Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ)

Глава 10

Упырь – это все же не животное, ходит ногами, так что в один прыжок оно до меня не долетело – кусты помешали. Приземлился в шаге, совсем близко и, тут же полоснул по мне когтями.

А я в первое мгновение замерла, не понимая, что делать. Земляной щит создать уже не успевала, да и существо было очень близко. Но я все же отмерла, когда когти высекли искры из моей каменной кожи и запутались в застежках куртки, рванули их, вырывая с корнем.

Я отступила на шаг, судорожно соображая. Бежать? Он быстрее. Драться? При том, что он так близко, земляной магией драться сложно. Тем не менее, первое, что я сделала, это создала несколько провалившихся ям под ногами упыря – что быстрее, чем строить стены. Это дало мне пару секунд на передышку и я отскочила назад на пару метров. Но не более того.

Я сформировала несколько плотных и довольно больших по весу комков земли и кинула в упыря. Моя сила обнаружила несколько камней поблизости и тоже запустила, но в отличие от тренировочной площадки, тут было много растительности, но мало камней. Их пришлось бы вытягивать из-под земли, но это долго и энергозатратно. А магия мне еще понадобится. Так что я обстреливала упыря чем получится. Ему это особо не вредило, но и подойти близко не давало. Я старалась целить в голову или пытаться его отталкивать.

Ситуация складывалась патовая. Я ничего не могла сделать упырю, но и не подпускала близко, он же не мог подойти, но и не ослаблял натиск. Одна проблема – магия у меня не бесконечна, рано или поздно силы закончатся.

Была мысль привести кого-то на помощь, точнее просто отступать до самых жилых построек. Но идти по лесу, закидывая упыря комьями земли и камнями, как минимум глупо. Запнусь за корень и все. А если идти по тропе до ворот (а я даже не уверена, что она проходит вдоль всего забора), то это займет слишком много времени и может не хватить магии. Остается только ждать охранников, они же должны иногда патрулировать, верно? Но как часто они это делают?

А самый интересный вопрос: где остальные упыри? Этот, кстати, не выл, а только бросался вперед, получал камнем в нос и откатывался обратно. И это все почти в полной тишине.

Может, попробовать некромантию? Не думаю, что получится, но вариантов-то особо нет. Что я там про упокаивание упырей читала?..

Плетение срывалось у меня дважды. Я постоянно отвлекалась на бросание камней, ведь я не могла остановиться даже на мгновение. Секунда промедления и упырь ринется на меня. Но все же я достроила конструкт, кинула в это порождение некромантии и… ничего не произошло.

Ну да, либо у меня не хватило силы, что вполне вероятно, либо я где-то ошиблась, что еще более вероятно. Я читала про упырей, но само плетения вспоминалось с трудом. Память-то у меня так себе.

Умных мыслей не было, и я действительно не понимала, что мне делать. Может, заорать? Нет, идея, в целом, здравая, но что если остальные упыри прибегут.

– Помогите! – скорее громко проговорила, чем проорала я. Ну не могу я просто так взять и заорать, как в каком-нибудь театре, где на героиню нападает злодей и она либо кричит во всю мощь своих легких, либо сразу сознание теряет. Второй вариант мне вообще не подходил.

Может, дать ему на себя напасть? Он мою каменную кожу все равно не прорежет когтями и не прокусит зубами, но есть нюанс – мне может не хватить сил, чтобы продержаться до прибытия подмоги. А упырь хоть и обладает своим сознанием и волей, но они все же не человеческие. Он, не прокусив мою шею, не встанет, не отряхнется и не уйдет восвояси, предварительно извинившись, что побеспокоил. Он рваться будет до последнего – это заложено его природой. Упыри и дикие, вышедшие из-под контроля умертвия за счет крови и плоти живых восполняют потерю магии, позволяющей им существовать. И им не важно, кто жертва, человек или зверь, главное, что у него течет в жилах теплая кровь.

– Помогите! – все же громче прокричала я.

Тут двести метров до общежитий, еще не ночь, многие возвращаются как раз в это время из столовой. Может, кто-то услышит?

– Помогите мне!

Если меня кто и услышал, то я об этом знать никак не могла, поэтому продолжила закидывать упыря землей и камнями, делать ловушки из проваливающейся почвы, при этом постоянно отступая по тропе. К сожалению, я не могла вырыть полноценную яму, куда бы упырь провалился, и засыпать его сверху – толстые корни под дорожкой мешали, я их чувствовала, как препятствие, но ничего не могла с ними сделать. И к еще большему сожалению, отступала я в другую сторону от ворот, если условно разделить тропу вдоль забора на этом холме, то я была в первой ее трети и пятилась не к воротам, а к самой верхней и дальней от ворот точке.

Не знаю, сколько прошло времени, я уже начала серьезно уставать, но вдруг увидела выныривающего из-за поворота тропы парня. Он был позади упыря.

Не сказать, что мы создавали много шума, поэтому я чуть не рассмеялась, когда увидела его глаза, круглые сейчас, как у совы. Он был одет в спортивный костюм и, видимо, тут бегал. И совершенно не ожидал увидеть такое вот.

– Помогите! – взмолилась я. – Приведите помощь!

Парень, а я ведь где-то его уже видела, только вот не могу вспомнить, где, от моего крика отмер. В его руках загорелся какой-то сложный некромантский конструкт. Он собирал его долго, пока я сдерживала упыря, не меньше минуты, наверное. Но некоторые сложные виды некромантии иногда действительно требуют много времени.

А потом он кинул им в упыря, и тот, на секунду замерев, будто не веря в происходящее, осел на землю вполне себе целой тушкой.

Тот конструкт, который пыталась использовать я, упыря должен был распылить на атомы – с такими опасными тварями некроманты не церемонились. Еще зомби могли упокоить в целом виде, да и то не всегда, а вот умертвия и упыри подлежали полной ликвидации.

Но смысл оставлять тела в целом виде тоже был. Иногда так можно отследить некроманта, который поднял эти создания. Не всегда, но шанс есть. Если, конечно, они не появились естественным образом, что тоже возможно.

– Что тут происходит вообще? – все еще осоловело спросил старшекурсник, а был это минимум четвертый курс, судя по сложности конструкта.

– Мне самой хотелось бы знать… – ответила я, с опаской подходя к упырю. Нет, я была уверена, что теперь это существо мертво окончательно, но было интересно увидеть его поближе.

– Исчерпывающий ответ, – покачал головой парень.

– Спасибо, что спас меня.

– Обращайся! – махнул рукой он. – Теренс де Нидвес, четвертый курс, а ты?..

– Диана де Тремиль, первый курс, некромантия.

– Что-то не похоже, чтобы ты это создала? – полувопросительно покосился тот на меня.

– Не создавала. Я вчера ночью слышала вой упырей, у меня окна выходят в эту сторону. Сообщила декану, он мне не поверил, и я решила сама проверить.

– Очень разумное поведение! – восхитился парень. – Постой, ты сказала упырей? Не упыря?

– Я слышала трех, как минимум. Но больше никого не видела, иначе ты бы со мной сейчас не разговаривал.

– Логично, – Теренс оглянулся и запустил волну некромантии. Она не совсем поисковая, но именно мертвых существ может найти. – Там что-то…

– Лиска, ко мне, зараза такая! – позвала я свое карманное умертвие из кустов, на которые указывал старшекурсник. Ласка решила, что она в стороночке лучше посидит, пока я тут с упырем сражаюсь. А ведь именно она могла стать моим спасением, если бы я приказала ей кого-то привести. Хотя не уверена, что моих сил хватило бы на те две сотни метров до общежития, но попытаться стоило. Но я, честно говоря, про нее забыла совсем.

Животина недовольно вылезла из кустов, подошла и взобралась по юбке сразу на руки, подчиняясь моей воле.

– Оу, какая прелесть! – он потянулся к ласке и потрепал ту по холке. Лиска оскалилась, но ее прижало чуть-чуть чужой, более сильной некромантией. Теренс погрозил пальцем: – Не буянь.

– Больше никого?

– Нет, я не чувствую.

– Надо бы охрану позвать…

– Охрана будет тут через семь минут – у них обход строго по часам, – парень глянул на карманный хронометр. – Нет смысла за ними бегать. Подождем тут. А ты мне пока расскажешь, как это все вообще произошло, во всех подробностях.

– Ну, хорошо, – я пожала плечами. – Мне не сложно. Только ответь на один вопрос.

– На какой?

– А почему ты со мной разговариваешь?

– Потому что вот это, – лицо Теренса стало жестким, когда он показал пальцем на упыря, – уже не шутки и не развлечение.

И тут я вспомнила, где его видела – это был тот парень, которого я встретила в первый день у декана. Того самого, надменного, который окатил меня презрительным взглядом. И почему я подумала, что он первокурсник? Он же и выглядит старше, и шарф нашего факультет у него на шее тогда был, а нам их выдавала секретарша декана уже после собеседования.

– Можно тогда еще один вопрос? – а что, надо спрашивать, раз отвечают.

– Ну, давай, – парень закатил глаза.

– А что это вообще за существо? – спросила я и тут же поправилась, видя проступающее недоумение на его лице, ведь это же упырь – ясно должно быть даже первокурснице. – В смысле, какая это раса?

Я смогла довольно долго держать упыря от себя на расстоянии только по одной причине: существо оказалось субтильным и низкорослым. Оно было чернокожим, как будто обмазанным в саже, и чем-то напоминало дриад, но даже те были побольше. Кроме того, несмотря на явное сходство с любой гуманоидной расой – в наличии были голова, две ноги и две руки, оно не имело ушей, а лицо казалось странно приплюснутым. И когти не похоже, что были выращены уже в форме упыря, скорее всего, они такими и были при жизни.

Все известные в наших местах расы я знала, но вот такой среди них не было.

Теренс неохотно сначала, но все же меня коротко просветил, что это за сущность. Их открыли совсем недавно, живут они в этих горах, но далеко отсюда, где вообще нет людей. Ведут подземный, точнее, пещерный образ жизни, на контакт с людьми практически не идут – сразу убивают.

В целом, они похожи на расу вымерших тысячелетия назад эльфов. Есть сходные черты. Некоторые ученые считают, что это так называемые низшие эльфы, о которых упоминалось в древних гримуарах высших, живших на поверхности, собратьев. Но так ли это – достоверно неизвестно. Ученые даже до сих пор не пришли к окончательному выводу, в полной ли мере эта новая раса разумна.

Ну, теперь можно эту дискуссию закрыть. Неразумные расы упырями не становятся, потому что для магии смерти они не раса, а вид животных. То есть максимум, они могли бы превратиться в умертвий.

– И часто у вас тут такое творится? – невзначай спросила я, пока мы просто стояли и ждали. Нет, ну а что еще делать, если охранники должны появиться сами?

– Какое, такое? Нападение упырей на девушку, которая непонятно что делала на тропе в лесу? – усмехнулся тот.

– Не обязательно нападение на девушку и не обязательно упырей. Я имею в виду, такие вот случаи прорыва некросущностей. Или… Не знаю, может, порождений тьмы или магии крови? Или еще кого – не важно. В общем, нападений или их попыток.

– Если не считать шуток парней… – задумался тот. – Ребята отыщут где-нибудь в лесу мертвую белку, например, и пошлют к поварихе, которая на них не так посмотрела или нагрубила. Бывает. Ну и друг друга тоже пытаются напугать. Слышала небось, тут фантомов выпустили, чтобы первокурсники в штаны наделали.

Мне показалось, или Теренс попытался уйти от ответа? На человека, который на самом деле не понял вопроса, он не очень похож, если честно.

– Я там была при нападении фантомов, это моя группа, – хмыкнула я. – Ну да, шутка удалась. Больше всех смеялась магистр, притащившая шутников за шкирку к декану.

– Не без этого, – Теренс пожал плечами. – За все надо платить, в том числе и за глупые шутки. В следующий раз не будут так подставляться.

– А если не брать шутки или желание студентов кому-то мелко отомстить?

– В смысле?

– Ну, тут раньше были странные происшествия?

– Какие? Прорывы упырей? Нет, упырей вроде бы раньше не было.

– А умертвия?

– Это лес, тут полно трупов и не только животных, – пожал плечами парень. – И хорошо, что звери не могут восстать сами, но тут и путники, бывает, пропадают. Плюс тюрьмы, но они далеко, конечно. Лес, горы, реки – сама должна понимать.

– Я живу на Юге, в горах. Так что понимаю, – задумчиво ответила я. – Путники, говоришь, часто пропадают?

– Ну, я слышал о паре случаев. Один из которых, кстати, потом к нам пришел в виде умертвия и ночью долбился в ворота. Его, конечно, быстро упокоили, но он так шумел, что многие слышали даже в дальней общаге. В том году это было. А что? Не думаешь же ты, что где-то засел целый анклав упырей или умертвий? – Теренс весело ухмыльнулся своей же шутке.

– Я думаю, что пропадать люди могут не только из-за несчастных случаев. И вот эта раса недоэльфов… Ты сказал, что они не слишком дружелюбны к людям?

– Они слишком далеко. Говорят, что они неплохи в магии, но их нельзя даже близко сравнивать с эльфами по этому показателю. Так что теоретически на путника хватит, если они встретятся на лесной тропе один на один, но все же они вряд ли встретятся.

– Но этот упырь как-то сюда попал ведь? Либо сам пришел. Восстал где-то неподалеку и вышел на охоту, либо его привел некромант, но что-то я сомневаюсь, что он его вел десятки и даже сотни миль. Это ведь в целом невозможно, он бы сразу вышел из-под контроля.

– Ну да, логично, вообще-то, – почесал висок парень. – А к чему вообще все эти вопросы?

– Просто у меня тут папа учился и…

– А, я понял о чем ты! О расписании? – я лишь кивнула. – Это не связано с магией. Это власти города, через который ты проезжала последним, попросили как-то угомонить студентов. Народ приезжал в выходные и начинался форменный бардак. А ты этот город сама видела, там всего два неодаренных стража на всех. Угомонить сотню другую студентов, разгоряченных напитками, они не смогли бы при всем желании.

– Но так выезды и сейчас не запрещены.

– Да, но всех сразу не выпускают. Если количество желающих прогулять и погулять становится слишком большим, то декан просто перестает давать освобождение от занятий, а без этой бумажки ворота не откроют.

Звучало это все, конечно, довольно логично. Набег студентов на этот поселок, где куры по улицам ходят, выглядел, наверное, как стихийное бедствие. Да, местные могли на этом что-то заработать, но не тогда, когда пьяные компании устраивали дебоши и все громили. К тому же сомневаюсь, что дело обходилось только этим.

Тем не менее, все же червячок сомнений у меня остался. Насчет выездов все было понятно, но почему наложили ограничения и по передвижениям по самой территории Академии? У нас же комендантский час, вечером всех просят сидеть в общежитиях, загрузили занятиями на полную катушку, чтобы не болтались без дела. Нет, что-то тут не сходится…

– Теренс, а скажи, про причину запрета выездов и изменения в расписании, это администрация так объяснила?

– Ну, был неприятный инцидент, как говорят, вроде бы даже кого-то убили в городке. Вот после этого все и поменяли, но это уже лет десять назад было, разве что аспиранты застали, – он пожал плечами. – А что?

– Да нет, ничего, просто интересно. Учиться так довольно неудобно и напряженно, вот я и хочу понять, из-за чего страдаем, – ну ведь на самом деле интересно, причина действительно в этом или это просто так удачно совпало – давно хотели ограничить, а тут и повод появился.

Что-то мне кажется, что тут второй вариант. Потому что все же так закручивать гайки на самой территории – для этого должно быть очень серьезное основание. Более серьезные, чем дебоши в городке за тридцать миль от этого места.

Я еще хотела его порасспрашивать, потому что чего бы не поговорить со старшекурсником, раз он готов разговаривать? Хотя думаю, это временно, когда выйдем к людям, он начнет меня игнорировать, как все.

Но дальнейшим расспросам помешали охранники, которые и правда появились через семь минут ровно. Не знаю, откуда Теренс так хорошо знал их расписание. Но факт в том, что патрулирование тут, видимо, чисто формальное, потому что по уму оно должно происходить по совершенно непредсказуемому графику, чего тут нет и в помине.

Сначала я, а потом уже парень, рассказали двоим сотрудникам свою версию событий, и один из них побежал докладывать декану факультета некромантии и еще кому-то. Тем более что я краем уха слышала, что ректор на данный момент в Академии отсутствует. Не вообще, как должностное лицо, а просто физически – уехал в столицу по каким-то своим делам. Это я случайно подслушала на перерыве разговор двух преподавателей. А кто его заменяет, я не знала.

Декан с охранником и еще одним военным, представившимся начальником охраны, явились минут через двадцать. Честно говоря, за это время я уже порядком устала, мне хотелось воды, сесть, переодеться, потому что я была вся заляпана землей. И я подозревала, что не получу всего этого еще очень долго.

– Так, что тут происходит? – первым голос подал декан, посмотрев на наш трофей. – Миледи де Тремиль, я слушаю.

Ну я вкратце и рассказала. И про следы, которые, кстати, оставались за моей спиной и драке как улика не пострадали, и про выскочившего из укрытия упыря.

– Это было очень опрометчиво с вашей стороны, миледи, – отчеканил декан. – Но мы это с вами позже обсудим. Теперь вы, милорд де Нидвес.

Парень тоже коротко и сжато рассказал, что увидел, когда просто бегал по тропе. Кстати, декан ему указал на то, что тут бегать, в принципе, нельзя, на что Теренс просто приподнял бровь и слова де Бразиоса проигнорировал, даже отвечать ничего не стал.

Вот теперь да, вижу того высокомерного засранца, который выходит из кабинета декана. А то в первый момент я его не вспомнила потому, что он отнесся ко мне по человечески. Помог, даже можно сказать, что жизнь спас. Кстати, надо будет его потом еще раз нормально поблагодарить.

Декан и главный охранник, тем временем, пошли посмотреть на следы, потом вернулись и приказали паковать тело. Его пока отнесут в морг для исследований, но по оговоркам военного я поняла, что тот собирается поставить в известность свое начальство, так что улику могут и отобрать приехавшие специалисты. Впрочем, декан лишь кивнул и спорить не стал. Видимо, расследовать данное происшествие он не особо хочет.

Нам же с Теренсом де Бразиос приказал идти за ним. И если по приходу в деканат, парня лишь попросили написать отчет, а побеседовать пообещали позже, скорее всего, даже завтра. То мне декан просто молча указал на свой кабинет.

Кажется, мне сейчас скажут много очень неприятного…