я только заберу свой ноутбук.

Джейд вылетает из комнаты, а я подношу телефон к уху.

Все голосовые примерно одинаковые: всем жаль, все надеются на мое скорейшее выздоровление.

Затем в трубке звучит голос, от которого всё мое тело леденеет.

— Мила. Я знаю, что мне нельзя с тобой связываться, но я просто хочу сказать, как мне жаль. Блядь, я понятия не имею, что на меня нашло. — Дыхание Джастина тяжелое и паническое.

И тут его дыхание обжигает мое ухо. «Ты достаточно долго динамила меня, Мила. Пора подкрепить весь этот флирт делом».

Дыхание сбивается, во рту пересыхает.

— То, что я сделал с тобой… я… блядь… мне так жаль. Я сам себе чертовски противен. Меня выпустили под залог, но отец говорит, будет суд. Я приму любой приговор. Блядь, я заслуживаю худшего.

Джастин бросает меня на холодную землю, я пытаюсь подняться на четвереньки, но он наваливается сверху, заваливает меня на бок и своим телом заставляет перевернуться на спину.

— Я просто… не могу поверить, что так сильно тебя обидел. Я хороший человек. Блядь, я думал, что я такой. Я в полном замешательстве, и я так чертовски жалею о той ночи.

«Ты мне должна, Мила. Думала, можно меня дразнить и просто уйти?» Голос Джастина — злобный рык, который бьет по моим нервам, заставляя внутренности дрожать от страха.

ДЖЕЙС

Крик из комнаты Милы заставляет меня выронить тарелку спиццей и сорваться на бег. Я врываюсь в дверь и не сразу вижу ее. Прохожу вперед и замечаю ее сжавшееся тело — она сидит, свернувшись в клубочек, рядом с туалетным столиком.

— Мила! — ее имя вырывается криком, я приседаю рядом. — Что случилось?

Ее глаза дикие от ужаса, и я подавляю первый инстинкт — обнять ее. Я опускаюсь на колени и придвигаюсь чуть ближе.

— Мила?

Ее взгляд мечется по мне, и требуется больше времени, чем обычно, прежде чем на ее лице появляется узнавание. Она вскакивает на колени и бросается ко мне, буквально врезаясь в мою грудь. Мои руки смыкаются вокруг нее, я крепко держу ее, пока она начинает рыдать, захлебываясь словами: — Я… вспомнила. Он… звонил. Я… вспомнила, как он… тащил меня к… мусорным бакам.

— Тсс… теперь ты в безопасности, — говорю я, пытаясь утешить ее как могу.

Мила отстраняется и качает головой, затем указывает на что-то за моей спиной: — Он звонил. Оставил голосовое.

Я оглядываюсь и, заметив телефон на ковре, понимаю, в чем дело. Тянусь за ним, разблокирую и включаю сообщение.

— Мила. Я знаю, что мне нельзя с тобой связываться, но я просто хочу сказать, как мне жаль.

От звука голоса этого ублюдка во мне взрывается ярость. Более сильная, чем любая злость, что я чувствовал прежде.

— Я убью его нахрен, — рычу я, вскакивая на ноги. Запихиваю телефон в карман и бросаюсь к двери.

Мила бежит за мной и хватает за руку.

— Не надо, Джейс!

Я вырываю руку и иду на кухню. Хватаю ключи от машины со столешницы, от чего Хантер вскакивает с дивана в гостиной.

— Ты куда?

— Убивать Джастина Грина. Этот говнюк звонил Миле! — кричу я, взбешенный тем, что он посмел, блядь, извиняться.

Ему, сука, жаль?!

Прежде чем я успеваю сделать шаг, Хантер вырастает передо мной и хватает за плечи.

— Ты не можешь пойти и избить его, Джейс.

Я отталкиваю Хантера.

— Это уже второй раз, когда ты останавливаешь меня вместо того, чтобы, блядь, помочь мне прикончить этого урода!

Хантер не уходит с дороги, а делает шаг вплотную ко мне и ревет: — Тебе нужно, сука, успокоиться! — Он указывает мне за спину. — Посмотри на Милу!

Я резко оборачиваюсь. Вид паники на лице Милы, пока Джейд ее держит, заставляет ярость отступить, уступая место тревоге.

Я возвращаюсь к ней, беру ее лицо в ладони, прижимаюсь лбом к ее лбу.

— Прости меня. — Делаю глубокий вдох и целую ее в висок. Притягиваю к себе, забирая из рук Джейд. — Я спокоен. Прости.

Я ни хрена не спокоен.

Мила обнимает меня и цепляется изо всех сил.

— Пожалуйста, не делай ничего.

Сердце готово выпрыгнуть из груди. Это самое сложное, о чем меня просили. Я хочу видеть Джастина Грина в гробу, но то, чего хочу я, не имеет значения. Кивнув, я произношу:

— Прости, что я сорвался.

Не выпуская Милу, я бросаю взгляд на друзей и вижу, что Хана уже подняла пиццу и осколки тарелки с пола.

— Спасибо, Хана.

— Без проблем. — Она отходит к Фэллон.

Заметив встревоженные взгляды на их лицах, я добавляю: — Простите, что взорвался.

Наш взгляд встречается с Хантером, и он говорит: — Ты знаешь, я за тебя горой в любой ситуации, но я не буду смотреть, как ты загремишь в тюрьму. Ты нужен нам здесь.

— Я понимаю. — Я улыбаюсь друзьям, надеясь их успокоить. — Мы пойдем вздремнем. — Не отпуская Милу, я веду ее обратно в свою комнату.

Когда за нами закрывается дверь, я обнимаю ее и целую в макушку.

— Прости за такую реакцию.

Мила качает головой и, немного отстранившись, заглядывает мне в лицо.

— Но ты ведь в порядке?

Я улыбаюсь и киваю.

— А ты?

— Ты вроде как выпугнул меня из панической атаки, которая начиналась. — Она даже немного улыбается, но мне от этого только паршивее. Сознание того, что я перетянул одеяло на себя из-за этого звонка, грызет меня изнутри.

Мила отстраняется и смотрит на кровать.

— Но я не готова еще раз спать.

Я тоже, но это был единственный предлог, чтобы увести Милу в комнату и остаться наедине.

— Хочешь посмотреть кино? — предлагаю я. Черт, я сделаю что угодно.

Мила кивает.

— Один фильм, чтобы расслабиться, а потом мне нужно заняться заданиями.

Я поднимаю палец.

— Дай мне секунду. — Выбегаю из комнаты в комнату Милы. Хватаю ее ноутбук и школьную сумку и бегу назад. Ставлю ноут на тумбочку, сумку на пол, указываю на кровать: — Устраивайся поудобнее. Что будем смотреть?

Я подхожу к телевизору напротив кровати, беру пульт.

— У меня тут всё: от боевиков до тех розовых соплей, которые любят девчонки.

— Хочу розовые сопли, — говорит Мила, и ее смешок заставляет меня улыбнуться.

— Только при условии, что мне разрешат ворчать, что мужики в жизни так себя не ведут.

— Идет. — Я оглядываюсь: Мила сидит на кровати, скрестив ноги. Ее черные волосы мерцают, на щеках появился румянец. Когда я засматриваюсь слишком надолго, Мила спрашивает: — Почему ты так смотришь?

Я пожимаю плечами и возвращаюсь к экрану, заходя в раздел мелодрам.

— Потому что ты очень красивая. Иногда это застает меня врасплох. Ну, какой выбираешь?

Я сажусь на кровать, откидываюсь на изголовье, вытянув ноги.

Когда Мила не отвечает, я поворачиваюсь и вижу, что она тоже смотрит на меня. Поддразниваю ее: — Ты так смотришь, потому что я тоже симпатяга?

Мила морщит нос и пожимает плечами.

— Не-а. Просто ты не такой плохой, как я думала, и иногда это тоже застает меня врасплох.

Я усмехаюсь и указываю на ТВ:

— Каким фильмом собираешься меня пытать?

Мила забирает пульт и дважды пролистывает весь список, прежде чем остановиться на «Клятве».

Она устраивается рядом на изголовье и кладет пульт между нами.

— Предупреждаю: никакого злословия в адрес Ченнинга Татума, иначе получишь в горло.

Я вскидываю бровь, притворяясь обиженным.

— Серьезно? И что ты в нем нашла?

Мила бросает на меня недовольный взгляд — я соскучился по этому выражению на ее лице.

— Ну, во-первых, он танцует стриптиз гораздо лучше тебя.

Я хватаю ее за руку и притягиваю ближе, шутя: — Погоди. Настанет день, когда я взорву твой мозг своими сексуальными движениями.

Мила заливается смехом и прижимается к моему боку. Когда она кладет голову мне на грудь, я запускаю руку в ее волосы, перебирая пряди, пока начинается фильм.

На середине фильма Мила засыпает. Убедившись, что она спит крепко, я вытаскиваю ее телефон из своего кармана. Пересылаю номер Джастина себе, затем блокирую его и удаляю голосовое сообщение. Прослушиваю остальные, чтобы убедиться, что там больше нет ничего, что может ее расстроить. Выключаю ее телефон, кладу на тумбочку и беру свой.

Набираю номер этого ублюдка. Идут гудки, включается автоответчик. Я выдавливаю слова сквозь зубы: — Не смей, сука, ей звонить. Даже не думай о ней. Я позабочусь о том, чтобы ты, блядь, заплатил.

Сбросив вызов, я делаю глубокий вдох и нахожу номер Престона. Это помощник мистера Чарджилла, именно тот человек, который мне нужен.

— Престон Калпеппер слушает, — отвечает он.

— Это Джейс. Мне нужно одолжение.

— О… конечно. — Слышу какой-то шум на фоне, затем он спрашивает: — Чем могу помочь?

— Мне нужно, чтобы ты стер одного человека.

— Всё подчистую? — спрашивает он, даже не уточняя причин.

— Его зовут Джастин Грин. До недавнего времени был студентом Тринити. Я хочу, чтобы всё было стерто. Номер соцстрахования, банковские счета, вообще всё, что ты сможешь на него найти.

Зная, насколько Престон дотошен, я быстро добавляю: — Только не трогай полицейские записи. Хочу, чтобы осталось только это, чтобы его знали только за то, что он сделал.

Минута тишины, затем Престон спрашивает: — Это тот, кто напал на Милу Уэст?

— Да.

— Считай, сделано, Джейс.

— Спасибо, Престон. Пусть это останется между нами.

— Могила.

Сбросив звонок, я кладу телефон рядом с телефоном Милы. Мой взгляд скользит по ее лицу, и улыбка трогает губы.

Так или иначе, я уничтожу Джастина Грина.