Я тебя (не) прощу

15

Он ждал этого звонка давно.

Перед тем, как передать все Авроре и Лесе, позволил себе потратиться в последний раз лишь на две вещи: букет для жены и поиск того, кто разломал их с Авой жизни на части, словно это была какая-то игрушка.

Нет, конечно, он не снимал вины с себя самого. Он поддался умелой провокации, заглотил наживку, как последний идиот, позволил застарелым ранам возобладать над своим настоящим, над своими чувствами и верой по отношению к женщине, которая так незапланированно стала ему дороже всех.

Но за его роковой ошибкой стояли и другие. И Арсений не собирался допускать, чтобы они остались совершенно безнаказанными.

Он позволил себе взять старую машину Авы и примерно получасом спустя уже находился по адресу, сброшенному ему в смс.

Район, в котором оказался, был из тех, куда лучше было не забредать с наступлением темноты одному, но Арсений сейчас об этом не думал. Просто горел лишь одним желанием — вытрясти остатки правды из того, кто сделал с ним и Авой все это.

Он поднялся по ступенькам на нужный этаж, игнорируя царившее в разбитом, загаженном подъезде зловоние. Нажал кнопку звонка, а когда понял, что тот попросту не работает — забарабанил в дверь, готовый, если понадобится, даже снести ее с петель, но войти внутрь.

Но этого не понадобилось. Дверь распахнулась и он не без труда, но все же узнал в стоявшем напротив человеке того, кого искал.

— Ты? — выплюнул Быков севшим, словно пропитым голосом — впрочем, от всего его вида несло настоящим дном жизни, на котором тот, по видимости, и очутился.

Первоначальное удивление при виде Арсения вскоре сменилось на настороженность, а затем и страх. Быков попытался захлопнуть дверь, но Арс выставил ногу наперерез гораздо раньше, мешая ему это сделать.

— Чего тебе надо? — прохрипел Егор.

Арсений осклабился — нарочито ласково, но в этой улыбке ясно читалась угроза.

— Я пришел навестить свою жену, — ответил едко. — Аврору.

Быков нервно дернулся, но быстро понял, что скрыться не удастся.

— Ты же знаешь, что ее тут нет, — просипел в ответ.

— Как же так? — картинно удивился Арсений. — Ты ведь так ее любил! Так просил тебе уступить! Куда же она делась?

— Я не знаю! — выкрикнул Быков в ответ. — Ничего не знаю!

Арсений быстро втолкнул его в мерзко воняющую, грязную квартиру и закрыл за собой дверь. Незваные зрители им были ни к чему.

— Ты один? — спросил требовательно.

— Д-да…

— Прекрасно.

Он взял Быкова за грудки и втащил в маленькую комнатушку. Бросив его, как мешок с картошкой, на старый засаленный диван, окинул взглядом сверху вниз и жестко отчеканил:

— У меня к тебе ровно два вопроса. Ответишь — и дальше я решу, что с тобой делать.

— Я ничего не знаю! — снова заскулил Быков, закрываясь от него руками.

— Знаешь, — ядовито-ласково парировал Арсений. — И все мне расскажешь.

Он навис над своим врагом, взглядом повелевая не дергаться и озвучил то, что не давало ему покоя с тех пор, как Ава все рассказала.

— Первое — я хочу знать, зачем. Второе — как вам все это удалось.

Быков опасливо отполз от него подальше и забился в угол, словно это как-то могло его спасти.

— Если скажу — уйдешь?

— Скажешь ты мне в любом случае, — усмехнулся угрожающе Арсений. — А вот в зависимости от того, что именно, твоя морда либо уцелеет, либо нет.

Быков молчал несколько секунд и Арс собирался уже было придать скорости его мыслительным процессам посредством хорошей оплеухи, но тут Егор заговорил.

— Все придумала Ольга.

— Таааак, — протянул Арсений в ожидании продолжения.

— Ей не давало покоя то, что ты ее отшил. Променял на Аврору.

— А каков был твой интерес?

— Она знала, что мне нечего терять. После того, как ты увел у меня должность зама… я собирался переходить в другую компанию. Все уже было согласовано… И на прощание я мог тебе хорошенько подгадить, а если повезет — то и подзаработать… Ольга обещала щедрое вознаграждение в случае, если получит тебя обратно…

Арсения передернуло. Вспомнились ее липкие поползновения сразу после того, как он выгнал Аву. Прекратить их удалось только тогда, когда он с треском ее уволил.

И как только прежде не сложил дважды два?

— Как вы все это повернули? Смс, запись разговора?

Быков отрывисто рассмеялся, впервые рискнув посмотреть Арсению в глаза.

— Это тоже Ольга. Не повезло тебе, Богданов, навлечь на себя ее немилость… Умная баба… страшная.

— Ответь на вопрос, — ледяным тоном оборвал Арсений его излияния.

— Мы создали фейковый контакт на моем телефоне с именем и фотографией Авроры… Когда ты на это не клюнул — мы перешли к мерам посерьезнее… Я звонил ей несколько раз под предлогом того, что в фирме готовится для тебя сюрприз и просил сохранить эти звонки в тайне, чтобы его не испортить… А на самом деле мы собирали образцы ее голоса. Позже, с помощью специальной программы склеили ту самую запись разговора…

Арсений стиснул челюсти. Хотелось вломить Быкову хорошенько — так, чтобы башка сорвалась с плеч, но он еще не все от него узнал.

— А дальше? — процедил сквозь зубы.

— Что дальше?

— Через два года. Я видел тебя возле ее дома.

Быков снова противно рассмеялся.

— Ольга узнала от кого-то из сплетников, что ты ищещь Аврору… на тот момент я уже потерял вообще все — на новом месте не заладилось, денег не было… ради скромной платы и желания отомстить тебе за то, что лишился всего… я оказал Ольге эту последнюю услугу, появившись там с тобой одновременно…

Все встало на свои места. Встало, но… не принесло того покоя, который он искал.

— Хотел отметелить тебя, как следует… — выплюнул Арсений в сторону Быкова, — но ты настолько жалок, что не стану марать рук. Жизнь тебя и так наказала.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда Быков вдруг напал на него сзади.

Завязалась драка… Десятью минутами позже Арсений выходил из квартиры победителем с трофеями в виде разбитых губы и скулы, но что куда хуже — с пустотой в душе.

Месть ничего уже не могла исправить.

Вернувшись, он поставил машину в гараж и вышел во двор, чтобы глотнуть воздуха, которого отчаянно не хватало.

Выяснил все, что хотел, а в итоге… пшик. Просто, наверно, невозможно было облегчить собственную душу, наказав другого за то, в чем виноват был прежде всего сам.

Послышались легкие шаги и, обернувшись, он заметил спешащую к нему, явно напуганную Аврору.

— Где ты был?!

Она старалась сдерживаться, но он видел, что Ава на взводе. Первая мысль была пугающей… и он, не задумываясь, ее озвучил:

— Что-то случилось?

— Это ты мне скажи.

Она подошла к нему вплотную. Он попытался отвернуться, но в свете фонаря она уже все разглядела.

— Что это? — охнула Аврора. — Где ты был?!

— Это неважно, — отмахнулся устало.

— Мне — важно!

— У Быкова.

— Чтоооо?

На ее лице отразились смятение и непонимание.

— Зачем? — выдохнула она. — Впрочем, подожди. Я принесу аптечку, а потом… ты мне все расскажешь.

Парой минут позже они сидели друг напротив друга на крыльце и она осторожно, сосредоточенно вытирала кровь с его лица, а он… говорил. Поначалу — неохотно, но постепенно — все быстрее, больше, отчаяннее…

Когда закончил рассказ обо всем, что тогда случилось и об их короткой, но ожесточенной драке напоследок, Аврора долго молчала. Казалось, она ничего уже и не скажет, но вдруг жена сокрушенно помотала головой и заметила:

— Ты гоняешься за призраками, Арс.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты пытаешься найти виноватых. Но это никак не оправдывает тебя самого…

Что ж, это он уже понял и сам.

— Похвально, что ты решил узнать все до конца, — добавила она после паузы. — Но между нами это ничего не изменит… Я тебя не прощу.

Он молчал, словно одеревенев. Лишь сердце отчаянно, обреченно билось о грудную клетку. Зачем оно билось?..

Он взял руку Авы в свою, поднес холодную ладонь к губам и, прижавшись к ней все еще кровоточащими губами, оставил легкий поцелуй и красный след, который поспешно стер пальцем, не желая запачкать ее собой.

— Прости. Прости за то, что я больше ничего не могу сделать.

Он поднялся — тяжело, устало и, спустившись вниз, не оборачиваясь, добавил:

— И все же… я хочу быть рядом. Просто быть. И буду… на случай, если вдруг окажусь тебе нужен.

С этими словами Арсений пошел в сторону своего холодного, одинокого сарайчика. Знал, что она не остановит. Знал, что полностью заслужил все это…

Образовавшаяся в груди черная дыра становилась все шире, грозя проглотить его полностью.

Дни потекли за днями, незаметно складываясь в недели.

Я ездила в офис, поначалу — в сопровождении Арса, но через некоторое время стала работать одна. Зная, тем не менее, что могу позвонить ему в любой момент и спросить все, что угодно. Чувствуя, что он стоит за моей спиной, как опора — самая надежная, несмотря на все плохое, что было.

Сам Арс оставался в старом сарайчике, следуя своему обещанию — просто быть. Галина Ивановна теперь одна управлялась в теплице и я собиралась нанять для нее помощницу, но как-то само собой вышло, что ей стал помогать Арсений. Делал какие-то несложные, но трудоемкие вещи; развозил заказы. И все это — не требуя взамен ни благодарности, ни награды.

И, конечно, он проводил время с Лесей. И как-то постепенно оказался неотъемлемой частью нашей жизни. Ее привычным элементом…

И все же я до сих пор делала вид, что между нами ничего нет. Нет и не могло быть. Глупая попытка сохранить лицо в бою, который давно уже был проигран.

Почему я это делала, для чего? Чтобы испытать его, проверить? Или чтобы даже самой себе не признаваться, что сдалась, быть может, слишком быстро? Пусть не на словах, но — в душе. А может, мне просто хотелось подольше его помучить, чтобы он стал больше меня ценить?

Как бы там ни было, а наша жизнь вошла в эту чуть странную, но комфортную для всех колею. Во всяком случае, так было до момента, как вдруг посреди рабочего дня раздался звонок…

Звонила Галина Ивановна. Я невольно улыбнулась — наверняка она хотела в очередной раз отчитаться о том, как идут дела, но главное — похвалить Арса. Казалось, она твердо вознамерилась разрекламировать мне его так, чтобы я наконец сдалась.

— Да? — сказала я в динамик, продолжая улыбаться своим мыслям.

Но от того, что услышала в ответ, по позвоночнику пролетела ледяная стрела и волосы едва не встали дыбом.

— Ава, беда! — отрывисто выкрикнула в трубку Галина Ивановна. — Приезжай скорее!

— Что случилось? — помертвевшими губами спросила я.

— Пожар! Приезжай!

— Вы целы?

— Пожалуйста, приезжай! — только и раздалось в ответ отчаянно и я мгновенно побежала на выход.

Уже в дороге осознала, что Галина Ивановна так и не ответила мне на вопрос. От ужаса меня буквально трясло и особенно раздирала изнутри мысль, что в этот день Леся осталась дома…

Я попыталась снова дозвониться Галине Ивановне, но она уже не отвечала. Это сводило меня с ума, ввергало в панику на грани с истерикой…

Дым, призрачными черными лентами уходящий в небо, я заметила издалека. Душа свалилась в пятки — значит, возгорание было серьезным. Возможно, горел сам дом…

Доехала до места я уже почти в беспамятстве. Улицу перегораживали пожарные машины, за ними виднелись автомобили полиции и скорой…

Не в состоянии больше ни о чем думать, я бросила свою машину и побежала к дому. Прорвавшись через оцепление, увидела жуткое зрелище…

Дом пылал. Пылал так сильно, что стало ясно — ничего не уцелело. Но не это было сейчас важно…

— Ава!

Галина Ивановна торопилась мне навстречу, держа на руках Лесю…

— Слава Богу! — вырвалось у меня из груди рыдание.

Дочь сорвалась с рук Галины Ивановны и побежала ко мне. Я поймала ее в объятия, взяла на руки и с ужасом осознала, что она, не переставая, рыдает. Буквально захлебывается плачем…

Я быстро осмотрела ее, убеждаясь, что Леся цела. Вот только почему она в такой истерике?

— Что случилось? — спросила у своей помощницы, которая смотрела на меня… как-то странно. Сочувственно? С болью?..

— Я в теплице была… — дрожа, начала рассказывать Галина Ивановна. — Вдруг смотрю — дым… Поняла сразу — дом горит! Я скорей туда — Лесю искать… Зову, зову… никто не откликается! Я стала кричать, звать на помощь… Арсений тут же прибежал, вызвал пожарных… мы стали вдвоем искать Лесю по всему саду — нет ее!

Меня вдруг разрядом тока прошибла страшная мысль…

— А где Арсений? — спросила, отчего-то уже зная ответ…

— Ох, Ава… — всхлипнула Галина Ивановна. — Мы с ног сбились, пока искали дочку… А она вдруг как закричит из окна — оказалось, испугалась когда пожар начался и спряталась…

— Где Арс? — с нарастающим ужасом повторила я вопрос.

— Он за ней в дом кинулся… а дом уже был весь в огне…

— Где он?! — сорвалась я на крик, а следом за ним с губ слетело рыдание…

— Он остался там… — заплакала Галина Ивановна. — Успел только Лесю вытолкнуть наружу… и вдруг балка рухнула, завалила выход…

Я стояла, омертвев. Стояла, глядя на догорающий дом, который все еще не могли потушить… И чувствовала, как вместе с ним сгорают мои надежды… и глупая, такая бессмысленная теперь гордость…

— Нет-нет-нет, — забормотала отчаянно, а перед глазами все поплыло от слез. — Нет!

— Он пошел за Тучкой, — впервые подала голос Леся и заплакала еще горше, еще отчаяннее. — Я сказала, что забыла ее…

Я бы хотела быть сейчас сильной, но слезы текли сами собой. Арс спас нашу дочь, а потом пошел за ее любимым деревянным конем и не вернулся…

Галина Ивановна забрала из моих рук Лесю, ясно почувствовав, что я сломана. Что должна свыкнуться с тем, что произошло…

Но я не хотела с этим свыкаться! Не хотела до конца жизни думать, что так и не простила его! А теперь и прощать стало некого…

— Как ты мог? — отчаянно пробормотала я. — Как ты мог взять и вот так погибнуть?.. Ты же мне обещал, что будешь рядом, пока нужен…

— Значит, все-таки нужен? — раздался позади насмешливый голос.

Я резко обернулась, боясь, что мне это только послышалось.

Он стоял передо мной — губы его улыбались, но глаза были внимательно-серьезными. Он стоял, запачканный сажей, с кожей, кое-где на руках пошедшей волдырями, с одеждой, висевшей ошметками…

Но он был жив! И я, не задумываясь, бросилась к нему, чтобы обнять… чтобы почувствовать, что это действительно он… настоящий, а не рожденный моим воображением!

— Ай, ты меня добьешь, Ава, — ахнул Арс и закашлялся, когда я, по видимости, сжала его слишком крепко и задела поврежденный участок кожи.

Мгновенно отстранившись, я выдохнула только одно:

— Ты жив…

— И я тебе нужен, — напомнил он. — Это правда или мне просто послышалось?

Он ждал от меня ответа, словно это было сейчас самым важным на свете. И я отбросила прочь все, что мешало мне прежде — страх, что он снова меня выкинет из своей жизни, желание не сдаваться раньше времени…

Все это потеряло смысл. Он ведь мог умереть, а я так и не сказала бы ему самого главного…

— Нужен, — выдохнула я сквозь текущие по лицу слезы. — Всегда был нужен…

Он осторожно вытер с моих щек соленые дорожки, аккуратно, словно просяще коснулся губами губ… от него пахло дымом и гарью, но сейчас я вдыхала их с благодарностью.

— Я бы ни за что не погиб, пока не услышал от тебя эти слова, — пошутил Арс, но тут же сделался вновь серьезным. Прижавшись лбом к моему лбу, он шепнул:

— Я люблю тебя, Ава…

Я всхлипнула вместо ответа — самое большее, на что была сейчас способна.

— Папа!

Леся подбежала к нам и Арс подхватил ее на руки, не обращая внимания на боль. Держа одной рукой дочь, второй он привлек к себе меня и тихо, но уверенно сказал:

— Все хорошо… все хорошо.

И я ему поверила.

Когда мы все немного успокоились, Арс, нахмурившись, сказал:

— Чуть не забыл… я ведь поймал кое-кого.

Я поняла, что так и не спросила, как ему вообще удалось выбраться — этот вопрос попросту отошел на задний план, но теперь я уже могла его задать…

Но не успела.

Передав дочь снова Галине Ивановне, Арсений направился прямиком к полиции и указал куда-то в сторону сарая. Пару минут спустя я с ужасом наблюдала, как полицейские ведут к машине его бывшую невесту…

Я бросилась к ним, мимоходом услышав, как та, словно в беспамятстве, бормочет:

— Нет ребенка — нет проблем…

— Что все это значит? — спросила Арсения, когда он закончил объясняться с полицией.

— Я нашел Настю за сараем после того, как выбрался… — пояснил он коротко. — Она сидела у дерева, с совершенно стеклянными глазами, явно не в себе… как оказалось — она решила, что если избавится от Леси — вернет меня обратно. Ну а эту мысль ей подала ее сестра…

— Сестра?

— Оля, — сокрушенно покачал он головой, словно сам не веря тому, что говорил. — Они не родные, но сестры. Ольга решила подложить мне свою сестру, когда у нее самой ничего со мной не вышло… Она научила Настю как себя вести, чтобы мне понравиться… Она учила ее… быть тобой.

Я слушала его в полной растерянности. А он с болью, на которую щемящим чувством отозвалась моя собственная душа, продолжил:

— Я потерял тебя, как последний дурак. Выгнал, поступив, как мерзавец. А потом… годами пытался отыскать тебя в других. Обмануть себя самого…

Я негромко рассмеялась, и в этом смехе была и горечь от стольких тяжелых лет, и радость от того, что в итоге все встало на свои места…

— Но как ты спасся? — задала я вопрос, который не давал мне покоя.

— Ты, наверно, не знала, но у тебя под полом есть выход в подвал, соединяющийся с погребом в сарае… Когда балка рухнула, я вспомнил, как ремонтировал пол и под одной из досок обнаружил проход…

— Слава Богу, — всхлипнула я от облегчения. — Но что теперь будет?

Арс пожал плечами.

— Ну, Настя и Ольга понесут наказание за все это. А мы… Ты еще не передумала насчет того, что я тебе нужен?

Я с улыбкой покачала головой.

— Значит, все просто. Мы будем счастливы. Я ведь выполняю свои обещания, Аврора. Ты мне веришь?

Вместо ответа я уткнулась лицом ему в грудь, вслушиваясь в то, как мощно и надежно бьется его сердце.

Сердце, которое принадлежало мне. Теперь я в это действительно верила.

А зря или нет — это могла показать только дальнейшая жизнь…