Мр-а-ак… Почему даже вечером так душно?
Иду по тротуару, доедая мороженое. Хочу поскорее прийти домой, принять душ, а потом снова подумать о том, что же делать с этим Бахрамовым. Глаза бы мои никогда его не видели!
Но они почему-то его видят. Прямо сейчас. Идёт размашистым шагом. Одет как с иголочки. Так же, как и днём. Но вид всё равно свежий. Будто и не устал за весь день!
И зачем-то направляется в мою сторону, выйдя из ресторана «Сказка». Кажется, не замечая меня.
Стоп. Или это его ресторан? Вроде его, если мне не изменяет память. Значит, совпадение, и можно выдыхать.
Чёрт, как я вообще оказалась в центре? Шла домой… Точнее, в метро. И, как назло — он!
Мимо прошмыгнуть или развернуться обратно и перейти где-то подальше дорогу?
А вот и нет! Распрямляю плечи, поднимаю подбородок и иду дальше. Сейчас пройду мимо него и сделаю вид, что мне совершенно не страшно, и я вообще его не знаю.
Но у него явно другие планы.
Бахрамов оказывается возле меня слишком быстро. Он не бежит, нет. Просто идёт размеренными широкими шагами и настигает за пару секунд.
— Вы-то мне и нужны, — произносит равнодушно.
Тянется ко мне своими руками, и я рефлекторно поднимаю ладонь. Потому что понимаю, что он хочет сделать! Хочу дать пощёчину, но просто слегка прохожусь пальцами по его щетине.
— Не подходите!
По злому блеску в глазах ясно видно, что ему не нравится моя реакция. И он всё же совершает то, что задумал — немного присаживается, обхватывает меня за бёдра и закидывает на своё широкое плечо.
— Да что Вы себе позволяете?!
— Это я что себе позволяю? — зло цедит сквозь зубы. — Вы, Добровольская, отказываетесь платить мне за машину. Убегаете. А тут судьба мне Вас на блюдечке преподносит. Я в совпадения не верю.
Да я!
Да я, может, к нему и шла!
Дикарь!
— И я вынужден взять Вас силой, раз сопротивляетесь. А ещё Вы только что влепили мне пощёчину!
Да разве это пощёчина? Так, детский лепет.
— Чтобы Вы руки не распускали впредь! — кричу.
Тут люди вообще есть? Центр города, а все мимо идут!
— Поверьте, я распущу руки ещё столько раз, сколько захочу, — буквально рычит Бахрамов, возвращаясь в свой ресторан.
Свернув куда-то в сторону от входной двери, поднимается по лестнице.
— Это незаконно! Вы меня похищаете!
— Попробуйте докажите.
Я сжимаю кулаки и молча бью его по спине. Выстукиваю азбукой Морзе всякие гадости. Знаю ли я эту азбуку? Нет. Но надеюсь, выстукиваю верно.
Мы заходим в кабинет, и меня резко ставят на пол. Выпрямляюсь, сдувая пряди волос с лица, и слышу щелчок за спиной.
Да он опять дверь закрыл!
Но в этот раз вместо того, чтобы удариться в панику, я иду к его столу. Осматриваю кабинет. Ничего такой. В тёмно-коричневых тонах. Деревянный стол в центре и огромное кресло, на которое я бесцеремонно приземляюсь. Кручусь на нём, наслаждаясь этой секундой. И резко встаю, когда Тимур Русланович направляется в мою сторону.
Я его бешу, да. И специально обхожу стол, чтобы мне не досталось за маленькую шалость.
Как же мне нравится его раздражать! Он хоть какие-то эмоции показывает! Глыба ледяная!
— Не забудьте после меня ещё руки помыть, — говорю язвительно.
Он вопросительно выгибает бровь.
— Зачем?
— Ну я же эскортница. Вы, наверное, брезгуете, — напоминаю ему.
Он даже не улыбается.
Я обхожу стол и наблюдаю за тем, как он опускается в кресло и показывает мне на стул напротив.
— Садитесь.
Мне резко становится не до шуток. Тон серьёзный. И я не рискую сейчас играть с ним. Молча пройдя к стулу, опускаюсь на него и закидываю ногу на ногу.
— Перейдём сразу к делу, — ледяной тон пронизывает с головы да ног. — К отработке царапины на моей машине. Я нанимаю Вас на работу с завтрашнего дня.
— На какую?
Надеюсь, не на ту, о которой я думала?!
— Я ведь не должна буду с Вами спать?
Он в лице даже не меняется. Только раздражённо чеканит следующие слова:
— Будете работать у меня официанткой.
Тимур
Наблюдаю за тем, как девчонка выдыхает. Что она надумала себе такого, что после моих слов спокойно расслабляется на кресле?
— Окей, — соглашается неожиданно быстро. Скрестив руки на груди, откидывается на спинку стула. — На такие условия я согласна.
Мне хочется фыркнуть, но лишь смотрю на неё с недоумением. Я с ней по-хорошему, а она ещё перебирает!
— Завтра выходить?
— Да, — киваю. — Форму также завтра получите. После этого зайдёте ко мне, подпишете несколько бумаг.
— Почему к Вам, а не в отдел кадров?
Я вздыхаю.
— Все сотрудники проходят через собеседование со мной, — поясняю как для глупышки. — Мои рестораны — моё лицо. Если я не буду уверен в работнике — он может подставить меня или очернить.
В её огромных карих глазах мелькает хитрая искорка.
— Поэтому я лично беседую с каждым, — договариваю уже не так уверенно. Чувствую — задумала что-то.
— А если я его не пройду? — подаётся резко вперёд. Ставит локти на стол, улыбается.
Понятно…
— Тогда, — хмыкаю, — будете отрабатывать по-другому.
Не могу удержаться, чтобы не затронуть эту тему.
— В моей постели, — произношу нарочито холодно.
— Но… — она округляет от шока глаза. И хлопает губами своими пухлыми. Как рыба. — Между прочим, эскорт не предоставляет интимные услуги.
Так и хочется сказать: «Я знаю». Именно по этой причине и не воспользовался девушкой той ночью. У них контракт. Но не только это остановило меня тогда. Хотя если честно — руки чесались. И лезли не туда, куда нужно.
Но маленькие девочки меня не интересуют, и вполне устраивают опытные, как Лиза. Нужно как раз наведаться к ней сегодня. Посмотреть на её губы, закрыть их медицинской маской, если придётся, и провести приятно время.
Не тронул девчонку, потому что не насильник, в конце концов. К тому же, малолетки меня раздражают. Они хоть телом и хороши, но в мозгах ветер. Хотя Добровольская веселит…
И теперь я понимаю — хорошо, что не тронул. Она, оказывается, не врала. Не работает в эскорте.
Стас сегодня принёс мне список девочек. И там я Добровольскую не обнаружил. Но так и не понял, к чему она сказала, что Вера крутится там же. Проверил другие подобные агентства. Даже самые мелкие. Не нашёл.
И зачем она соврала? Побесить меня? Ей удалось.
А ещё больше взбесить меня удалось Илье. Этот придурок нёс всякую чушь. И про то, как остановился на трассе, как она ему языком отработала, руками. А потом ещё на заднем сиденье. Да только он не в курсе, что я следом ехал.
Как дебил.
И прекрасно видел, как она пересела из его авто в другое. И как Илья потом с презервативами вышел из магазина. Она его обломала.
Зачем соврал — не понимаю…
— А я собираюсь устроить это не через агентство, — делаю следующий ход.
Вижу, как она меняется в лице. Облизывает нервно нижнюю губу, прикусывает её и отводит взгляд в сторону. Потом резко встаёт, разглаживая лёгкое платье.
— Будет Вам собеседование.
Неосознанно сканирую взглядом соблазнительную фигурку. Неплохо. Очень даже. Осиная талия, округлые бёдра. А грудь… Её я могу в подробностях описать. Успел рассмотреть всё вплоть до цвета со…
— И официантка тоже. До завтра, Тимур Русланович!
Она разворачивается, взмахнув копной рыжих волос, и походкой от бедра (специально!) идёт к двери. Выходит и громко хлопает ею напоследок, вызывая у меня улыбку.
Ну что же, Добровольская, посмотрим, насколько хватит Вашего боевого запала!