Аленький цветочек. Снять заклятие Яги (СИ)

Глава 11. Спасение

У Аленки от волнения сердце стучало так, что она почти не слышала, что говорит Матвей, ей хватило одного лишь сказанного слова, чтобы оказаться где-то далеко в радужном мире пушистых облаков и игривых бабочек.

«Любимая! Он правда это сказал, или мне померещилось?» — боясь поверить в свое счастье, думала девушка, тщетно пытаясь загнать рвущуюся наружу радость.

Ее сомнения таяли под ласкающим душу мужским взглядом, ведь в глазах Матвея было море обожания и нежности, и лишь где-то на дне пряталась толика тоски.

— Девочка моя, идем же скорее из этого ужасного дома, подальше от злобной ведьмы! — настойчиво повторил Матвей и потянул Аленку за руку.

Тут избушка возмущенно завибрировала, ей явно не понравилось такое к себе отношение. И девушка встрепенулась, вспомнив, где она и что произошло.

— Матвей, нет, мы не можем бросить Ягиню в беде. Она хоть и ворчливая, и вспыльчивая, но справедливая.

— Справедливая? Она превратила мою жену и дочь в лис, из-за чего Вера погибла! — возмутился мужчина.

— Хорошо, что ты понимаешь, что Вера погибла не из-за тебя, — тихо заметила девушка, несмело погладив мужчину по предплечью.

Матвей рвано выдохнул, взлохматил свои темные волосы и с горящими глазами заверил:

— Да, виновата она — Ягиня! И если бы она сейчас была здесь, я бы сам ее придушил!

— Не сердись на нее. Она обещала, если я ей отслужу год, то она снимет с Алисы заклятие.

Матвей замер, растерянно моргнул и выпустил девичью ладошку из своих теплых рук.

— Правда? Ты действительно согласилась служить этой ведьме год, чтобы спасти мою дочь? — глухо спросил мужчина.

Аленка ласково улыбнулась ему в ответ, сама обняла мужчину, прижалась щекой к его груди и тихо сказала:

— Конечно, бедная девочка… — и тут же с жаром добавила, — Матвей, если я правильно поняла похитителя, Кощей тоже у него в плену. А тебе не будет покоя, пока ты его не спасешь. Ты же око Темного царства. Твой ворон не даст нам быть счастливыми.

Аленка почувствовала, как напрягся мужчина. Он отстранился от нее, вмиг став равнодушным, будто его кто-то в столб превратил. Заговорил Матвей надтреснутым голосом:

— Ты знаешь, что я оборотень?

Девушка кивнула.

— Но откуда? Я тебе не говорил. Яга?

Аленка смущенно опустила глаза и призналась:

— Я видела тебя и Жар-птицу на озере. Если честно, я подумала, что вы пара и тайно встречаетесь. Ну и Ягиня мне потом многое о тебе рассказала. Она сожалеет о том, как все получилось. Ворон, которого ты случайно тогда подстрелил, несколько раз спасал ей жизнь. Поэтому она была так расстроена. Но она не хотела смерти твоей жены. Она думала, что ты станешь вороном полностью. Ты же на ее глазах обернулся тогда впервые? — с тревогой заглядывая в лицо мужчины, спросила Аленка и, получив утвердительный ответ, продолжила, — Бабуся хотела соединить семью. Она сказала, что наложила на твоих девочек заклятье ворона, но они сами превратились в лис. С магией так бывает…

— Это она тебе сказала? — усмехнулся Матвей.

Аленка кивнула.

— И ты ей поверила? — с горечью спросил мужчина.

— Ей не было смысла врать мне. Если бы все это она сказала тебе, тогда можно было бы сомневаться.

Матвей шумно выдохнул, еще раз внимательно посмотрел на стоящую перед ним девушку с открытым светлым личиком и лучистыми добрыми глазами и нерешительно спросил:

— Я встретился с Жар-птицей в надежде, что она сможет сотворить чудо и снять заклятие Яги, но она лишь подарила мне свое перо. Это было еще до того, как мы… Алена, но почему ты согласилась быть со мной? Ты знала, что я чудовище, думала, что я встречаюсь с другой, и все равно согласилась! Почему?

Аленка снова прильнула к своему любимому и горячо зашептала, пытаясь передать хотя бы крупицу тех чувств, что она испытывала по отношению к этому заблудившемуся в себе мужчине:

— Я хотела тебя утешить, принести в твою жизнь хоть крупицу радости, отблагодарить за добро. Ведь ты очень хороший, заботливый, справедливый. В твоем доме я узнала, что такое семья, я была счастлива…

Матвей приподнял покрасневшее от смущения личико девушки за подбородок, заглянул в ее горящие глаза, все, что она сейчас сказала, в них можно было прочитать. В ее искренности и чистоте нельзя было усомниться.

— Ты звездочка, солнечный лучик, осветивший тьму в моей душе. Не уверен, что заслуживаю тебя, но никому не отдам, не смогу! — проговорил мужчина и решительно поцеловал нежные, как лепестки мака, губы. Он был стремителен, будто боялся встретить отпор, но девичий ротик податливо открылся ему навстречу, а нежные руки обвили шею, хрупкое тело доверчиво прижалось. От этой взаимности страсть мужчины выплеснулась наружу огненным столпом, он подхватил любимую под ягодицы и прижал к стене, жадно лаская ее грудь, бедра и торопливо задирая подол сарафана.

— Они тут милуются, понимаешь ли, а Ягиня и Кощей там, в полоне страдают? — раздался визгливый голос рядом.

Матвей тут же поставил девушку на место и обернулся. Из двери торчала зеленая голова Змея Горыныча и сердито хмурила шипастые брови. Мужчина среагировал, как настоящий охотник: быстро осмотревшись, он взялся за ухват и направил его на вмиг растерявшуюся голову.

— А ну, пошла прочь, нечисть поганая! — грозно гаркнул Матвей.

Змей обиженно выпустил дымок из ноздрей и буркнул:

— А сам-то ты кто?

— Как есть нечисть, да еще и предатель! — раздалось снаружи.

— Дезертир! — высказались там же.

Матвей растерянно посмотрел на Аленку, она положила на его могучую грудь ладошки и просительно заглянула в его глаза:

— Любимый, Горыныч верный друг Ягини Берендеевны. Он переживает, но в чем-то он прав. Ты, убив око Кощея, сам им стал. Тебе теперь век служить ему, охранять границы царства, следить за порядком да поручения всякие выполнять. Только тогда в тебе будет гармония, и ты сможешь быть счастливым.

— И что? Ты пойдешь замуж за око Кощеево? — продолжая хмуриться, с опаской спросил Матвей.

Мужчина, не отрываясь, смотрел в глаза своей ненаглядной. Было видно, с каким трепетом он ждет ее ответа. Аленушка не сразу поверила, что все правильно расслышала. Матвей позвал ее замуж? Счастье не хотело умещаться в маленьком сердечке, рвалось наружу радостными криками, пляской, но все это было сейчас неуместно: Змей рядом переживал за Ягиню. Да и что подумает о ней Матвей?.. Девушке стоило немалых усилий справиться с первыми восторгами, но заметив, что мужчина рядом занервничал из-за затянувшейся паузы, опустил глаза в пол и сжал кулаки, она поспешила ответить как можно более убедительно:

— Я пойду за тебя, Матвей! — улыбнулась ему Алена, — И неважно, чем ты будешь заниматься: охотиться или Темное царство охранять. Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Аленушка, душа моя. Но как я могу служить злу?

— Кощей, хоть мужик и вредный, но щедрый и око свое бережет, — раздался голос снаружи.

— Ну и Яга, если что, за тебя заступится, — буркнула голова внутри.

— И никакого зла он не творит. Просто любит уединение, вот и выбрал себе непроходимые леса да болота во владения. В них и без магии дурак пропадет, а умный не сунется, — вещала третья голова с улицы.

— Хватит лясы точить. Разбираться с Кощеем сам потом будешь, а сейчас иди и с Соловьем сразись! — буркнула голова в домике и сердито сверкнула глазами.

Матвей опять глянул на Аленку, та кивнула, и он сдался:

— Ладно, жди меня здесь! Я быстро слетаю, разберусь с разбойником и вернусь.

— Я с тобой пойду! — воскликнула Аленка и мертвой хваткой вцепилась в локоть богатыря-ворона.

— Нет, Аленка! Там опасно! — возмутился Матвей.

— Бабам на поле боя не место, — поддакнула голова Змея, все еще торчащая в домике.

Получив неожиданную поддержку от Горыныча, мужчина закивал и повторил:

— Побудь здесь.

Аленка уперла одну руку в бок, а вторую подняла повыше и заговорила:

— Как ты в огромном замке будешь Ягиню искать? А у меня с ней связь! Вот! — потрясая кулачком перед носом мужчины, вкрадчиво сообщила девушка.

И действительно вокруг тонкого девичьего запястья едва уловимо засверкала серебром нить.

— Она привязала тебя к себе? — возмутился Матвей.

— Да, но зато мы теперь сможем ее найти! — порадовала всех Аленка.

— Ура! — откликнулись две головы снаружи.

— Но как ты доберешься до замка? Матвей станет вороном и сможет незамеченным туда просочиться. А ты? Еще Кощей на подступах к своему логову понаставил ловушек, смертельно опасных, между прочим! Соловей за ними наверняка приглядывает, — проворчала голова внутри.

Две «уличные» головы тяжко вздохнули. Матвей нахмурился. Но тут из-за печи вылетела метла, поднырнула между ног Аленки, та едва успела схватиться за древко, а шустрое транспортное средство уже вынесло ее из домика, хорошо Змей проворный попался, успел голову высунуть.

Девушка от страха зажмурилась и дышала через раз, боясь свалиться. Пальцы, сжимающие метлу, побелели от напряжения. Но полет проходил вполне спокойно, и Аленка решилась приоткрыть один глаз, а второй уже сам открылся от восторга. Она летела над макушками столетних елей, вокруг расстилалось голубое бескрайнее небо, а рядом возвышались два зеленых холма. На одном из которых мрачным наростом торчал темно-серый замок с множеством острых башенок. Он был собран из огромных каменных глыб, и его бугристая неровная поверхность делала его похожим на невиданное чудовище, живое и опасное.

Рядом с Аленкой, раскинув на метр широкие черные крылья и поймав воздушные потоки, планировал ворон, он то и дело поворачивал в сторону девушки свой мощный клюв, и она отчетливо читала в его смоляных глазах-пуговках осуждение. С другой стороны от Алены летел трехголовый Змей Горыныч, который быстро-быстро махал своими маленькими крылышками. Смотреть на это было смешно и страшно, становилось боязно за сохранность Ягусиного приятеля. Вообще, было непонятно, как такие маленькие крылышки удерживают в воздухе такую пузатую тушку.

Вот такая эскадра стремительно приближалась к логову Соловья-разбойника, наивно полагая, что их не заметят. Но тот, кто захватил замок самого Кощея, видимо, не мог быть простаком. Когда спасательный отряд уже начал снижаться, чтобы выбрать место для посадки, из кустов садовой малины выскочил мелкий мужичок, засмеялся и залихватски свистнул. К счастью, ворон предугадал действия врага и успел уйти влево, метла шустро последовала за ним, а вот неповоротливый, крупный Змей Горыныч замешкался. Ураган закрутил его, заматывая головы в узел, и отбросил за соседний холм.

Зато ворон и Аленка благополучно приземлились в тени яблонь.

— Пусть теперь поищет нас, — усмехнулся Матвей, успевший обернуться.

Аленка с облегчением соскочила с метлы и крепко схватила ее, чтобы не улетела проказница. Мужчина уверенно взял девушку за свободную руку и повел в сторону чернеющих стен, держась в тени деревьев. Шел он бесшумно, сразу чувствовался опытный охотник. Аленка ступала шаг в шаг за своим мужчиной, невесомо, будто пушинка. Они уже почти подошли к центральным высоким резным дверям, когда девушка почувствовала натяжение нити. Она замерла, останавливая и Матвея. Тот обернулся, с недоумением приподняв бровь.

Аленка повертела рукой со светящейся нитью и помотала головой, а потом указала направление, куда ее тянет Ягуся через их магическую связь. Обнаружилось, что совсем рядом с мрачным парадным входом за колючими кустами есть черный лаз. Осторожно открыв неприметную узкую дверь, пара отважных освободителей оказалась под лестницей.

Матвей выглянул из тени укрытия, осмотрелся и махнул головой, взглядом спрашивая:

«Куда теперь?»

Аленка затихла, чтобы лучше разобраться в своих ощущениях и, к своему удивлению, поняла, что ее тянет вниз. Но никаких люков вокруг не было. Она указала пальцем в пол и пожала плечами. Матвей понял, на что намекает девушка, внимательно осмотрелся, но так ничего и не увидел. Тогда он обернулся вороном, решив довериться своим инстинктам ока Кощеева. Птица в замкнутом пространстве укрытия заполошно замахала крыльями и, чуть было, не закаркала, но Аленка вовремя успела приложить пальчик к губам. Тогда ее пернатый напарник осторожно приземлился на каменный пол, прошагал к угловому камню и клюнул его с такой силой, что он ушел на три вершка вниз, затрещал механизм, зашуршали разъезжающиеся каменные плиты, девушка едва успела отскочить, а у ее ног уже открылся проход в подземелье.

— Ага, вот и еще незваные гости! — раздался совсем рядом довольный визг.

Аленка успела только махнуть ворону, чтобы не высовывался, и обернулась к Соловью-разбойнику.

— Здравствуй, хозяин добрый! Я тут заплутала в твоих владениях. Может, чаем меня угостишь да поможешь мне дорогу до моей деревни найти? — невинно хлопая глазками, ласково спросила девушка у мужичка.

Захватчик темного замка подбоченился, гордо расправил плечи и милостиво заявил:

— Так и быть, угощу тебя ужином. Я сегодня добрый!

Аленка радостно захлопала в ладоши и кинулась к хозяину, успев на прощание подмигнуть Матвею. Тот проводил ее беспокойным взглядом, но в открывшийся проход впорхнул, отправившись искать Ягиню и Кощея.

К удивлению Аленки, Соловей привел ее на замковую кухню, посреди которой громоздилась огромная печь. Рядом стоял добротный дубовый стол, за которым могли уместиться двадцать человек, подле него такие же крепкие лавки. Разбойник усадил на одну из них девушку, сам залез в печь, достал оттуда котелок с кашей и разложил по плошкам сомнительного вида угощение.

Аленка от волнения есть не хотела совершенно, но нужно было играть спектакль, и она с восторгом ребенка накинулась на кашу, набрала полную ложку, проглотила, еще и облизала ее в завершении.

— Хороша! — похвалила она повара, — А чего же ты, хозяин добрый, без прислуги живешь?

— Так никто идти не хочет, боятся, — пожаловался разбойник, — Только кикиморы и набиваются. А я от них с болота еле-еле сбежал, больше иметь с ними дел не желаю.

— Чем же они тебя обидели? — с живым интересом спросила девушка, с трудом проглатывая вторую ложку сладкой манки с комочками.

Интересно ей не было, но нужно было поддержать разговор, пока Матвей Ягиню и Кощея освобождает.

— О! Это страшные создания. Они оборачиваются красавицами, кружат голову несчастному мужчине, а потом в самый неподходящий момент превращаются в страшенных морщинистых полупрозрачных призраков, еще и вонючих. Когда же мужчина от ужаса и разочарования начинает плакать, они еще и смеются над ним всем болотом дня два кряду, — искренне пожаловался Соловей и добавил обиженно, — И ведь каждый раз умом я понимал, что это игра и издевательство, но они так убедительно просили помощи, плакали, молили… Мое мужское сердце не выдерживало и сдавалось на милость коварных обманщиц, за что его и разбивали безжалостно.

Мужичок тяжко вздохнул и резко спросил:

— Ты же не одна из них?

— Нет-нет! Что ты! — активно замотала головой девушка, мысленно молясь, чтобы Матвею сопутствовала удача, и он побыстрее нашел пленников, — Меня зовут Аленка, я сирота, живу в деревне тут неподалеку.

— А ты красивая! — подсаживаясь поближе, поделился наблюдением Соловей.

— Спасибо, — отодвигаясь подальше, поблагодарила девушка.

— Выходи за меня замуж. Ты сирота, я о тебе позабочусь! Вон у меня какой замок огромный. Тут и сокровищница есть, а там золота видимо-невидимо, — воодушевившись новой идеей, заливался соловьем разбойник.

Аленка растерянно моргнула, не зная, что и ответить на такое заманчивое предложение, как вдруг от двери раздался решительный голос:

— Сосватана она уже. Я ее жених!

Трапезничающие на кухне одновременно повернули головы и ахнули: разбойник сердито, а Аленка восторженно, потому что в дверь кухни вслед за Матвеем просочилась и Ягиня Берендеевна, гневно сверкая глазами. Не успела девушка вскочить с лавки, чтобы броситься к любимому жениху, как Соловей попытался засунуть себе в рот костлявые пальцы, чтобы поразить всех своим смертоносным свистом, но Аленка без раздумий повисла у него на руке прокричав:

— Матвей, хватай его!

Но мужчина хватать никого не стал, он обернулся вороном, подлетел к разбойнику, который тщетно пытался сбросить со своей руки худосочную девчонку, и со всей пернатой удалью клюнул негодника в зубы.

— А-а-а! — заорал Соловей, приложив свободную руку ко рту, — Ну почему опять! Где я тепей найду еще золота на втохой зуб?

Больше он сказать ничего не успел, потому что Матвей снова стал человеком и огрел разбойника по голове котелком с кашей. Весь перепачканный манкой Соловей свалился к ногам богатыря-ворона.

— Так ему и надо! — проворчала Баба-яга, пока Аленка обнимала в восхищении своего жениха.

— Ты лучший! Как ты ловко придумал его победить! — шептала она ему нежно.

— Это мне Ягиня подсказала, — признался Матвей.

— Проверенный способ, — отмахнулась бабуся.

— И если бы не твоя связь с Ягиней, я бы их никогда не нашел! — добавил с любовью мужчина.

— Их? — удивилась девушка.

— Да! — хором ответили Ягуся и ворон.

Матвей вышел в коридор, а вернулся с Кощеем на плече. Тот был плотно спеленатый в какие-то тряпки по рукам и ногам, только лицо и торчало из вороха грязных полотнищ. Темный царь не подавал признаков жизни, а его бледный вид натолкнул Аленку на мрачные мысли:

— Что с ним? Он того?..

— Что с ним будет? Он же бессмертный… — проворчала Ягуся, но все-таки пояснила, — Просто этот изверг его не кормил и не поил, вот Кощей и впал в сон, чтобы резервы жизненные сохранить. Нужно его размотать, глядишь, и очухается. А вот Соловья лучше наоборот замотать, чтобы не хулиганил больше. А потом и вовсе извести. Хватит с ним уже нянчиться!

— Я его властям сдам, в Стольный град! — решительно отрезал Матвей.

Баба-яга смерила настороженным взглядом мужчину, осмелившегося ей возражать, видимо, вид его был достаточно внушительным, потому что ведьма промолчала и сосредоточилась на разматывании Кощея. Вместе с Аленкой они почти полчаса освобождали темного царя от пут. У него каждый палец был отдельно завязан и зафиксирован, чтобы ни при каких обстоятельствах нельзя было щелкнуть пальцами, ведь вся магия Кощеева была на их кончиках.

— Уфф… А разбойник оказывается зануда редкостная. Это ж надо так расстараться! И ведь он один заматывал, — выдохнула Ягуся, присаживаясь на лавку, когда последний лоскут ткани был снят с Кощея.

— Что-то наш болезный не торопится приходить в себя, — заметил Матвей, который только что закончил связывать разбойника. В первую очередь он вставил в его рот надежный кляп на всякий случай, а уж потом принялся связывать руки и ноги.

— Перенеси его в тронный зал, — посоветовала Ягиня, — Там мощное скопление энергии.

Матвей пожал плечами, еще раз проверил, крепко ли связан Соловей, и легко, без особого пиетета закинув темного царя себе на плечо, понес пациента в тронный зал. Ягиня показывала дорогу. Но и там Кощей не соизволил прийти в себя.

— Слушайте, а давайте так его и оставим, — предложила Ягиня, — Я его знаю. Очнется — у нас же проблемы начнутся.

— А вдруг он так и не придет в себя. Вдруг ему помощь наша нужна! — сердобольно возразила Аленка.

Бабуся и девушка уставились на Матвея, оставив последнее слово за ним. Мужчина тяжело вздохнул и выдал:

— Я бы ушел, но ворон внутри покоя мне не даст, пока не убедится, что с этим тощим доходягой все хорошо. Так что думай, Ягиня Берендеевна, как его в себя привести. Ты же у нас по зельям да по заклятиям главная.

Бабуся недовольно скрестила руки на груди и предложила:

— Давайте его живой водой окропим, от боли вмиг очухается, а ожоги на нем как на собаке быстро затянутся.

Аленка и Матвей растерянно переглянулись.

— А есть более гуманный способ? — спросила девушка.

— Ну, я могу ему пощечины отвешивать, пока не очнется, — предложила еще один вариант Ягуся.

Матвей подошел к Аленке, с осуждением посматривая на Ягу, обнял невесту со спины, чмокнул в макушку и сказал:

— А я слышал, что любое колдовство может развеять поцелуй. Нет у Кощея любимой? Может, у Змея Горыныча спросим?

— Не знаю ничего про любимую, — проворчала Ягиня Берендеевна, — А жена у него точно имеется!

Матвей удивленно воззрился на бабусю:

— Кто?

— Я! — гордо расправив сутулые плечи, сообщила Ягиня и решительно подошла к трону, в котором тряпичной куклой полулежал Кощей. Осторожно приподняв его лицо за подбородок, бабуся прижалась к его губам своими и тут же, брезгливо морщась, отскочила.

Алена и Матвей, задержав дыхание, замерли в ожидании чуда.