Я жду от вас ребёнка, босс!

Глава 25

— Ой, Тимурка, это ты? — бабушка Аси искренне удивляется.

Прислушиваюсь и где-то на дальнем фоне слышу довольно громкий топот и тихое шипение:

— Это Тимур? Босс мой? То есть парень? А ну, брось трубку!

— Ой, Тимурочка, а что случилось? — взволнованно спрашивает бабуля, чем-то шурша. — Твоя неадекватная девушка лезет ко мне и отбирает телефон! Не даёт нормально поговорить с будущим родственником! Вы поругались??

Ещё несколько секунд — и связь прерывается.

Значит, эта беда дома. Туда я и еду. Надеюсь, не сбежит, как только осознает, что я понял, где она.

Решила проявить характер и улететь сама? На билет даже потратилась?

Ну сумасшедшая, что я ещё могу сказать! Но тянет меня к ней такой. Нравится мне и то, что постоянно в передряги попадает, и то, что всякую чушь несёт. Так веселее. Хоть какой-то позитив в ежедневной рутине.

Ещё и на эмоции выводит!

Поэтому до Добровольской доезжаю быстро. Выхожу из машины, иду к её дому, размышляя, как дальше поступить. В квартиру войти, чтобы с ней поговорить? Она же убежать может в любой момент. Обидеться.

Проблема на удивление решается сама собой. Я замечаю её рыжую макушку на балконе. Стоит там, развешивая бельё. Увидев меня, выпускает свои трусики из рук. Знаю я их — видел. Лично снимал!

И вместо того, чтобы выслушать — к двери сразу бежит. Но её останавливает мой вопрос:

— Ась, постой! Давай поговорим?

— Не хочу я с тобой разговаривать, — обиженно произносит она, даже не повернувшись в мою сторону. — И слушать тоже.

И тут же прячется за балконной дверью. Но плохо прячется. Потихоньку форточку открывает, стараясь не спалиться.

— Ты здесь ещё? — фыркает.

Всего полминуты прошло.

— Здесь.

— Уходи.

— Уйду, когда поговорим.

— Тогда ты останешься здесь навсегда.

Демонстративно громко захлопывает форточку и отходит от окна.

Понимаю, что если так и буду стоять здесь как истукан — ничего не добьюсь. Поэтому ухожу из-под балкона, собираясь снова пойти на крайние меры.

— Стой! — вдруг совсем рядом раздаётся взволнованный нежный голосок. Именно там, откуда я только что ушёл. — Бабулю не буди. Она уснула.

Я выхожу из-под козырька и опять голову вверх поднимаю.

— Поэтому скажу тебе здесь, Бахрамов, — продолжает Ася, впившись пальцами в перила балкона.

На лице выражение, совершенно ей несвойственное. Слишком серьёзное.

Эй, где та весёлая девчонка? А нет её. Ясный день превращается в пасмурный.

— Спасибо тебе за ночь и… ну… все дела. Но я не хочу тебя слушать. Правда. Я столько раз просила тебя выслушать меня, но ты, как упёртый баран, отказывался делать это. И я устала. Вот ответь: опять обвинениями пришёл сыпать?

— Нет, — чеканю. — Пришёл сказать…

— Мне всё равно! — неожиданно перебивает она.

Сама ведь спросила!

— Хоть что говори. Мне Вера написала кучу гадостей, и я примерно в курсе дел. Я рада, что ты всё же ко мне прислушался, но… Больше не хочу ничего…

Обрывает свою речь. Слова даются ей с трудом, глаза наполняются слезами. Или мне так кажется из-за света фонарей?

— Давай сделаем вид, что ничего не было! — резко продолжает Ася, вгоняя меня в шок. — Я поняла, что это ошибка. Всё это. Я отработаю в твоём ресторане столько, сколько потребуется, чтобы погасить оставшийся долг. Если надо — стану последней сукой, совравшей о ребёнке. Но всё это… мне надоело.

Хочу остановить поток её слов. Раздражает ими конкретно. Настолько, что хочется подойти и заткнуть ей рот. Губами.

— Я тебе уже говорила, но эти игры делают только хуже. Я лишняя в твоём окружении, и я дико устала. Поэтому сегодня мы заканчиваем наши партнёрские отношения. Больше не хочу в этом участвовать..

Выговорившись, Ася разворачивается и сбегает. Не уходит, а именно сбегает обратно в дом, оставляя меня одного и не дав сказать ни слова.

Сердито направляюсь обратно к двери, чтобы войти и надавать ей по упругой заднице. Но останавливаюсь. Как лопатой по голове бьёт.

Что она сказала? Так и будет работать у меня в ресторане? Долг-то она не отработала.

Это хорошо… Очень хорошо…