СЭЙДЖ
Несмотря на все мои попытки избежать сегодняшнего вечера, я проиграла эту битву. Ноа и Кара не приняли «нет» как ответ, ведя себя так, будто я лично оскорбляю их своим желанием провести тихий вечер дома.
Ну да, дайте же девушке передышку, правда? Теперь я стою перед клубом Sin и желаю, чтобы я сделала более мудрый выбор, когда выбирала друзей. Честно, может, мне стоит пересмотреть всю свою жизнь.
Музыка пронизывает тело, когда я переступаю порог. Такой бас, что ощущаешь его в костях, будто внутренние органы переворачиваются.
Танцпол едва виднеется сквозь дым и пульсирующие огни. Кажется, это хаотичный беспорядок потных тел и сомнительных танцевальных движений.
Я делаю несколько шагов, пробираясь через толпу, пока музыка внезапно не замолкает, и я останавливаюсь на месте. Настоящие хоррор-вибрации. Знаете, как перед прыжком из-за угла или когда появляется маньяк с бензопилой? Вот именно так я себя чувствовала.
Затем толпа в унисон кричит: «С Днём Рождения!», а с потолка падают зелёные и белые шарики. Я чуть не подпрыгнула, схватившись за грудь драматически.
Все с работы и несколько новых лиц улыбаются мне. На моём лице расплывается огромная, наверное, глупая улыбка, и теперь всё становится понятным — почему они так настойчиво заставляли меня прийти.
Кара первой тянет меня в объятия, почти задыхаясь от её энтузиазма, затем присоединяются Ноа и Лукас, сжимая меня почти до невозможности дышать. Эх, мальчики.
— Спасибо вам огромное, ребята, — говорю я, едва сдерживая слёзы. Чёрт, я такая сентиментальная.
— Ты одна из самых потрясающих людей, которых мы знаем. Ты заслуживаешь празднования, Сэйдж, — говорит Кара, целуя меня в щёку. Она такая милая, хоть иногда и с сомнительным вкусом в мужчинах.
— Стареешь уже, Алтон, — подшучивает Ноа, обнимая меня ещё раз. Я шлёпаю его по груди, заставляя рассмеяться. Он такой дурашка.
— Мне двадцать четыре, придурок. Я всё ещё в расцвете сил, — отпираюсь я, и он улыбается.
Это последнее, чего я ожидала. Сладко-горький момент. Я понимаю, что у меня потрясающие друзья, даже если они заставляют меня социализироваться, но только жаль, что здесь нет моей семьи, чтобы отпраздновать вместе со мной.
Я быстро отталкиваю эту мысль, пряча её глубоко внутри. Сегодня — праздник с семьёй, которая у меня есть здесь.
Я была занята разговорами с Ноа и Лукасом о всех нелепых вещах, которые они делали в школе — истории, которые я слышала миллион раз, когда к нам подошёл Родерик. Он милый, хоть и немного неловкий.
— С Днём Рождения, — сказал он, обнимая меня боком.
— Спасибо, и спасибо за всё, что вы сделали, — говорю я, указывая на украшения.
Он лишь улыбается, прежде чем добавить: — Надеюсь, ты не против, что я пригласил пару друзей.
Прежде чем я успеваю что-то сказать, Ноа вмешивается:
— Чем больше, тем веселее.
Когда Родерик собирался уйти, он останавливается, указывая на вход:
— О, вот они.
Я оборачиваюсь и вижу, как несколько мужчин входят. Родерик машет им, они идут к нам.
— Привет, надеюсь, мы не испортили вечер, — говорит первый. У него короткие каштановые волосы и карие глаза, хотя в темноте это трудно различить. Может быть. Скорее всего, нет.
— Совсем нет. Спасибо, что пришли, чтобы отпраздновать эту невероятную женщину, — улыбается мне Ноа. О боже. Я чувствую, как щеки горят, и стараюсь сдержать желание ударить его. Чёрт возьми, он любит меня ставить в неловкое положение.
Мужчина представился как Брент, другие двое — Джереми и Ллойд. Я никогда не чувствовала себя такой неловкой. Никогда не любила знакомиться с новыми людьми. Мне нравится оставаться с теми, кого я знаю. Общение с незнакомцами требует слишком много энергии.
К счастью, Кара вмешивается и тянет нас всех к бару. Она всегда душа компании и официальный «социальный мотылёк». Я ей очень благодарна.
Через пару минут в зал заходит ещё один мужчина. Брент машет ему, и будто весь воздух исчез из моих лёгких.
Серьёзно? Этот парень невероятно красив. Прямо такой, что останавливает машины и заставляет ангелов плакать. Он останавливается перед нами, и я не могу удержаться от того, чтобы оценить его с головы до пят, словно это ценный скаковой жеребец.
Его ярко-голубые глаза пронизывают, словно видят насквозь. Пепельно-коричневые волосы слегка растрёпаны, будто он только что встал с кровати, но это ему идеально подходит.
И тут я понимаю: я видела его раньше. В кофейне. Мы всегда пропускаем друг друга. Каждый раз, когда я выхожу и сажусь в машину, он останавливается передо мной на чёрном Мерседесе. Мне всегда хотелось увидеть его лицо поближе.
Замечаю, что обе его руки покрыты татуировками — истории, которые я внезапно отчаянно хочу узнать. Он улыбается чему-то, что сказал Брент, и я не могу отвести взгляд. Граничит с грубостью, как долго я на него пялюсь.
Он, наверное, самое красивое, что я когда-либо видела. Афродита в мужской форме, наверное.
Боже, Сэйдж. Возьми себя в руки.
Его взгляд останавливается на мне, и улыбка на мгновение исчезает. Я мгновенно смущаюсь, словно меня поймали за чрезмерно долгим разглядыванием экспоната в музее, и быстро отворачиваюсь, делая вид, что увлечена басом. Вот почему я никогда не знакомлюсь с новыми людьми.
Почему они всегда так делают?
Каждый раз, когда кто-то видит мои глаза, они выглядят неловко, будто я какой-то неудачный научный эксперимент. Расти с гетерохромией было ужасно.
Меня травили всё детство за разные цвета глаз. «Фрик» — так меня называли, или ещё хуже. Шепоты и взгляды навсегда отпечатались в памяти.
— Я Дэйн, — говорит глубокий голос, и по коже пробегает дрожь, как лёгкий электрический разряд.
Я медленно поднимаю взгляд к нему.
— Сэйдж, — шепчу почти неслышно.
Он улыбается, настоящей улыбкой, но я не упускаю, как он разглядывает мои глаза. Его взгляд задерживается, словно он заворожён, а не испуган.
Я больше не произношу ни слова и растворяюсь в толпе. Время убежать от симпатичного парня, который, вероятно, считает меня странной.
Уже давно за полночь, но как бы это выглядело, если бы я ушла с собственной вечеринки раньше? Я официально слишком стара для этого клубного безумия.
Я направляюсь к одному из диванов в углу. Сажусь, делая передышку, наконец освобождаясь от гнетущей музыки, наблюдая за всеми идиотами на танцполе.
Я смеюсь над Ноа, который пытается сексуально танцевать с Карой, а она грозит ему ударом по голени.
— Не любишь танцевать, да? — говорит глубокий голос, заставляя меня вздрогнуть.
Я оборачиваюсь и вижу Дэйна, сидящего рядом со мной на диване. Он близко. Слишком близко.
— Боже. Откуда ты взялся? — выдыхаю я, и он смеётся. Настоящий смех, не вежливый смешок, и живот начинает переворачиваться.
— Я здесь всё это время, — говорит он, спокойно делая глоток. Как будто просто прятался в тени, ожидая, чтобы заскочить на меня.
Я глубоко вздыхаю, прислоняясь к дивану, пытаясь выглядеть непринуждённо, снова глядя на танцпол.
Старайся вести себя естественно, Сэйдж. Как будто ты не полностью растеряна.
— Это твоя вечеринка по случаю дня рождения, да? — спрашивает он, не глядя на меня.
— Эээ, да, — сухо смеюсь, и его взгляд фиксируется на моих глазах. — К сожалению.
— Тогда с днём рождения.
Я улыбаюсь, настоящей улыбкой. — Спасибо. Хотя на самом деле мой день рождения в понедельник, кто будет напиваться в понедельник вечером?
Он смеётся, наклоняясь ближе, и моё сердце бьётся, словно на Олимпиаде. — Если это ради тебя, я буду.
Его одеколон доносится до моего носа, и я чуть не превращаюсь в лужицу. Он пахнет сандаловым деревом и… чем-то ещё. Чём-то притягательным. Как запрещённый десерт.
На мгновение воцаряется тишина, когда я замечаю, сколько женщин вокруг не могут отвести взгляд. Я наклоняюсь к нему: — Почему ты сидишь здесь и не пользуешься вниманием всех этих женщин, которые, похоже, сохнут по тебе?
Мои слова заставляют его снова рассмеяться, и он поворачивается ко мне, наклоняясь ближе, вторгаясь в моё пространство.
— Не мой тип, к тому же мне нравится твоя компания, — говорит он, и дыхание его веет мне в лицо, вызывая дрожь.
Я отвожу взгляд от его губ к глазам, пытаясь обрести хоть немного самообладания, и качаю головой: — Здесь полно девушек, которые отдали бы всё, чтобы привлечь твоё внимание. Почему бы тебе тратить его на меня?
Он смотрит на меня несколько секунд, внимательно, прежде чем ответить: — Похоже, я падок на красивое лицо.
Кровь приливает к щекам, и я благодарна, что здесь темно, иначе он бы увидел красного помидора. — Здесь полно девушек красивее, — отвечаю я.
— Ни разу.
В комнате будто стало в тысячу градусов жарче, и я готова снимать слои одежды. Или просто выйти на холодную ночь, чтобы остыть. Всё, чтобы сбежать от интенсивности его взгляда.
Я не отвечаю ему, просто проверяю часы, но глаза расширяются, когда вижу, что уже два часа ночи. Вау, время летит, когда ты неловко флиртуешь.
Я поднимаю взгляд, сканируя танцпол, пока глаза не останавливаются на Каре. Я показываю на часы и жестом «пошли домой». Она понимает и посылает воздушный поцелуй.
Лучшая подруга года — она знает, что я умираю здесь медленной смертью.
Я начинаю вставать, и Дэйн следует за мной, взгляд всё ещё на мне, как будто я единственный человек в комнате. — Я пойду домой, — говорю, беря сумку.
— Ты сама приехала? — спрашивает он, ставя стакан на столик.
— Эээ, нет, мне такси нужно, — тяну руку к телефону, но он останавливает меня лёгким касанием, и внутри взрываются бабочки.
— Я могу тебя отвезти. Если хочешь, — предлагает он, медленно убирая руку.
Хочу ли я? Не знаю.
Я только что познакомилась с этим парнем. Не знаю, стоит ли позволять ему везти меня домой, но такси в это время тоже рискованно.
— Конечно, спасибо, — наконец сдаюсь, и он улыбается.
По дороге домой было тихо, но не неловко. Я постоянно бросала взгляд на него, наблюдая за его рукой на руле, за взглядом, сосредоточенным на дороге.
Наконец, мы останавливаемся перед моим домом. Он молчит, открывает дверь и протягивает мне руку.
Я слегка удивлена, но беру её. Его рука тёплая и мягкая, но всё ещё огромная, полностью покрывающая мою. Приятно.
Он идёт со мной к двери. Я оборачиваюсь к нему. Он смотрит вниз, глаза полузакрыты, наполнены чем-то странным, что я не могу прочесть. О чём он думает? Надеюсь, он не попытается поцеловать меня.
Стоп, хочу ли я этого? Нет, нет. Мы только познакомились. Я так запуталась. Мозг зашёл в короткое замыкание.
— Спасибо, что отвёз меня, — говорю, пытаясь отвлечься от хаоса в голове.
— В любое время, — мягко отвечает он и направляется к своей машине.
Я не знаю, чувствовать ли облегчение, что он не поцеловал меня. Я наблюдаю, как он садится, но не заводит машину. Просто сидит, будто ждёт чего-то.
Я машу ему, жалким маленьким жестом, затем открываю дверь и иду внутрь. Как только дверь закрывается за мной, я слышу, как его машина резко уезжает. Шум двигателя растворяется в ночи.
Ну, это было что-то.
Время обдумывать это следующие 72 часа.