Без шанса на развод

Глава 11

Находясь в постоянном движении, я забыла об одном откровении.

Обычная спокойная жизнь — она скучная.

Когда не нужно на работу, а всё вокруг детей крутится — мне этого мало. Я никогда бы не смогла стать простой домохозяйкой.

Из-за этого бесился мой отец, считая, что я неправильно себя веду.

Из-за этого первый муж меня отправил учиться и помогал развиваться, а не запер в четырёх стенах.

Я люблю своих детей. Я с радостью помогаю Максиму делать уроки и вожусь с Даней, наслаждаясь его улыбкой.

Просто когда малыш спит, Максим в школе, а Давид уехал к друзьям…

Это чертовски скучно. Я не умею ничего не делать. Я привыкла, что всегда должна быть занятой. В контролируемом хаосе.

А когда моё присутствие в офисе не нужно, а проекты на финальной стадии… Я немножко схожу с ума.

Усаживаюсь на диван, а мысли сразу ползут в сторону мужа и дочери. Реги ещё в больнице, Лев терпеливо ждёт, когда я назначу встречу.

Едва от радости не подскакиваю, когда мне звонит помощница. Маленькая запара на работе — то, что мне нужно.

Погрузиться в анализ объектов, а не моего разрушенного брака.

— Карина Рустамовна, я по поводу работы, — бодро чеканит Леся. — Для Давида, вы спрашивали.

— А, да, — мгновенно расстраиваюсь. — Что там?

— Ну, у нас есть вакансия курьера. Я не знаю, насколько это подойдёт…

— Скинь мне данные, пожалуйста.

— Конечно.

Я и не рассчитывала, что Давиду будут предлагать работу получше. Сын должен знать, что без опыта сложно что-то найти. А нагретое место ему никто не предложит.

Дава моментально соглашается, будто только и ждал этого. Ни слова не говорит, что зарплата довольно маленькая.

Это тот этап, когда у подростков сепарация начинается? И хочется заниматься чем-то самостоятельно?

Я только поддержу сына. Рада, что он взрослеет и стремится к больше.

Вот Давиду я работу нашла. А себе — нет.

Я дважды пол вымыла без потребности. Просто потому, что Даня спит, а мне нечего делать.

Когда малыш просыпается, я радуюсь. Готовлю ему смесь, вожусь. С восхищением смотрю на то, как сын переворачивается на живот. Держит головку, рассматривая меня.

— Мой хорошенький, — я сижу на полу у кровати. — Какой ты у меня молодец.

Сердце излечивается, когда я наблюдаю за успехами детей.

Я собираю Даню на улицу. Возможно, хоть прогулка пойдёт на пользу и немного отвлечёт.

Я помню, насколько сложно было с Реги и Давой. Без опыта, особой помощи, двое малышей.

С Максимом было проще уже. Я брала отпуск на работе, чтобы первое время провести с сыном. Потом — совмещала.

С Даней… Сложно, когда колики и бессонные ночи. Но стоило убрать работу — как намного проще. И скучнее.

Я законченный трудоголик. Который падает от усталости, но не сдаётся. А отдыхать не умеет.

Буду учиться. Времени у меня полно. А раз Давид становится самостоятельным, муж объелся груш… Основная забота о младших детях, что не так много времени занимает.

Найду чем заняться.

Вот подруга звала меня в какой-то спортивный центр всё время. А на крайний случай — меня всегда ждут на стрельбище брата.

Начинаю я с простого. Прогулка в центральном городском парке. Большая площадь, всё в зелени и днём не очень шумно.

Даня засыпает на свежем воздухе. А я покупаю себе кофе, понимая, что два часа дальше гулять.

Не хочется будить сына, пока буку укладывать его в детское кресло. Иначе после будет сложная ночь. А и так вздрагиваю от любого намёка на колики.

Направляюсь к безлюдной аллее, желая насладиться тишиной. Но тут же едва не натыкаюсь на двух девочек.

Знакомых мне уже.

Я готовлюсь к тому, что своими громкими криками они разбудят мне ребёнка, но девочки замирают послушно.

— Драсьте, — шепчут едва слышно.

— Здравствуйте, — я им киваю, улыбаясь. Показываю, что говорить можно громче. Просто не кричать.

Через минуту их догоняет Полина. Улыбается мне. Я надеюсь, что мы разойдёмся, но девушка просит уделить ей минуту.

— Я ещё раз хотела перепросить за ту ситуацию. на выходных, — Поля поправляет светлые волосы, смотрит на меня несчастно. — Очень некрасиво получилось.

— Всё нормально, — я отмахиваюсь.

— Я не должна была делать таких выводов о тебе. И Вите позволять так разговаривать. Я просто… Растерялась, как поступить.

— Растерялась?

— Знаешь, эта вечная дилемма. Рассказывать об измене или нет. Как правильно поступить.

Хорошо, что у детей таких дилемм нет. И сын мне сразу всё рассказал, не боясь, как это повлияет.

Иначе всё было бы намного запутаннее.

А так со всех сторон у меня свидетели и доказательства.

— С другой стороны, знаешь… Заметь кто-то моего Витю с другой — я хотела бы знать. Даже если ошибка. Лучше посмеяться вместе, чем жить во лжи, — Полина продолжает щебетать. — И это похоже на попытку оправдать себя. Неважно. Прости ещё раз.

— Всё действительно в порядке.

— Я получила твоё сообщение, что тебя не будет на празднике. Ты подумай, если хочешь…

— Полин, не стоит.

Я пресекаю попытки пригласить меня. Это всё из вежливости, а у меня нет сейчас времени и сил на этикет.

Дорониных я знаю поверхностно. Была на их свадьбе и юбилеях, но мы не общались близко. Не пили кофе с Полиной по выходных, не дружили семьями.

Нет нужды сейчас делать вид, что мы близки.

Поэтому перекинувшись несколькими фразами, мы расходимся. Я лишь узнаю, что Полина живёт тут близко. И поэтому мы столкнулись.

В остальном прогулка проходит хорошо. Я немного перезагружаюсь. Выдыхаю, чувствуя себя лучше.

Заново учусь быть просто мамой, не нагруженной сверху другими заботами.

Я получаю звонок от юриста, который переоформлял документы. И от адвоката по разводам, с которым я связалась.

Лишь после этого решаюсь на самое сложное.

Назначаю встречу со Львом.

К этой встречи я готовлюсь основательно. Нахожу новую няню, так как не хочу, чтобы в семью был вхож кто-то из «людей Каминского».

Мне жаль прощаться с Алевтиной Орестовной, она настоящий диктатор, который может всех приструнить.

Но моё спокойствие важнее. А я не хочу ещё каких-то неприятностей получить. Мне хватает моих.

Нахожу проверенную няню, договариваюсь обо всём. Проверяю, в очередной раз воспользовавшись служебным положением.

Но у нас хорошая служба безопасности. А шеф потакает моим прихотям. Подкидывая новую задачку.

Которую я даже с радостью принимаю. Люблю, когда мозги кипят и заняты цифрами, а не другим.

На встречу в ресторане я отправляюсь вместе с адвокатом. И припасёнными дарственными на имя сына.

— Карина, — Лев резко поднимается, увидев меня.

Я не могу удержаться от того, чтобы рассмотреть мужа. Помимо того, что на скуле расцвёл огромный синяк…

Мне должно приносить удовольствие, что муж выглядит ужасно? Уставший, посеревший.

Я впервые вижу, чтобы Лев так волновался. Незаметно для всех, но я каждую мелочь о нём знаю.

Частое дыхание. Бегающий взгляд. Муж три раза поправляет галстук, постоянно одёргивает рукава.

И это за ту минуту, которую я приближаюсь.

— Ты в компании, — выплёвывает с обвинением. — Мы так не договаривались, Карин.

— Мы договаривались о встрече. И обсудить важное — развод.

— Я надеялся на приватный разговор.

— Я надеялась на верность мужа. Не всегда суждено получить желаемое.

Лев прикрывает глаза, сдерживает раздражение. Я понимаю, что без предупреждения — мы обсудим меньше.

Но я хочу уже начать бракоразводный процесс. Скорее оставить всю грязь позади, двигаться дальше.

Муж делает несколько шагов, оказываясь рядом. Отодвигает передо мной стул. Я усмехаюсь на этот признак джентльменства.

А ведь раньше это очаровывало. Маленькие жесты. Как мужчина дверь передо мной открывает, забирает пальто.

«Элитная парочка» — подшучивал брат.

Но подобные признаки воспитания лишь очаровывали, а не улыбку вызывали. Приятно быть окружённой вниманием.

— Десять минут, — настаивает Лев. — Наедине. Без твоего адвоката. А после — мы обсудим развод. Я даже не буду переносить встречу ради того, чтобы себе адвоката найти.

— Ты ещё не искал? — я вздёргиваю бровь. — Обычно ты готовишься…

— Я надеюсь сохранить брак. Карин, как бы это ни звучало… Но я не планирую терять тебя. Не хочу. И сделаю всё, что в моих силах, чтобы этого не допустить.

— Можешь вернуться в прошлое?

Я разворачиваюсь к своему адвокату, которого мне коллега посоветовал. Киваю, давая понять, что меня можно оставить одну.

Лучше уступить, тогда мы пропустим все эти ненужные разговоры. Десять минут болтовни лучше, чем ещё часами выслушивать оправдания.

Лев достаёт из кожаного портфеля папку. Протягивает мне, а я на автомате открываю. Пробегаюсь взглядом по строчкам, не понимаю.

— Это анализ, — объясняет муж. — Я сдал, как и говорил. Не знаю, какой именно препарат использовала Регина, но там различные компоненты. Ты можешь прогуглить название… Притупленное сознание, сильное возбуждение…

— И что? — я резко захлопываю папку. — Лев, с твоими деньгами… Можно кого угодно подкупить, чтобы получить такое заключение. Тебе что угодно напишут.

— Хорошо. Давай пойдём в клинику, которую выберешь ты? Я сдам там, под твоим контролем.

— И всё те же взятки, Лев.

— Я не горю желанием вырывать себе волосы посреди ресторана, но могу это сделать. Дам тебе материал, а ты уже…

— Я не хочу этим заниматься.

Я толкаю папку обратно мужу. С трудом сглатываю, стараясь держать себя в руках.

— Я не хочу копаться в этом, — произношу твёрдо. — Я не должна бегать и проверять всё. Вариться в этом. Понимаешь? Я вообще…

— Я знаю, Кариш.

Муж тянется через стол, сжимая мою ладонь. Крепко держит, не позволяя выдернуть. Вздрагиваю от холодных пальцев.

— Я облажался, — признаёт муж. — Несколько раз. Много. Не в плане измен. А много чего натворил в тот вечер, что можно было сделать по-другому. Не пускать Реги. Сказать тебе, что у неё проблемы. Не пить. Не поддаваться… Я мог быстрее сообразить. Быстрее всё прекратить, не поддаваться препаратам. И в этом я виноват. Но я бы никогда не посмотрел на Реги в других обстоятельствах. Ты ведь должна сама это понимать.

— Должна?

— Конечно. Ты же у меня умненькая, Кариш. Очень умная. Скажи мне. Зачем заводить интрижку с падчерицей, если полно других вариантов? Желай я изменить — я бы нашёл фаворитку вне нашей семьи.

Я поджимаю губы. Лев говорит то, что я сама не понимала. Так проникновенно, серьёзно.

И взгляд этот его… Сожалеющий, раскаивающийся…

Подкупает. Против воли, по привычке. Цепляет душу цепами, тянет обратно к мужчине.

Я эти цепи обрываю.

Внутри дрожу, но сохраняя внешнее спокойствие.

— Реги беременна от тебя, — чеканю. — Это какой из твоих ошибок стало?

Я отворачиваюсь к окну, стараясь успокоиться. Мне нужно быть собранной, а не оголённым нервом.

Но вслух произносить все эти ужасы — дико больно.

Я фокусируюсь на прохожих, стараясь отвлечься. Взять небольшую передышку и сократить оставшееся время.

Вздрагиваю, когда замечаю знакомую фигуру. Виктор Доронин всё ещё вызывает во мне злость после того случая загородом.

Спешу отвернуться, но меня цепляет пара рядом с ним. Светловолосая девушка, которая точно не является Полиной.

И мальчишка. Который даже на расстоянии — полная копия Вити.

А хоть о Дорониных я знала мало, но уж как факт — у них с женой только дочери. А это… Внебрачный сын?

Меня обвинял в измене, потому что у самого рыльце в пушку?

Некстати вспоминаю слова Полины.

«Я хотела бы знать».

И что мне с этим делать? Рассказывать девушке о неясных подозрениях. О сцене через дорогу, которую я анализирую лишь для того, чтобы своим браком не заниматься?

А ещё у девушки день рождения сегодня…

— Карина, — настойчиво зовёт меня муж. — Я ещё раз скажу. С Реги я не спал. Никогда. Клянусь тебе. Я могу предложить тест ДНК, если ты поверишь результатом. Любой клинике, которой веришь. Разве у твоего брата нет своей больницы?

— У его знакомой, — поправляю на автомате.

— Ну вот. Там ведь не подкупишь? Я согласен там пройти все тесты. Лишь бы ты поверила мне и дала шанс.