Академия тайных даров. Преданная смерти (СИ)

Глава 12

В конце концов, я поняла, что мне с кем-то надо об этом поговорить. Но с кем? На ум приходит только Маркус, как единственный человек тут, поверивший в меня. Да и в целом он производит впечатление серьезного парня, который не слишком-то хочет играть по правилам. Но при этом ему хватает ума не настраивать против себя всех остальных. Хотя уверена, что он может, при желании, проехаться им по мозгам. Это он на Алину слегка воздействовал, но учитывая то, что он экстерном закончил факультет менталистики, вряд ли он слабак.

Но проблема в том, что Маркуса-то я как раз сегодня не видела даже в столовой. И у Зои спрашивать про него что-то не хочется. К тому же они учатся в разных группах – это мне доподлинно известно.

Вообще, хорошо бы разведать обстановку, но первокурсники мне в этом не помогут. Может, подловить Теренса? Но что я ему скажу? “Извини, ты не знаешь, давно ли по окрестностям режут людей?” Представляю, что он мне ответит!

Тем не менее, после вечерних занятий, который прошли совсем не весело, ведь все еще накрапывал дождь, а у нас практически под ногами бурлила река, мне удалось пересечься с де Нидвесом. Правда, повод был так себе.

– Де Тремиль, вас вызывают к декану, – Теренс подошел под конец занятия и что-то шепнул магистру, которая уже озвучила это мне. – Можете покинуть площадку.

Почему прислали именно его, на знаю. Возможно, он просто по каким-то своим делам был в деканате или его самого вызывали на допрос, вот и попросили потом меня найти. Вообще-то, в распоряжении деканате есть младший персонал, который отправляют с такими поручениями. Студенты на занятиях должны быть, а не по территории бесцельно бродить.

Мы с парнем как бы вместе пошли в сторону административного здания, будто он меня сопровождает, как порученец.

– Теренс, я хотела еще раз поблагодарить тебя за спасение, – сказала я, когда мы скрылись за первыми деревьями.

– Да чего уж там, – он махнул рукой. – В такой ситуации все бы поступили так же.

Мы помолчали.

– Тебя допрашивали? Может, что-то стало известно?

– Да, вот сейчас говорил с начальником охраны, – скривился тот. – Если им что-то и известно, мне они не скажут, уж поверь. Тут студентов от лишней информации стараются ограждать всеми возможными силами.

– Откуда ты знаешь? – я навострила уши. Уж слишком эта фраза звучала странно.

– Да так, скорее наблюдения, чем знания, – не стал вдаваться в подробности он.

– Я, знаешь, хотела тебя спросить кое о чем. Но возможно, мой вопрос покажется тебе странным.

– Странее, чем упырь на территории Академии?

– Не знаю даже, – хмыкнула я.

– Ну давай, спрашивай.

– Не было ли тут, в Академии, инцидентов с неожиданной пропажей людей? Не только учеников, но и персонала.

– Пропажей, в смысле… Нападением тварей или зверей?

– Нет, именно пропажей. Были, были, вдруг исчезли? Возможно, администрация потом сказала, что человек уехал домой.

– Мне о таких случаях неизвестно, – покачал головой он. – А что?

– Помнишь, ты говорил, что путники пропадают в горах?

– Ну, говорил. Бывает, это же горы.

– Я просто… Я просто сегодня в морге кое-что видела… – вкратце я описала Теренсу то, что мы с де Ликасом случайно наблюдали утром.

– Это может быть бытовая разборка какая-то. Не думала об этом? Это же действительно единственный морг в округе. Если в городе или где-то в окрестностях кого-то убивают, тело везут сюда. К тому же тут, бывает, встречаются преступники, сбежавшие из тюрем или те, кто в горах просто скрывается от жандармерии.

Вообще-то, о бытовой разборке я действительно не подумала. Все, конечно, может быть, только вот учитывая характер ран, мне в это не верится. Хотя я ведь тоже детально и вблизи их не осматривала, мне могло что-то и показаться, к тому же я еще в этом не профессионал – так, книжек начиталась.

– Может, ты и прав, – в конце концов, согласилась я.

– Ладно, мне пора идти на ужин, – Теренс кивнул на крыльцо административного корпуса, до которого мы успели дойти.

– Спасибо, – ответила я и вошла в распахнутую дверь. Везет же некоторым! А я сегодня опять, видимо, останусь без ужина.

Пока я сидела в приемной декана и ждала, когда тот освободится, думала над словами Теренса. И получалось, что он, скорее всего, прав. Это либо бандиты, засевшие в горах, либо бытовая разборка местных. Но что-то в этом варианте мне не нравилось, сама даже не знаю, что именно.

Что-то было не так. Почему мы оба с де Ликасом подумали об одном и том же? Нет, про него все понятно – травма детства. Когда живешь в маленьком городке, который полвека терроризирует психопат и которого, в итоге, так и не нашли, это не может не отразиться на жизни и восприятии действительности.

Но я-то почему подумала, что это дело рук какого-то психа? Наоборот, я, как человек, всю жизнь проведший в горах, где полно криминальных элементов и прочих разборок, первое, о чем должна была подумать, это о бытовом конфликте. Вот только я видела жертв таких конфликтов, и это было не то, совсем не то.

Слишком чистые и ровные раны, слишком профессионально. Не знаю, маньяк или не маньяк, но тот, кто убил туриста, явно это сделал не в первый раз. Если бы мы жили в королевстве Асиль, я бы сказала, что это заказное убийство – там любят мечами помахать. Но у нас это как-то не принято. Зачем, если есть магия, пистоли, артефакты?

Почему меня это так волнует? А как иначе? То упыри, понимаешь ли, тут бегают, то головы кому-то отсекают… Это разве нормально в Академии, где я учусь? Нет уж, пусть идут в пустыню и так развлекаются, а мне не очень хочется вдогонку к немертвому еще и психопата на кривой тропинке встретить. Мне, знаете ли, моя голова очень дорога!

– Проходите, миледи, – вклинилась в мои мысли секретарша, положив трубку стационарного телефона. Видимо, декан ей сообщил, что освободился.

Я толкнула тяжелую дверь и вошла в кабинет де Бразиоса, который сегодня выглядел так, будто всю ночь грузовые дилижансы разгружал, параллельно читая лекцию по… Не знаю, по чему-то заумному. В общем, видно было, что он устал и физически, и морально.

– Присаживайтесь, миледи де Тремиль, – мужчина махнул рукой на стул напротив его стола. – Чай будете? А то я вас ужина лишил.

– Нет, благодарю, господин декан. Поем потом в общежитии, соседки мне захватят еды, – ответила я. Конечно, сегодня я их не предупреждала, но, надеюсь, они догадаются мне взять что-то поесть. И не будут ждать меня весь ужин на улице.

– Вы подружились? – бросил он на меня заинтересованный взгляд.

– Более-менее, – пожала плечами я, не совсем понимая, к чему этот вопрос.

– Миледи де Тремиль, я попросил вас зайти, чтобы обсудить ситуацию, – немного просверлив меня взглядом, сказал наконец декан. О, кажется, мы переходим к делу. Может, мы быстренько поговорим, и я успею на ужин?

– Какую ситуацию? – уточнила я, когда мужчина опять замолчал.

– То, что вы сегодня видели с вашим одногруппником де Ликасом, – неожиданно ответил тот.

Я хлопнула глазами, один раз, второй… Помолчали.

– Я думала, что вы захотите обсудить упыря.

– Упыри и умертвия периодически появляются в горах, – пожал плечами де Бразиос. – Я ошибся, не поверив вам, подумал, что вы просто слишком эмоционально отреагировали на стресс и начало учебы. Мой промах, согласен. Но в самой ситуации нет ничего нового или неожиданного, тут в горах аномальная зона, иногда даже животные не только в виде зомби, но и в виде умертвий поднимаются.

– Упырь мог выскочить к жилым или учебным корпусам, – покачала головой я. – Может, само их возникновение и нормально здесь, но… Прямо вот аномальная зона?

– Мы ее уже довольно долго исследуем, но пока значимых результатов нет.

– Интересно…

– Доучитесь до четвертого курса, тоже будете в эти экспедиции ходить. Но я поговорить хотел с вами не об этом. Ваш одногруппник поднял шум из-за этого тела. Вы что-то об этом знаете?

– Декан де Бразиос, вы же в курсе, что нам объявлен бойкот, что с нами никто не разговаривает?

– Да, я слышал, – поморщился тот. Ага, слышал он.

– Я не знаю, о чем говорил студент де Ликас с другими студентами, я на эту тему ни с кем не разговаривала. Только спросила Теренса де Нидвеса, много ли людей пропадает в горах и были ли случаи пропаж в Академии.

– А говорите, что ни с кем не разговаривали, – осуждающе покачал головой мужчина.

– Мне очень не хочется, господин декан, чтобы мне отрубили голову или распороли горло когтями. Вот так вот случилось, что я беспокоюсь о своей безопасности.

– Вам не о чем волноваться, миледи де Тремиль, на территории Академии только однажды, лет семь назад пропал сотрудник. Скорее всего, он ушел в горы и либо с ним случился несчастный случай, либо на него напали звери. Но это было только один раз, больше студенты и сотрудники не пропадали и не становились жертвами кого бы то ни было.

– Я слышала, что в окрестностях небезопасно, – не поверила я.

– Это дикие горы, миледи, тут может много всякого случиться. Но вам не о чем беспокоиться. Что же касается трупа в морге, то он был зарезан своим же товарищем. Вероятно, они во время похода что-то не поделили. Вам не стоит об этом беспокоиться, – еще раз настойчиво повторил де Бразиос, – но я бы попросил держать информацию в тайне. Подпишите.

Декан ко мне подтолкнул какой-то лист, который оказался согласием о неразглашении. Причем, в нем упоминался не только сегодняшний труп, но и упырь. Пришлось признаться, что я сказала о нем Алине, но меня все равно попросили подписать.

Интересно, какой в этом смысл, если де Ликас уже всем растрепал?

На ужин я не успела, но успела заскочить в столовую под самое ее закрытие и урвать несколько пирожков с рыбой. Я их не очень-то люблю, но больше ничего не было – все съели до меня. Правда, были еще бутерброды с сыром, которые мне тоже удалось добыть. Ну и что, что они невкусные и едят их, в основном, простолюдины? Мне кушать тоже ведь что-то надо!

Когда я вернулась в общежитие, меня опять в дверях встретила Алина. Зои лишь бросила недовольный взгляд, но ничего не сказав, ушла в свою комнату.

– Могла бы и предупредить, мы тебя чуть не полчаса ждали.

– Извини, меня декан вызвал в конце последнего занятия, я ничего не могла сделать.

– Из-за вчерашнего? – понизив голос, спросила та.

– Да, в том числе.

– Ладно, – соседка махнула рукой, – раз декан вызвал… Ты поесть хоть успела?

– Пироги и бутерброды взяла, – я показала на сумку, из которой пахло едой.

– Тогда пошли есть и учиться. Как тебе идея?

– Зои?

– Я приглашала ее еще до твоего прихода, но она сказала, что не ест во время учебы и предпочитает готовиться в тишине, – фыркнула Алина.

– Ну а мы, пожалуй, в гостинной расположимся… Не против? – усмехнулась я. Мне не нравится, как себя ведет Зои, ничего не могу с собой поделать. Если бы она нас еще стеснялась из-за того, что мы аристократки, но с каждым днем у меня растет ощущение, что дело не в этом.

Интересно, а можно как-то Маркуса подбить на то, чтобы он ее просканировал? Жаль, что если я его попрошу, он откажется – нарушение этики. Воздействовать на эмоции минимально – это одно дело, а вот именно целенаправленно сканировать без разрешения или санкции – совсем другое. Это любой школьник знает. И не просто знает, а этому на основах магической безопасности учат.

Мы с Алиной достали учебники, разложили еду, а соседка успела перехватить и сладкие пирожки, и решили перекусить и подготовиться за общим столом. В конце концов, сидеть у кого-то в комнате было неудобно, потому что там столы были рассчитаны на одного.

Да и есть в компании приятнее, хотя Алина и ужинала полноценно, но никогда от чая с плюшками после ужина не отказывалась. Правда, она на магию крови и тратится гораздо больше, чем я на некромантию. К тому же мы ею заниматься еще толком и не начинали.

А еще в компании хорошо обмениваться сплетнями. И пусть с нами никто не разговаривает, но мы ведь не глухие!

– А ты в курсе последних новостей из боксерского клуба?

– Что за клуб? – оторвалась от поедания пирожка с рыбой я. А он был неплох, кстати, у нас дома они всегда исключительно мерзкие получались.

– Ну, не клуб, конечно. Это я про то, что парни друг другу лица поправляют.

– Это какое-то официальное спортивное занятие? – не поняла я.

– Ой, да какое занятие. Парни иногда дерутся. В основном, как я слышала, за общагой.

– Я от наших не слышала и никто особо разукрашенный не ходит.

– А ваших там и не бывает практически. Вы же, некроманты, спокойные такие, не от мира сего.

– Ну спасибо тебе большое, от всей моей внемирной души! – хмыкнула я.

– Ой, вот не обижайся только! Ты прекрасно поняла, что я имею в виду.

– Это наступает с возрастом, вряд ли на первом курсе все такие, – покачала головой я.

Действительно некоторые некроманты со временем становились несколько отрешенными, но это не столько особенность магии или ее воздействие, сколько отпечаток от работы. Неприятной, неблагодарной и иногда очень страшной.

– Так что там с клубом-то? Я правильно поняла, что парни просто отношения выясняют? Ну так это бывает, – пожала плечами я. – Или там прибили кого?

– Да нет, не прибили. Но драки, как говорят – сама-то я не видела – идут жесткие. Простолюдины с аристократами чуть ли не стенка на стенку дерутся. Ну и между собой.

– Людям совсем заняться нечем что ли? Может, декану сказать? Он им быстро задание найдет… На ближайшие шесть лет.

– А ты правда думаешь, что руководство не в курсе? – усмехнулась Алина. Там даже медик дежурит.

– Ну если в курсе, тогда ладно, – я опять пожала плечами. Меня эти драки, честно говоря, не очень интересовали.

У нас в школе и парни, и девушки дрались. В горах народ жесткий и резкий. Я, кстати, тоже не раз участвовала. Как меня провоцировали, так и я иногда была зачинщицей. Хотя всегда предпочитала решать проблемы острым словом, но иногда и без рукоприкладства никак.

– Так ты самого главного не знаешь, – Алина заговорщецки подвинулась ко мне. – Помнишь того менталиста, который на меня воздействовал?

– Маркуса? – спросила я, не успев прикусить язык.

– Откуда ты знаешь, как его зовут?

– Слышала, ребята говорили, – соврала я. – Так что с ним?

– Его вчера избили. Сильно, – на этих словах Алины мое сердце пропустило удар, но с лицом я постаралась справиться. – Говорят, он уже второй день в медблоке лежит.

– Но он живой?

– Живой, живой. Только не говори, что волнуешься! – соседка махнула рукой.

– А за что хоть? – я постаралась скрыть беспокойство за совершенно неинтересными мне вопросами. Сейчас меня волновал другой – как попасть с медблок и не вызвать ни у кого подозрений?

– Говорят, на кого-то пытался воздействовать, а у того тоже какие-то способности от других рас. Вот он и засек.

От других рас? Помимо русалок, ментальной магией обладали еще высшие эльфы, но их цивилизация вымерла так давно, что потомков с хоть сколько-нибудь значимым количеством крови и не осталось. Еще феи – менталисты, причем, довольно сильные, но у них и у людей слишком большие видовые различия, так что потомства не бывает. Несмотря на то, что феи всего лишь чуть меньше среднего человека по росту, а вовсе не те крошечные создания, как в фольклоре.

Так что считается, что ментальную магию люди получили именно от русалок. Причем, если менталисты рождались уже просто так, от браков между собой, то вот крохи дара, типа моего – это было наследственное и обычно у девочек. У мальчиков встречалось такое очень редко. Но значит, минимум один такой есть в Академии и Маркусу не посчастливилось на него нарваться.

Но это все со слов Алины, а поскольку с нами никто не разговаривает, она сама толком ничего не знала. Только слышала сплетни и искренне порадовалась, что ее обидчику надавали люлей. Причем, какие-то старшекурсники и не один на один.

И честно говоря, мне это все совсем не нравится. Маркус ведь, по сути, единственный здесь, с кем можно было нормально поговорить. С Теренсом тоже, но он-то в общении не очень заинтересован, так, пересеклись пару раз. Я же не буду за ним бегать и пытаться завести беседу.

А вот Маркус, мало того, что наш сосед, так еще и спокойно идет на контакт. Но что если избили его не из-за его способностей, а как раз из-за этого?

Можно было бы предположить, что это перебор, что из-за нарушения бойкота глупо кого-то избивать, тем более, сильно. Ну а сам этот бойкот не глупость? А то, что всех учеников заставляют каким-то образом его соблюдать… Интересно, каким?

Но ведь со мной говорили и де Нидвес, и де Ликас. Причем, если бы старшекурсник действительно считал, что есть опасность, он бы просто так общаться и отвечать на мои вопросы не стал. Натан – ладно, он мог и не понимать всей серьезности ситуации и ему это еще аукнется. Или это вообще не касается ребят с нашего факультета? Но и парней, которые мне мебель таскали, никто не наказал ведь.

– Алин, а ты точно слышала, что его избили за то, что он применил ментальные способности?

– А за что еще?

– То есть, ты так думаешь, но не слышала.

– Я слышала, – соседка задумалась, – что его кто-то засек. А что он мог засечь, кроме ментального воздействия?

– Например то, что мы с Маркусом пару раз разговаривали, – чуть слышно ответила я, приложила палец к губам и скосила взгляд на комнату Зои.

Соседка несколько секунд сидела, осмысливая то, что я сейчас сказала, потом так же тихо ответила:

– Ты думаешь, его… – она прижала ладонь ко рту. – Ну это уже слишком!

– Я не знаю. Попытаюсь завтра пройти в медблок и его расспросить самого.

– Он будет с тобой говорить?

– Не знаю. Если его избили именно за это, то вряд ли. Алин, он нормальный парень, его попросили нас прощупать и он не мог отказаться.

– Ладно, чего уж так, – та махнула рукой. – Моя помощь нужна?

– Подумай, как мне попасть в медблок, не вызвав подозрений?

– Хочешь, я тебе в глаз дам? – усмехнулась та.

– Настолько сильно, чтобы понадобилось идти в медблок? Нет, спасибо, – вернула усмешку я и, скривившись, продолжила: – Ладно, у меня завтра вторым занятием физподготовка, я что-нибудь придумаю.