Золушка для идеального босса

Глава 14

Элла

Он меня поцеловал…

Сам…

Во второй раз…

У нас теперь отношения или нет? Мне его на “ты” называть или на “вы” продолжить?

Ложусь в кровать, голова гудит от вопросов, и все никак не могу в себя прийти.

Он просто взял и поцеловал меня! А я его!

И это было так волшебно, что у меня до сих пор бабочки в животе порхают.

И как теперь ему признаться в том, что я его Золушка? Вдруг это разрушит наши еще не начавшиеся отношения? Хотя какие, к черту, отношения? Где я и где он?

Ну поцеловались пару раз! Не замуж же он меня позвал!

Ничего такого в поцелуях нет!

Некоторые вон спят и не в отношениях, а мы просто поцеловались!

Всю ночь мучаюсь. То летаю в облаках от счастья, то переживаю из-за того, что может случиться завтра, то гадаю, в отношениях мы теперь или нет.

Сложно быть девушкой.

На работу еду в смешанных чувствах, но с четким решением во всем признаться боссу. К тому же я нарисовала еще одну туфельку, и мне она нравится больше всего. Из всех, что я рисовала, эта самая шикарная, навеянная шикарным поцелуем.

При мысли о поцелуе не могу сдержать улыбку…

Интересно, а мы еще когда-нибудь поцелуемся или он меня выгонит, как только узнает про мой обман?

А чего я, собственно, ожидаю? Что он узнает о том, что я его Золушка, и скажет, что искал меня, чтобы жениться на мне? А потом мы сольемся в поцелуе и нарожаем десятерых детишек?

Ага, конечно!

Размечталась!

Если разозлится из-за обмана, то попрошу прощения и попробую как-то сгладить ситуацию. Попробую объясниться. И возможно даже, мы в конце этой истории будем вместе.

Очень на это надеюсь, хоть и не верю, что такой, как он, может выбрать меня в спутницы жизни. Он большой человек, а я… та, кого гнобит мачеха, вечно подставляют сестры и не верит папа.

Зачем ему такая проблемная, как я?

Тихо иду по еще пустому офису, отчетливо понимая, что каждый шаг приближает меня к пропасти, но назад я не сверну! Не в этот раз.

Захожу в приемную, решительно направившись в сторону кабинета босса, но чуть не получив инфаркт, когда меня окликают.

— Элла! — шипит кто-то позади меня.

Аккуратно разворачиваюсь, чтобы увидеть того, кто меня чуть не убил, но никого не вижу.

— Элла! — вновь зовет меня голос, и я узнаю в нем Севастьяна Марковича.

Но его самого здесь нет…

Это как?

— Босс, — растерянно зову его, оглядывая стену и потолок на случай, если здесь скрытая камера, и он через нее за мной наблюдает. — Вы где?

— В шкафу! — шепчет и приоткрывает дверцу, напугав меня.

Опускаю взгляд и вижу то, чего точно не ожидала увидеть. Мой идеальный босс зачем-то залез в шкаф.

Не успеваю даже рот открыть, как меня хватают за руку и затаскивают в и без того тесный шкаф.

Прижатая к боссу, смотрю на него и пытаюсь понять: это я вчера ошиблась, приняв его за нормального, или он после поцелуя с ума сошел?

— Севастьян Маркович… — тихо начинаю.

— Тише! — прикладывает палец к моим губам, недовольно шикнув.

Несколько минут и правда молчу, все еще думая: вызвать психушку на босса или само пройдет?

— Севастьян Маркович, что мы делаем? — делаю попытку все же узнать, что происходит. Да и спина уже болит в таком положении стоять.

— Мы в засаде, — отвечает он, продолжая в щелочку наблюдать за кабинетом.

— А?

— Золушку жду!

Пф-ф… ненормальный все же!

Не я виновата и не мой поцелуй. Он с ума сошел раньше… правда, все же из-за меня.

— А… а вдруг она уже здесь? — неуверенно тяну, понимая, что босса может вылечить лишь одно. Мое признание. Которое и так уже запоздало.

— Я с ночи здесь! — шокирует меня своими словами. — Ее еще не было.

— Босс, сколько вам лет? — устало вздыхаю. — Зачем в такие игры играете?

— Играю? Это она со мной играет!

Улыбнувшись, решительно открываю дверцы шкафа и покидаю укрытие, прекрасно зная, что его Золушка уже появилась.

А нам, вообще-то, работать надо. Да и… признаться я должна! Сейчас!

— Элла!

— Вот, Севастьян Маркович, — достаю из сумки рисунок и записку. Решительно передаю все ему, и плевать, что будет дальше. Чем дольше скрываю, тем сложнее будет потом прощение вымолить. — Это вам!

— Что это? — выходит из шкафа и раскрывает рисунок. Рассматривает его. Поднимает взгляд на меня и… — Ты встретила ее по пути? Она еще там? — срывается на выход и убегает, оставляя меня одну…

— Севастьян Маркович… я ваша Золушка! — кричу, но он уже не слышит.

Ну ё-моё! Ну что за?..

Расстроенно опускаюсь на свое рабочее место, не зная, как реагировать.

Вроде уже собралась. Вроде все рассказала и прямо ему во всем призналась, а он…

Долго еще мой принц будет бегать от своей сказки?

Когда уже начнет слушать?

Босс не возвращается даже к обеду.

Решил до дома свою призрачную Золушку проводить? Или где он был столько времени?

Но работу я себе нахожу быстро и без Севастьяна Марковича. Пока босса нет, прибираюсь в приемной, в его кабинете и обрабатываю все наши растения. Проветриваю, навожу порядок у босса на столе и вытираю стол. За окна не берусь. Нет специальных средств.

В обед мне звонит Сережа и напоминает о том, что мы договаривались встретиться. Называю ему адрес пекарни, где мы встречались с Урсулой Вольдемаровной в первый мой рабочий день. Мужчина говорит, что будет минут через двадцать, и предлагает встретиться сразу там.

Отключив вызов, гипнотизирую дверь босса и решительно беру ручку с листом.

Пишу записку боссу и заявление на увольнение, если он захочет этого.

“Севастьян Маркович, я боялась Вам сказать раньше, но я была на том юбилее, и именно я ваша Золушка. Простите! Ваша помощница Элла!”

Оставляю все у него на столе и покидаю приемную, забрав с собой вещи.

Не знаю, вернусь я или нет, но нужно быть готовой ко всему.

В пекарне жду Сережу буквально несколько минут, пока выбираю столик.

Когда парень появляется, тут же подходит ко мне, и мы делаем заказ: салат и овощной суп.

Обедать в компании тренера было весело. Он разобрал нашу еду на составляющие и рассказал, что из этого полезно, а что лучше есть в минимальном количестве. Моей фигуре же сделали комплимент, хоть и сказали, что пресс можно подтянуть и ягодицы подкачать. Но это так, рекомендации. В целом у меня все очень даже хорошо.

Слышать такое от того, кто ежедневно тренирует сотни женщин, более чем приятно.

— А что там насчет тех, кто тебя ищет… — напоминает Сережа мне и о теме, которую я не хотела бы поднимать.

— Да уже смысла скрываться нет, — устало вздыхаю. — Я рассказала все человеку, который меня ищет.

— Проблемы какие-то есть?

— Нет, — выдавливаю улыбку и касаюсь его руки. — Но спасибо!

— Элла, — Сережа накрывает мою руку сверху. — У моего лучшего в субботу день рождения. Празднует в арендованном загородном домике. Это… — нерешительно мнется. — Может, я заеду за тобой в выходные, и поедем вместе? Как пара?

— Сереж… — начинаю, но договорить не успеваю. Нас оглушает громкая сигнализация на улице. Одновременно оборачиваемся на звук.

— Моя машина! — восклицает Сережа и, вскочив, несется на улицу.

Приподнимаюсь, чтобы понять, в чем дело, потому что с моего места ничего не видно. Вглядываюсь в орущую и мигающую машину и замираю, когда вижу около нее своего разъяренного босса и Сережу, который несется к своему транспорту.

Оставив нетронутый десерт и кофе, бегу к ним, видя, как Севастьян Маркович и Сережа ссорятся. И последний замахивается на моего босса.

— Стойте! — кричу, пытаясь перекричать этот вихрь гнева между ними. — Остановитесь!

— Ты какого черта творишь у моей машины?! Кто тебе разрешал?! — взрывается Сережа, его голос полон ярости и неоправданной обиды, лицо искажено гневом, руки сжимаются, давая сигнал к тому, что он собирается атаковать.

— Где девушка, которую ты привез на юбилей моей компании? — требует у него свое Севастьян Маркович, сделав шаг к нему.

В воздухе чувствуется напряжение, как будто все вокруг стало ощутимо тихим, только эти слова звучат остро и злобно.

Цирк отдыхает. Клоун Элла в деле!

Быстро шагаю вперед, бросаясь между ними, широко раскинув руки. Отрезаю им путь, пока не поубивали друг друга.

— Севастьян Маркович! — встаю между ними, расставив руки в стороны. — Остановитесь! Оба!

— Элла? — наконец замечают они меня.

Их взгляды поначалу ошарашены, глаза искрят яростью и недоумением, но постепенно расслабляются, поймав мой не менее воинственный взгляд.

— Сережа, езжай! — говорю с тихой, но твердой решимостью, стараюсь, чтобы голос звучал уверенно, несмотря на внутреннюю дрожь. — Я тебе вечером наберу, поговорим. А сейчас сама разберусь!

— Нет, Элла! — он не уступает. Его голос полон сопротивления и готовности меня защитить от всех бед.

Продолжаю стоять, показывая свою силу. Не позволяю никому разрушить то, что осталось от моего спокойствия.

Внутри меня бушует смесь страха и решимости, но сегодня Севастьян Маркович узнает правду.

— Это мой босс… Он меня не тронет, — бросаю внуку Нины Никифоровны и оборачиваюсь к своему боссу. — Севастьян Маркович, вы убежали и не дослушали меня. В тот вечер Сережа привез на юбилей меня… Ваша сестра отдала мне свой пригласительный, и это я ваша Золушка…

Несколько секунд он стоит в ступоре и, не двигаясь, смотрит на меня. Ищет во мне что-то.

— Ты? — наконец выдает он.

— Давайте поговорим в приемной? — предлагаю ему, указав на свидетелей, в том числе Сережу, которому не обязательно знать обо всем, что было на том вечере. Да и другие прохожие, собравшись, глазеют на нас, а кое-кто и на камеру снимает.

— Пошли! — он хватает меня за руку и ведет в офис, не говоря больше ни слова, явно намекая на то, что ножки мне все же сломают.

Успеваю лишь помахать свободной рукой Серёже и жестом пообещать позвонить ему.

Но вряд ли позвоню.

Босс меня сейчас четвертует.

Поднимаемся в приемную в напряженной тишине. Глядя на такого Севастьяна Марковича, никто, кроме меня, с ним ехать в лифте не согласился. Я бы тоже отказалась, если бы меня не держали за руку.

В том же молчании проходим в приемную и заходим в кабинет босса. Лишь здесь он отпускает мою руку, чтобы сесть на свое место. Признаться, думала сбежать, пока он шел к креслу, но не решилась.

Хватит уже беготни.

Опустив голову, начинаю говорить, потому что Севастьян Маркович молчит и смотрит на меня.

— Простите меня, Севастьян Маркович, — не решаюсь даже в глаза ему взглянуть. — Я очень виновата! Я не хотела вас обманывать. Но и признаться не могла, потому что у меня деньги украли…

— Что? — на секунду он замирает, непонимающе поморщившись. — Тебя шантажировали?

— Чего?

— При чем здесь деньги?

— Давайте с самого начала, — предлагаю и опускаюсь на стул, потому что еще немного, и упаду от волнения. — Я пришла устраиваться на должность вашей помощницы, но меня прогнали, потому что у меня не было официального опыта. Когда я плакала после отказа, ко мне подсела девушка. Ваша сестра, но об этом я узнала не сразу. Она утешила меня и дала пригласительный, сказав, что мне нужно встретиться с вами лично и уговорить вас взять меня к себе. Я пошла на тот юбилей, чтобы найти вас, но когда встретила вас, то не поняла, что вы тот, кого я ищу, — сознаюсь, раскрывая перед ним, что не так умна, как кажусь. — Вы дали мне свой пиджак, а потом… я увидела свою сестру. Я боялась, что она расскажет обо всем мачехе, и сбежала… В вашем пиджаке! Но я не специально! Хотела вернуть на следующий день… как-нибудь. И пиджак, и деньги.

— Деньги? — повторяет он. — Какие деньги?

— В пиджаке которые были, — отвечаю ему.

— Там были деньги? — спрашивает скорее себя, чем меня, но я отвечаю:

— Ну да… Вы разве не поэтому мне ноги хотели сломать?

— Не хотел я их ломать! — восклицает он, стукнув по столу на эмоциях, но я от звука подпрыгиваю. — Фигуральное выражение. Не хотел, чтобы Золушка больше убегала… Точнее, ты… не убегала.

— А я думала, что из-за денег… — виновато поджимаю губы. — Ну так вот… Деньги у меня украли, и когда ваша мама привела меня к вам, я поняла, что вы отныне мой босс, то… в общем, все так перекрутилось. Я думала, что верну все, что украла, по сути, и признаюсь. Но…

— Элла, я искал тебя, потому что то, что мы нарисовали, принадлежит частично тебе, — останавливает меня, мягко и с нажимом озвучивая ответ на вопрос, который я задавала ему несколько дней. — Я хотел предложить тебе соавторство или выкупить права на твои рисунки.

— П-правда?.. — заикаясь, тяну.

— Мне плевать было на пиджак и деньги! — пораженно тянет он, качая головой. — Пиджак у меня не последний. Как и деньги…

— Ну и вот… — пытаюсь улыбнуться, но выходит слабо. — Я хотела вам сказать, а вы — “ноги сломаю”! Что мне было делать? Я не махозист, чтобы добровольно на это идти. Вот сказали бы сразу, я бы и призналась… сразу.

Да, спихнула всю вину на босса, но ведь правду говорю! Боялась я его угроз и шуточек.

Севастьян Маркович начинает вначале тихо, а затем громко и от души хохотать.

— Босс? — с опаской зову его.

Я точно его сломала. Он уже минуты две смеется без остановки.

Доведу я Севастьяна Марковича. Точно доведу.

Он перестает смеяться с трудом. В уголках его глаз слезы.

— Пару секунд, Элла! — просит меня, словно я и правда вновь сбегу.

Он восстанавливает дыхание и оглядывает стол, тотчас натолкнувшись взглядом на мою записку и заявление на увольнение. Записку внимательно читает, а заявление разрывает, глядя мне в глаза.

— Никакого увольнения, Элла! — строго произносит он. — Никакого увольнения, даже если ты сама этого хочешь! Еще раз я тебе сбежать не дам, Золушка!

— Л-ладно…

— Но нужно решить один вопрос, — произносит он и встает, направившись ко мне. Садится в кресло напротив моего. — Соавторство или продаешь права?

— Мне ничего не нужно, Севастьян Маркович! — восклицаю я. — Забирайте просто так!

— Нет, Элла! Такой вариант меня не устраивает, — категорически отказывается от подарка. — Совесть не позволит. Элла, я предлагаю тебе вариант, который тебя точно устроит. Мы работаем вместе, и ты пока решаешь, чего именно хочешь: соавторства или просто денег. За твою дополнительную работу я готов предложить тебе не деньги, а квартиру. Вчера ты сказала, что у тебя нет, но ты хочешь.

— Квартира — это дорого!

— О нет! — качает головой, улыбнувшись. — Наша коллекция будет стоить дорого! Поверь мне! Я умею считывать успех. Квартира еще мало стоит!

Квартира? Моя? Просто за работу?

— Мне нужно будет просто рисовать? — уточняю, все еще сомневаясь в этой затее.

Не могут рисунки стоить целой квартиры. Тем более мои.

— Со мной вместе, — добавляет босс, кивнув.

— И все?

— В случае, если оформим соавторство, придется еще и появляться на показах, — качает он головой. — Но ты можешь пока просто подумать. Но я тебя все равно никуда не отпущу. Найду способ получить желаемое.

— Ладно, — сдаюсь полностью. В конце концов, не я же за свою работу что-то требую, а мне это настойчиво предлагают.

— А сейчас сделай нам кофе и возвращайся, — командует он. — Закрой приемную. Мы сегодня никого не принимаем. Я покажу тебе то, что наработал. Посмотришь, и обсудим все. Нам еще много работать предстоит.

Вскакиваю и несусь на выход, но все же любопытство берет верх.

— Босс, а вы злитесь на меня?

— Немного, — хмыкает. — Но больше меня забавляет твоя логика! Ты очень чистый человек, Элла! И отчасти я понимаю твои страхи. Сам виноват! Пугал тебя…

— Вот-вот! — хватаюсь за его слова.

— Элла! — одергивает он меня.

— Ну, вы же сами сказали, что сами виноваты, — расплываюсь в улыбке. — Я не виновата!

— Иди делай кофе, — отправляет меня с усмешкой. — Я пока все подготовлю!

— Хорошо! — отзываюсь с улыбкой, впервые за несколько дней полностью расслабившись. Мне не сломают ноги. Мне предложили работу. Я счастлива. — Заметили, как чисто? Я убрала!

— Истинно Золушка! — хмыкает.