Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ)

Глава 27

Сложно было сказать, что именно происходило около общежития – там продолжался бой, но у нас, около учебных корпусов, напавших тварей скоро смяли. Парочка темных сущностей пыталась пробраться через стены в помещение, но внутри их приголубили темные маги из студентов старших курсов. То же самое произошло с пытавшимися влезть в окно умертвиями и парочкой упырей – у них просто не было шансов.

В общем, то ли это была атака, то ли отвлечение внимания, но в итоге она захлебнулась. А потом освободившиеся у нас преподаватели помогли отбить и общежитие. Нас пока не выпускали, практически до вечера продолжалась зачистка от всяких тварей.

К тому же, видимо, где-то в середине этой свалки была снята глушилка артефактов, и ближе к вечеру в нашу Академии прибыл практически десант. Натурально с дирижаблей военные выпрыгивали и с помощью артефактных крыльев спускались вниз – причальной станции тут все равно не было, как, впрочем, и в ближайших городах. Их вообще обычно только на границе ставят, потому что летательные аппараты разрешено использовать только военным. К тому же, как я слышала, в горах это просто опасно.

Когда прибыли военные, зачистка пошла веселее и часам к семи вечера нас выпустили из учебного корпуса и разрешили пойти в столовую. Мы же с утра не ели, так что эта новость была принята всеми с энтузиазмом.

Кстати, кухня не пострадала. Дамы там забаррикадировались в кабинете заведующей, так и сидели спокойно. Но, в целом, там никто из големов или умертвий и не отметился – видимо, тех, кто был интересен, внутри не было. Поэтому приготовить ужин не помешали разгром или грязь – их просто не случилось.

А ближе к ночи в Академию приехал целый десант менталистов. Допрашивали всех, хотя со мной разговаривала только Марта, потому что в случае наличия ментального щита эмпатия была гораздо эффективнее, чем ментальная магия. Нет, конечно, мой щит менталист мог проломить и даже кратковременно подчинить себе и заставить что-то сделать. Но если в таком режиме проводить допрос, то у меня просто мозги поджарятся, да и самому менталисту тоже будет несладко.

Так что менталист на моем допросе присутствовал, но как жандарм и человек, обязанный вести его по роду своей деятельности, а не как тот, кто проверяет мои ответы на честность. Впрочем, скрывать мне было нечего и я все рассказала с самого начала. Конечно, мне задавали кучу вопросов, некоторые дублировались в разном формате чуть ли не по десятку раз. Так что времени это заняло много. Других людей опрашивали быстрее и не все выходили обратно без кандалов.

Когда меня отпустили после длившегося почти два часа разговора, было уже около часа ночи, и я решила найти Маркуса. Как раз вот пока искала, видела, что несколько человек все же арестовали и грузили в военные грузовики, чтобы, видимо, увезти в город. Хотя почему их собираются везти в темноте и не дожидаются утра – мне было решительно непонятно. Но, видимо, резоны имелись. Может, хотели их быстрее изолировать, пока наши противники не перегруппировались для еще одного нападения, или, может, разведка, которая ушла вечером в горы, что-то обнаружила?

– Привет, – Маркус нашел меня сам. Его тоже допрашивали, но раньше меня.

– Привет. Ты как?

– Я? Да что мне будет? Меня проверили на наличие подселенцев, на причастность, я-то щит снять могу. Так что проблем не было, – парень пожал плечами. – А ты как? Сильно мучали?

– Да не то чтобы. Но два часа допрос длился, а Марта считывала эмоции.

– Повезло, что она приехала, а то отправили бы тебя и других с пассивными щитами для допроса в столицу. Слышала что-нибудь интересное?

– Когда? Я вот только вышла, как раз хотела тебя разыскать.

– Я, кстати, кое-что взял, – он потряс сумкой, из которой одуряюще пахло пирожками. – Подумал, что пригодится.

– Ты мой спаситель! – улыбнулась я. – На наше место?

– Думаю, в уединенные места соваться пока не стоит. Мало ли, еще не всех сущностей выловили.

– Ты прав. Пошли к нам. Зои сбежала, а Алина против не будет, – предложила я, хотя все же была насчет нее не до конца уверена. Не то чтобы она продолжала обижаться, но все же некоторое отторжение присутствовало.

Но соседку мы встретили по дороге, ее вел дежурный на допрос. Видимо, они будут продолжаться всю ночь, хотя бы предварительные, чтобы никого не упустить. Так что квартира оставалась в нашем полном распоряжении.

Тем не менее, сидели мы все же не в моей комнате – это было бы совсем неприлично, а в гостиной. Пили чай из фарфоровых чашек, ели пирожки, которыми щедро делились с довольной Лиской. Кстати, Маркус ей почему-то очень нравился. Обычно она не разрешает себя гладить или брать на руки никому, кроме меня, а тут аж сама запрыгнула ему на колени, выпрашивая пирог с мясом.

– Так что ты там слышал? А то я прям по твоему лицу вижу, что ты что-то узнал, хотя спрашивал меня.

– Да слышал тут про общежитие, на которое была самая сильная атака. Так вот, твари прорвались в общагу, добрались до того самого мага, про которого этот парень говорил… Как его? Натан?

– Ага, мой одногруппник.

– Да, вот он. До того, которого огнем пожгли за то, что он пытался оппонента убить. Сущности до него добрались и растерзали. От него мало что осталось.

– Как, совсем?

– Не совсем – опознать можно. И знаешь что? Его опознали… Как бывшего мэра Савфиджа этого. Правда, сдал он мэрские обязанности лет этак двадцать назад, так что твой Натан его бы опознать не смог никак.

– Он не мой.

– Ну, ты меня поняла, – пожал плечами Маркус. – Только вот труп на старика не походил совершенно.

– Неужели якорь не был разрушен? Ты же говорил, что его растерзали.

– Скорее всего, дело в другом. Либо это не он, а его сын, перенявший дело папочки, либо, когда он был мэром, он себя искусственно состарил.

– Как бы это ни странно звучало, но скорее второе. Вряд ли бы кто-то пропустил у сына бывшего мэра дар крови, особенно, в этом городке.

– Думаю, ты права. Мне тут другое непонятно: зачем они вообще сюда пригласили этих маньяков?

– Деньги? Может, для осуществления своих грандиозных планов, они нуждались в деньгах? – предположила я.

– Деньги можно и иначе получить, менее рискованным способом, – покачала головой я. – Если только, они как-то использовали друг друга взаимно. Одни – для того, чтобы скрыться, другие – чтобы от первых что-то получить.

– Например?

– Не знаю… Знания, ритуалы, жертвоприношения?

– Ну, может и так. Но ты думаешь, что вольники с этим и сами не справятся? Ну, кроме знаний, например, о внешнем мире.

– Мы ведь не знаем, кем они были. Что если это не большой клан вольников, а мать с двумя детьми, например.

– Один взрослый не смог бы такое провернуть, – не согласился Маркус.

– Возможно, ты и прав. Не знаю, как-то слишком уж все запутанно. Просто я тут подумала, что она, де Бразос или как ее там, действовала слишком эмоционально, будто у нее нет четкого плана, а все больше какие-то единичные, отрывочные действия.

– Меня это тоже сбивает с толку, согласен с тобой. Вроде бы грандиозный замысел, подселение сущностей в одних людей, из других вербовка спящих агентов, по сути. И все ведь получалось. А потом все стремительно начало разваливаться из-за непоследовательности.

– Как будто она металась и не знала, что делать? – предположила я.

– Кукловод… Главным был кто-то другой и с ним что-то случилось, что он больше не мог руководить. Возможно, он умер или потерял дееспособность.

– Или она вырвалась из-под контроля.

– Или так, но мне кажется, что первое более вероятно, – ответил Маркус и скормил ласке очередной пирожок. – Она милаха.

– Не балуй ее, – улыбнулась я.

– А тебя можно? Ну, побаловать? – менталист посмотрел на меня так… внимательно, прямо в душу.

– И как ты собираешься меня баловать?

– Ну, для начала приглашу на нормальное свидание в нормальную кофейню.

– Я не то чтобы против, но Маркус, здесь нет кофеин!

– Здесь нет, но птичка на хвосте принесла, что как только будут проведены все дознавательные мероприятия, нас на некоторое время распустят по домам, чтобы окончательно навести здесь порядок, всех проверить и нанять новых магистров, взамен сбежавших или неблагонадежных.

– То есть, ты приглашаешь меня не как студент Маркус, а как князь де Греатришь? – усмехнулась я.

– Именно так. Так что?

– Я люблю шоколадные тортики, – ответила я.

– Я знаю одно чудесное местечко с видом на море и горы, где подают отличные шоколадные пирожные и торты.

– Я тоже знаю это местечко, и ты прав, торты там отменные.

– Так это да, Диана? Ты пойдешь со мной на настоящее свидание без заговоров и попыток выжить? Просто свидание со вкусной выпечкой, отличным кофе и красивым видом, ммм?

– Соблазнительно звучит, Маркус. И мой ответ, разумеется… – я выдержала небольшую паузу, чтобы он слегка понервничал, улыбнулась. – Разумеется, да.

Он просто взял мою руку и поцеловал. Большего мы себе пока позволить не могли, но свидание за пределами Академии – это уже неплохое начало.

Из Академии нас стали отпускать группами через несколько дней. За мной лично приехал папа, сказал, что он меня больше вообще никуда не пустит. Заодно, с нами уехал и Греатришь. Нет, он, конечно, ехал в своем мобиле, но как бы с нашим караваном. Впереди ехала я с папой, потом Маркус, а сзади охрана на моей машине. Ну не оставлять же ее здесь!

Так что доехали мы без приключений. Вообще, сюда нагнали много военных, которые прочесывали горы мелким гребнем, так что я не беспокоилась по поводу именно горной дороги, считала, что отомстить могут в другом месте и, возможно, в другое время. Но пока все было тихо.

Что же касается всего произошедшего, то по ходу расследования стало появляться все больше подробностей. Атаку существ отбили, а она, вероятно, была больше для отвлечения внимания, чтобы заинтересованные лица смогли уйти как можно дальше, скрыться. Думаю, они вообще попробуют перейти горы и пропасть где-то в других королевствах, возможно даже, что и не соседних, а подальше.

Это огромная трагедия не только из-за уже случившихся жертв, а из-за того, что пропало из Академии как минимум три десятка студентов-подпевал, во главе с Каином де Заоритом и его малолетними бандитами. И я вовсе не уверена, что рано или поздно не начнут находить их тела. Ну а зачем они нужны этим людям в качестве живых свидетелей?

Некоторые семьи не только своих детей лишились, но даже наследников. Что не может сказаться положительно на аристократической среде и общей атмосфере в Королевстве. Все чувствовали, что тучи сгущаются…

Конечно, еще одной целью нападения было убийство всех возможных свидетелей, которые остались тут. Кого-то убрали ночью, во время ухода, кого-то, видимо, не смогли, как того же кровавого маньяка, за которым пришлось аж в общежитие ломиться. Забрать его не могли – он был, оказывается, слишком сильно ранен, что еще усугубилось его отказом от лечения. Ну это и понятно, потому что целители могли понять, что с его личиной что-то не то. Почему он при этом не попросил магистра де Бразиос промыть мозги целителям – непонятно, но есть подозрение, что она его таким способом наказала за что-то, может, за необдуманные действия, подставляющие всех перед приездом проверки.

Кстати, о сроках было заявлено заранее, просто прямо перед отъездом ее состав внезапно поменяли, и вместо обычных клерков прибыли менталисты, эмпат и дознаватели.

Это как один из вариантов, Маркус же предположил, что возможно у бывшего мэра просто закончились деньги, а де Бразиос не хотела помогать бесплатно. Такая версия тоже имеет место и, кстати, у жандармов и дознавателей она пользуется определенной популярностью. Но лично мне кажется, что они неправы. Не должно такое прикрытие стоить настолько дорого, чтобы у целого бывшего мэра не нашлось пары золотых монет.

Кстати, о магистре. Она убила своего мужа, декана де Бразиоса. Его тело нашли в его апартаментах. И не просто убила, а как будто отомстила за те десять лет, что они вместе жили. Не знаю уж, в чем была причина такой ненависти, учитывая то, что все это время он был под ее контролем. Так же были убиты и еще два магистра и несколько сотрудников, но там не до конца понятно, что послужило причиной, потому что как минимум трое из них содержали сущности, которые просто покинули безжизненные тела без всяких повреждений. Это точно установили приехавшие по запросу королевские темные.

Кроме того, недалеко от ограды нашли похороненное тело, принадлежавшее, оказывается, одному пропавшему три десятка лет назад дипломатическому сотруднику. Все считали, что он работал на разведку другой страны, а потом сбежал, опасаясь разоблачения. И это было вполне вероятно, потому что умер он не так давно, причем, кажется, что своей смертью от старости. Невероятное совпадение было в том, что он слыл одним из сильнейших менталистов нашего королевства, а еще, если судить по датам, то как раз после его смерти все пошло вразнос.

Дознаватели считают, что именно он был главным, а вот та, кто выдавала себя за магистра де Бразиос, после его смерти с руководством не справилась. Как снежный ком стали накапливаться странные и нелогичные решения, которые привели к тому, к чему привели. То есть к провалу.

Сейчас же шерстят не только Академию, но и всех выпускников и бывших сотрудников на предмет подселенных тварей или просто работы на менталистку. Кстати, ее опознать так и не удалось, никто не смог выяснить кто она, из какого клана и откуда появилась. Вполне возможно, что она вообще не из нашего королевства, а откуда-то издалека. Но, учитывая найденное тело старого дипломата, крепнет уверенность, что она никакая не вольница, а вражеский агент, который пытался таким способом пробраться во все вертикали власти, заиметь там своих людей, находящихся на коротком поводке. Подселенные сущности для этого не подходят – они для краткосрочных задач, где жизнь исполнителя не важна. А вот те, кто в это влез по доброй воле или нет, вот они как раз могли проводить в жизнь чужие решения или просто стучать.

В общем, дознаватели и служба безопасности пока разбираются. Всех же собак пока решили скинуть на ректора. И мне, если честно, его даже жалко. Не то чтобы он совсем не виноват, потому что делами Академии он практически не занимался, так, в кабинетах привластных хвостом крутил больше, да по балам контакты налаживал. Но все же, что он мог сделать, если бы за всем пристально следил? Его бы точно так же взяли под контроль, как остальных.

Кстати, оказывается, что только магистр по практической некромантии де Сарер в нашей Академии носил ментальный щитовой артефакт, так что на него не воздействовали. Но по какой-то причине он все проигнорировал. То ли по старости не видел, то ли еще что. Но к нему почему-то вопросов не было, насколько я знала, с ним поговорили десять минут и отпустили. А про щит я узнала из слухов – так что за достоверность не ручаюсь.

Что я знала точно уже от папы, так это то, что его давняя подруга – заведующая столовой, писала доклады с требованием разобраться. Она тоже потомок русалки, только без таких отличительных черт, как у меня, но вот ментальный щит и зачатки эмпатии у нее присутствуют. Так что она все видела, пыталась что-то сделать, но у нее ничего не получилось – отчеты терялись или их клали под сукно. С этим еще, кстати, дознавателям предстоит разобраться, потому что сигналов было много, но они все почему-то игнорировались.

Это мне папа все рассказал, после того, как они мило пообщались, расцеловались, при этом, при встрече. Думать не хочу о том, какие отношения их могли связывать в прошлом! Да и не мое это дело, будем честны. И маме ничего не скажу, а то она отца порвет чисто для профилактики, хотя на момент его учебы в Академии они даже не были знакомы. Но кому какое дело до таких мелочей?

Еще мы подкинули Алину, не до столицы, но ее родители встречали в городке по пути. Мы обещали списываться, не забывать нашу дружбу. Кроме того, возможно через несколько месяцев мы увидимся, потому что Академию никто не закроет – учить ведь таким опасным дарам людей все равно надо. Но когда и где это будет – пока неизвестно. Есть даже предположение, что учебное заведение перенесут поближе к цивилизации, чтобы было удобнее присматривать. Маркус слышал от отца, что даже думают объединить нас с Академией менталистики, чтобы никому жизнь медом не казалась, ну и все были под контролем.

Нет, к нам, ко мне, Маркусу, де Савье, которого, кстати, уже на следующей же день забрали под такой охраной, которая и не каждому королю по карману, вопросов не было. Как не было и к еще нескольким людям, которые обладали схожими с моим ментальными щитами. Ну точнее как, нас проверили на причастность, в нашем случае, добровольную, потому что подчинить надолго нас бы не получилось, а потом отпустили.

Когда я приехала домой, то мне неожиданно очень захотелось поблагодарить маму, которая для меня действительно в этой ситуации много сделала. Не отмахнулась, поверила и помогла, чем смогла с такого расстояния. Она, конечно, может быть взбалмошной, резкой и истеричной, но она моя мама и она все сделала, чтобы мне хоть как-то помочь.

Я подошла к ней, обняла и просто сказала спасибо.

– И как у тебя с Греатришем? – тут же спросила сварливо мама, хотя я видела, что ей приятно такое признание заслуг от дочери. А вот Лиска моей благодарности не разделила и привычно на нее зарычала.

Сам же упомянутый де Греатришь позвонил через несколько дней, мы поболтали по артефакту, а потом он пригласил меня в ту самую кафешку на обрыве. Я редко там бывала, потому что это самая окраина нашего домена, как раз на стыке с княжескими землями – ехать далековато. Но в этот раз Маркус сам за мной заехал и привез на обрыв. Он, кстати, всю террасу для нашего свидания забронировал, чтобы нам никто не мешал. Богатенький мальчик! Впрочем, может это и не его инициатива, а его охраны, которая следовала за нами по пятам, при этом пыталась делать вид, что их тут нет. Получалось так себе, я даже пару раз хмыкнула, на что парень только руками развел. Кстати, моя охрана в количестве двух телохранителей тут тоже была – папа теперь наотрез отказывался отпускать меня одну куда бы то ни было, пока идет расследование, выясняются все причины произошедшего и участники.

Маркус, как галантный кавалер, отодвинул мне плетеное кресло. Столик для нас подготовили у самого обрыва, так что вид был отличный. Внизу, под самыми нашими ногами плескалось осеннее море, темное, но в то же время на нем играли блики по случаю отличной солнечной погоды. А за нашими спинами были горные пики, покрытые снегом.

– Я рад тебя видеть и рад, что ты согласилась встретиться.

– Я же еще там согласилась, – пожала плечами я. – С какой стати мне теперь отказываться?

– Ну, там это все было под влиянием момента и всех этих событий. Я подумал, что может ты передумала, не хочешь вспоминать…

– Маркус, не говори глупостей, – ухмыльнулась я. – Я не кисейная барышня, чтобы в обмороки падать от любой ерунды и тем более я из-за чего бы то ни было не меняю своих решений.

– Ладно, ладно, не злись. Кстати, хочешь новость? – я благосклонно улыбнулась. Новости, особенно про произошедшее, я всегда готова послушать. – Точнее, две новости. Академию точно переводят под крыло менталистов. В моей бывшей альма-матер начали строительство двух новых корпусов.

– Это хорошо. У вас хоть девушки есть. А то, если честно, в окружении такого количества парней было не очень уютно. Странно даже, что никаких эксцессов не случилось.

– Может, – Маркус криво усмехнулся, – просто не успели? Все слишком быстро закрутилось, так что, если бы все было спокойно, могли бы и пристать. Особенно, к простолюдинке, да и Алина тоже не бог весть какая дворянка. К тебе бы вряд ли стали приставать. Хотя кто их знает, отчаянных.

– Ну, Зои была менталисткой, правда, об этом никто не знал. Ну да неважно это сейчас. Я рада, в общем, что теперь можно будет учиться в цивильном месте и выходить за территорию в город хоть каждый день.

– Да, в этом точно есть плюсы.

– А вторая новость?

– Это пока на уровне слухов, но отец сказал, что вскрылась огромная шпионская сеть. Головы полетели у очень многих. А многим, кому влезли основательно в голову с помощью ментальных техник, предстоит длительная реабилитация.

– Плохо. Но мне непонятно относительно банды и маньяков. Зачем?

– Дознаватели считают, что так она пыталась организовать свое собственное силовое крыло для прикрытия.

– А ей внедренных сущностей и марионеток с промытыми мозгами было мало?

– Но они бы все разъехались с заданиями, а она бы и ее люди остались.

– Ну, насчет бандитов – допустим. Но маньяки?

– Говорят, в горах нашли следы каких-то ритуалов по всем трем тайным дарам. Но пока разбираются, что там к чему. Возможно, она их использовала, чтобы они для нее проводили какие-то кровавые ритуалы.

– А чего не сама?

– Так она же менталист. Для каждого из нас это очень опасно, можно свихнуться, потерять себя. А так, есть люди, у которых и так руки по локоть в крови, так чего бы их не использовать?

– А она им взамен новую внешность и личность? Умно… – протянула я. – Только она для этого могла использовать любую из своих марионеток.

– Не могла, – покачал головой парень. – Там такие ритуалы, что нужна была полная свобода воли проводящего. Слишком сложные, закрученные и с отдачей. Если бы она использовала марионеток, скорее всего, ничего бы не вышло.

– А что за ритуалы-то?

– Никто не знает. Сейчас пытаются разобраться. Но дознаватели уверены, что аномалия в горах, в которой появляются упыри, это их рук дело. Но как и для чего – это пока неизвестно. Возможно, просто для дестабилизации ситуации и усиления хаоса, но это чисто мои предположения.

– М-да, вот нас угораздило!

– И не говори, – усмехнулся Маркус. – Но знаешь, давай о чем-нибудь другом поговорим? Например, ты говорила, что тебе нравится здесь шоколадный торт. И я, на правах постоянного клиента, попросил их приготовить специально для тебя тортик со слоями из разного шоколада. Я ел такой, когда отдыхал в Арстерии – очень вкусно. Вот, как раз несут!

Официантка действительно внесла на красивом блюде небольшой тортик, выглядящий очень экзотично. Он представлял из себя наклонные, видимо, для красоты, слои из шоколада с разными вкусами. Тут был и зеленый с фисташками, и розовый, я так поняла, что клубничный, и еще какой-то желтоватый, и даже синий. А сверху на нем сидели разноцветные бабочки и тоже из шоколада.

– Очень красиво! – восхищенно воскликнула я, потом улыбнулась парню. – Мне очень нравится, спасибо!

– Я надеялся, что тебе понравится. Он очень необычный, попробуй!

– Только если ты тоже будешь, – я кивнула официантке, чтобы она порезала и выложила это произведение кулинарного искусства на тарелки.

– Как я могу отказать вам, миледи Диана? – рассмеялся тот.

А дальше наше свидание пошло уже совсем в другом ключе, более легко, что ли. Мы больше не обсуждали произошедшее, а просто общались, узнавали друг друга. У нас ведь даже за это время не было возможности поговорить о чем-то отвлеченном. Например, я узнала, что Маркус любит с помощью своего огненного дара выжигать узоры, даже целые картины по дереву, говорит, что это его успокаивает. Между прочим, он даже в выставке участвовал!

Я ничем таким похвастаться не могла, однако довела его практически до слез от смеха, когда рассказывала про проделки Лиски.

Когда же пришло время возвращаться, Маркус довез меня до дома, поцеловал на прощанье ручку и предложил встретиться еще раз, на что я с радостью согласилась.

Нет, ну а что? Нам вместе учиться еще шесть лет, ведь само-то обучение тайным дарам никто не отменял. Так что почему бы не попробовать повстречаться? Это раньше наша Академия была чисто мужской, а теперь, когда ее перенесли, думаю, много пар образуется еще в период учебы.

Менталисты, конечно, непростые ребята. Их не обмануть, не обвести вокруг пальца, но свои недостатки есть у всех. Я тоже не самый приятный человек, а обманывать Маркуса я не собираюсь, хотя у меня и есть такая возможность.

Впрочем, посмотрим, время еще есть. И, надеюсь, мы проведем его с пользой, а в Академии появимся уже как полноценная пара. Почему бы и нет?

Вряд ли ведь Маркус будет против, учитывая то, что обладательницы ментального щита на дороге не валяются. И нет, дело не в усилении дара в потомках – об этом еще рано говорить. Просто менталисты тоже хотят отдохнуть душой и пообщаться с теми, мысли кого они не могут просто так случайно услышать. Как сказал сам парень – это очень освежает и, как ни странно, расслабляет. Потому что и я ведь не думаю, что он меня может читать, не напрягаюсь, как другие по этому поводу.

Следующее свидание, кстати, тоже прошло отлично. И еще одно, и еще…

А потом мы вернулись в Академию тайных даров, которую действительно перевели к менталистам, и у нас началась новая студенческая жизнь, теперь без неприятностей и попыток нас убить или завербовать. Окунуться просто в учебу без этих проблем было приятно. Мы ведь здесь именно за этим!

Впрочем, про личную жизнь мы с Маркусом тоже не забывали. Нам очень хорошо вместе, и мы оба ценим это и друг друга.